Афродизиак

Быть профессором защиты от тёмных искусств нелегко, особенно если директором школы является любовь твоей юности. Особенно если вы с этой любовью возобновили отношения. Особенно если ваша любовь, даже будучи директором, не утратила таланта попадать в передряги. Вечером для преподавателей организовывался так называемый второй ужин, ужин «только для своих», на котором могли присутствовать лишь профессора. Это делалось для тех, кто не успевал на основной ужин, однако большинство профессоров в принципе предпочитали ужинать отдельно от студентов, по этой причине вторые ужины стали доброй традицией преподавателей Хогвартса. На один из таких ужинов и спешили Геллерт Грин-де-Вальд и Альбус Дамблдор, директор школы. — У нас уже три дня не было, — шипел Геллерт, даже не трудясь оборачиваться и проверять, может ли кто-то из периодически проходящих по коридору учеников их услышать. — Гел, ты сам знаешь, на этой неделе много дел, — с важностью отвечал директор, — к нам приезжал Министр магии, и все эти хлопоты с открытыми уроками… — Просто бросай привычку работать по ночам! Альбус улыбнулся. — Кто-то же должен это делать. Геллерт раздраженно мотнул головой. — Ты уверена, что сработает? — вдруг раздалось из-за угла. — Это мощнейший афродизиак, я купила его в Косом переулке у самого Сульфуса Арийского. — Давай испытаем его на мне! — восторженно воскликнул первый голос. — Интересно, что замышляют юные леди, — с этими словами Альбус завернул за угол, откуда раздавались голоса. — Ой, директор! — испуганно воскликнула обладательница афродизиака от Сульфуса Арийского. Геллерт тоже завернул за угол, как раз вовремя, чтобы увидеть, как над двумя девушками с зелёными шарфами на шеях нависло фиолетовое облако, в центре которого оказалась голова Альбуса. Ал расплылся в улыбке и завертел головой. — Директор? — с опаской спросил Грин-де-Вальд. Увидев профессора, девушки завизжали и бросились прочь. Геллерт не обратил на них ни малейшего внимания. — Ал? — окликнул он. Альбус обернулся к нему, и в его глазах с расширенными зрачками зажегся какой-то странный огонёк. Альбус принялся быстро теснить Геллерта ко входу в Большой зал, а после и к преподавательскому столу. — Ал, прекрати! — воскликнул Грин-де-Вальд, не в силах сопротивляться такому напору. Альбус толкнул его, и Геллерт упал на стол на глазах всего профессорского состава Хогвартса. Снейп тут же встал и направился к выходу, Хагрид вскочил, неуклюже размахивая руками, Макгонагалл неодобрительно покосилась в сторону директора, продолжая попивать тыквенный сок из бокала. Разошедшийся Альбус принялся деловито стаскивать штаны с Геллерта. — Ал, ну не при всех же! — взмолился Грин-де-Вальд. К ужасу Геллерта Альбус, раздвинул его свешивающиеся со стола ноги и с максимально похотливым взглядом начал расстёгивать ремень. Профессор Стебель при виде этой сцены упала в обморок. — Обычно я не порицаю ваши действия, директор, — начала Макгонагалл дрожащим от возмущения голосом, — но это уже переходит все границы! Сюда могут войти дети… Геллерту с трудом удалось столкнуть принявшегося залезать на него Альбуса, после чего Грин-де-Вальд помчался к выходу из зала. Обернувшись, он увидел, что Альбус бежал за ним с болтающимся расстегнутым ремнем. Геллерт забежал в первый попавшийся класс в надежде сбить обезумевшего директора со следа. Класс оказался пустым и темным, лишь бьющий из окон ночной свет создавал интимный полумрак. Геллерт не успел спрятаться — директор уже настиг его, распахнув дверь и ворвавшись в кабинет. — Ал, давай поговорим… — Я тебя люблю, — хриплым от возбуждения голосом сказал Альбус, медленно подходя к Гелу. — И я тебя, но… — Никаких но! Альбус направил палочку на дверь, и та захлопнулась, после чего директор атаковал Грин-де-Вальда. Он уложил его на парту и раздвинул ему ноги, очевидно, полный решимости закончить начатое в Большом зале. — Ал… — Гел потянулся к нему. — Разве ты меня не хочешь, милый? — промурчал директор, перехватив руки Геральта и прижав их к столу. — Хочу, просто… Ал, может, хотя бы найдём более подходящее место? Произнося это, Геллерт уже смирился с неизбежным трахом в кабинете. В конце концов, что-то в этом было такое мальчишеское, озорное… Почему бы и не отдаться Алу здесь, вновь почувствовав себя семнадцатилетним? — Вижу, ты хочешь сверху, — сказал Геллерт, кокетливо потершись бедрами о спрятанный тканью штанов член Альбуса. — Да! — Ал принялся рвать на Грин-де-Вальде одежду. — Но… — попытался возразить Геллерт, когда на пол полетела его любимая рубашка, теперь лишенная пуговиц. В следующий миг щеку Грин-де-Вальда обожгла пощечина. — Я сказал никаких но! У Геллерта глаза на лоб полезли. Альбус никогда не был ярым любителем БДСМ. В отличие от своего парня. Продолжая мурчать, Ал стащил с Геллерта штаны и стал проводить пальцами по его члену, к которому уже давно прилила кровь. Гел закусил губу и замычал от удовольствия. — Попроси меня, — властно