Уже слишком поздно.

      Для Сяо уже слишком поздно. Слишком поздно сказать, что все это – просто морока, гнусная трата времени на что-то ему ненужное. На протяжении всего времени Адепт, кажется, привык к такому, изначально назойливому, присутствию человека. Вернее сказать, Итера. А еще точнее, уже не просто человека, и не просто Итера.       Сяо никогда не слышит благодарности. Ведь он – не божество. Он лишь выполняет предначертанный ему долг по защите Ли Юэ. Защите мира и спокойствия, безмятежности и гармонии чувств его горожан. Но только не для такого, как Итер. Защитнику Якса просто не оставалось ничего, как смириться и попытаться принять. Принять то, что после каждой помощи этот солнечный человек приносит ему такой любимый им же миндальный тофу. Преподносит, благодарит и смущенно смотрит в пол, пока Адепт трапезничает.       Сяо совершенно не понимает и не знает, что такое эмоции и чувства. В его душе и подсознании только и делает, что селится боль от воспоминаний из прошлого. Его предназначение – убивать, и оно же причиняет ему страдания. И если бы не появление Путешественника, Адепт так и продолжал бы тонуть в тысячелетнем мраке.       Сяо совершенно не понимает, но старается. Так нескладно и неуклюже, но старается. Смотрит на такого яркого Итера и пытается вникнуть в его эмоции, иногда задает ужасно прямолинейные вопросы, что же чувствует Путешественник в данный момент. Застает врасплох и буквально заставляет смущаться, впоследствии погружаясь в думы от таких слов, как радость и удовольствие. И почему же от них так нарастает тепло внутри.       Сяо пытается повторять. Наблюдая со стороны за людьми, а больше всего за Итером, он запоминает те или иные жесты, выражения лиц людей при определенных чувствах. Адепт уже совсем не считает это ребячеством, ведь даже улыбка в ответ требует усилий и выходит все равно глуповатой, отчего вызывает такой добродушный смех Путешественника и его умиление.       Сяо пробует верить и доверять. Он все еще знает, что не все живое примет его. Понимает, что сама его аура отпугивает даже маленьких фей, но в последнее время не так сильно огорчается, ведь его одиночество уже разрушили. И почему-то он верит этому нарушителю и его словам о том, что одного его отныне не оставят.       Сяо любит тишину. Уединяясь ранее на самом высоком балконе постоялого двора Ваншу, он отдыхал от здешней людской суеты и таких маловажных заданий, какие могли ему навязать по кроме предписанного долга Властелину Камня. Но ныне он позволить себе это не может, да и не хочет. Сопровождение Итера его уже давно не тяготит. Этот солнечный мальчик научился понимать Защитника Якса и его желания, поэтому иногда поддерживает так необходимую ему тишину, просто кладя руку поверх его в знак поддержки.       Сяо умеет заботиться. Впервые он слышит это именно от Путешественника, когда недовольный ситуацией сушит его длинные волосы после дождя и обрабатывает раны от случайной встречи с руинером где-то в заоблачном пределе. После, всем своим видом Адепт пытается показать Итеру, что готов прийти к нему в сложную минуту, стоит лишь только позвать его. Просто Адепт Сяо. И уже не нужно будет бороться в одиночку, не нужно будет идти на неоправданный риск, который так не любит Защитник Якса. Но упрямый мальчик иногда все равно норовит сделать все сам, главное лишь то, чтобы его ждали. А ждать уже есть кому.       Поэтому для Сяо уже слишком поздно. Даже если его борьба с демонами будет бесконечна, он не готов просто так расстаться с таким, ранее назойливым, Путешественником. Защитник Якса хочет знать его еще лучше, чем знает сейчас. Накрепко сцепляя себя с Итером, Адепт берет на себя второй в своей жизни долг, безвозмездный долг – жить, бороться и защищать не только Ли Юэ, но и солнечного мальчика.