сказал Альбус. Его глаза лихорадочно горели, — ты должен попросить. Грин-де-Вальд не уставал поражаться происходящим переменам. Его до мозга костей правильный и любящий нежный секс парень на глазах превращался в альфа-самца и опасного доминанта. И Геллерту это… нравилось. Даже очень. — Пожалуйста, — хриплым от желания голосом произнес Геллерт, — пожалуйста… Альбус достал из кармана приспущенных брюк пузырек, обмакнул в него пальцы и принялся смазывать член Геллерта. Когда он завёл руку назад, чтобы смазать себя, Грин-де-Вальд, сам возбудившийся сверх всякой меры, принялся стаскивать с Альбуса штаны. Директор с готовностью помог ему и вскоре обнаженным оказался на Геллерте. Обычно Грин-де-Вальд брал на себя инициативу, усаживая Ала на свой член, но в этот раз директор сам навис над бедрами Геллерта. — Раздвинь мне ягодицы, — пошло попросил он. Гел подчинился, смотря Алу в глаза, а потом начал медленно опускать любимого на себя. Альбус постанывал, и в его голосе боль так возбуждающе смешивалась с наслаждением, что Геллерт принялся нетерпеливо толкаться туда, где было до умопомрачения узко и горячо. Альбус насаживался, опираясь на расставленные колени своего парня, пока Гел ласкал руками его торс, груди, ягодицы. — Глубже… — шептал он, — о милый, да… глубже... Геллерт толкался бедрами, чтобы член долбился в Альбуса, как он просил, как ему нравилось. Наклоняясь вперед, Ал царапал Гелу грудь и шею. Геллерт задыхался от того, насколько быстро они двигались, это был крышесносный секс, который не хотелось прекращать никогда. — Шлепай меня, да, вот так. вот так, любимый… Геллерт звонко шлепал по мягким ягодицам, тискал их, раздвигал, и Альбус издавал звуки, достойные порноактера. Гел и не знал, что его парень может быть таким развратным. Казалось, поразить Гела сильнее было невозможно, но тут Ал обхватил его руку и потянул к своему члену. — Помоги мне кончить, Гел… Геллерт едва сам не кончил от этой фразы. Обхватив член любимого, он принялся водить рукой вверх-вниз, массируя пальцами то яички, то головку. Альбус ещё ускорился, и Геллерту стало тяжело сосредоточиться на чем-либо — он стонал, откинув голову, надрачивая возлюбленному, пока тот жестко трахал его член, выходя почти полностью и резко опускаясь так, что его яйца шлепали Геллерта между бедер. Гел кончил, придерживая Ала рукой за талию, наполняя его своей спермой, а несколько мгновений спустя почувствовал, как семя Ала обожгло ему живот. Дурея от любви, Гел поднес липкие перепачканные пальцы ко рту и принялся всасывать их до рвотного рефлекса, зная, что Ал наблюдает за ним сквозь полуприкрытые веки. Потом Гел дал попробовать пальцы Алу, и тот покрыл поцелуями каждый, а потом рухнул Гелу на грудь, тяжело дыша. — Я люблю тебя, — прошептал Геллерт, целуя влажные волосы Ала. — И я! — воскликнул Альбус, порывисто вскакивая и хватая Геллерта. — Подожди… — только и успел сказать Грин-де-Вальд, прежде чем его прижали к стене. Геллерт опирался спиной о стену, пока Ал проводил губами по его вставшим соскам, спускаясь все ниже. — Ал… Ал… — шептал Гел, дурея от его нежного языка и лёгких покусываний. Альбус опустился на колени перед Геллертом, покорно глядя ему в глаза. — Чего ты хочешь? — страстно прошептал Альбус, — скажи мне. Геллерт властно взял его за подбородок. — Хочу, чтобы ты ублажил меня. Больше всего Геллерт обожал миг, когда его член начинал чувствовать жар и влажность рта Альбуса. Геллерт никогда не забудет, как испытал это с Алом впервые, не веря, что все происходит именно с ними и именно здесь и сейчас. Альбус брал глубоко, до сдавленных хрипов, до слез в глазах, и Геллерта это перевозбуждало. Ему нравилось не только чувствовать, но и смотреть, как Ал заглатывает, проводит языком по стволу, бьёт кончиком по головке. Геллерт обхватил Ала за волосы и принялся насаживать на себя, не отрываясь, глядя ему в глаза. Сладкая дрожь пробегала по телу Грин-де-Вальда, колени подрагивали, и с каждой секундой становилось все сложнее устоять. — Глубже… Возьми глубже, милый… — шептал Гел, закусывая губу. Альбус подчинялся мгновенно. Геллерт знал, что тот не был против, когда его парень начинал руководить процессом, наоборот, команды Гела ему нравились. А вот доминирование до сегодняшнего вечера не входило в список любимых вещей директора Хогвартса. Ал закашлялся, стенки горла сдавили член до звезд в глазах, и Геллерт кончил любимому в рот, а после в полубессознательном состоянии сполз по стене и уткнулся лбом в плечо Альбуса. — Нам надо заглянуть к Сульфусу Арийскому, — заплетающимся языком произнес Грин-де-Вальд. — Я тебя и без афродизиаков ублажу, — сказал Альбус, целуя Гела в макушку. — А ты еще мной поуправляешь? — не удержавшись, спросил Геллерт. Альбус улыбнулся. — Понравилось? — Очень. Ты был великолепен. Ал притянул к себе Геллерта, и оба оказались на полу. Гел положил голову Альбусу на грудь. — Обязательно поуправляю, любимый, — прошептал Ал. — Хоть всю жизнь.