Свет среди серости.

Среди всех серой пыли, которая поднялась после обвалов нескольких зданий неподалеку, Люси легко замечает светлую макушку, которая, не смотря на произошедшее, оставалась привычно яркой. Друзья пошли проверять остальных, искать раненых и помогать им, но у волшебницы банально не хватало сил на то, чтобы нормально передвигаться — то заклинание высосало из неё последние силы, даже не смотря на поддержку других людей. Улыбка медленно растягивается на её лице, когда она видит, как мастер Саблезубов шаг за шагом приближается к ней. В отличие от парня, её собственные ноги не держат, и она, наконец, позволяет себе опереться на оставшуюся часть какой-то кирпичной стены, а после и вовсе опуститься на прохладный асфальт. Спустя некоторое количество времени маг всё-таки добирается до неё, и девушка рада, что оставила ему место рядом с опорой. Эвклиф тут же приземляется рядом с ней и устало опирается спиной о стену. — Жива, — хрипло говорит он, улыбаясь во все тридцать два зуба. Наблюдая за ним, Люси всё меньше сомневается в их схожести с её лучшим другом. Эти драгонслееры определённо были как два сапога — пара. Возможно, именно от этого ей было так комфортно с блондином? — Хочешь сказать, — выдыхает она с усмешкой и хитро смотрит на него, — что успел уже меня похоронить раньше времени? — Ты слишком упряма, чтобы так легко сдаться, принцесса, — хмыкает под нос парень и едва заметно скалится. Люси буквально тает от такого обращения, и злиться на себя за это у неё нет ни сил, ни желания. Сейчас ей кажется, что это самый правильный исход событий, и она легко поддаётся этой мысли. Настолько, что если бы Хэппи пролетел над ними и что-нибудь крикнул насчёт сладкой парочки, девушка только лишь кивнула бы в ответ. Возможно, даже показательно поцеловала бы мага в щёку. От таких размышлений её щёки невольно покраснели, но Хартфилия знала: вряд ли это видно под тем слоем пыли, которая осела на её мягкой коже. — Я слышал, у Нацу-сана буквально крышу снесло из-за того, что с тобой было, — вдруг продолжил разговор совсем на другой ноте Стинг. — Он считал, что ты умерла. А я, если честно, даже не смог представить себе, как ты выглядела, что он подумал об этом. — Почему? — искренне не понимая, спросила Заклинательница. — Побоялся. Наверное, со мной бы случилось точно так же, если бы я был на его месте. Блондинка задумчиво молчит, пытаясь разобраться в услышанном. Для неё эта тема была тяжёлой, потому что, касаясь её, в голове каждый раз всплывал образ разъярённого огненного драгонслеера. — Я переживал за тебя, принцесса, — его тихий голос заставляет девушку немного дрогнуть. Она не находит слов, чтобы ответить ему, но Стинг этого и не требует. Он смотрит на неё с такой нежностью, что внутри всё в миг обрывается, и сердце начинает стучать в груди быстрее. Люси чувствует тепло, будто свет разливается по всему телу, и она всерьёз думает о том, что он исходит от самого волшебника. — А я начинаю переживать за тебя прямо сейчас, потому что на тебе почти живого места нет, — собирается с мыслями Хартфилия. — «Почти» не считается, — непринуждённо смеётся мастер Саблезубов. — И вообще. Ты хочешь сказать, что ни капельки не волновалась за меня? А я то надеялся, что не безразличен тебе до такой степени. Люси шутливо выгибает одну бровь вверх и поднимает голову к небу, наблюдая за тем, как облака быстро перемещаются по голубым просторам. — Просто я знала, что ты со всем справишься, глупый тигр, — глубоко вдыхает Люси, когда подул лёгкий ветерок. Она не успевает вовремя среагировать, как её тут же уверенно прижимают щекой к крепкой мужской груди. Заклинательница собирается начать возмущаться, но в один момент резко передумывает. Понимает, как сильно ей не хватало чужих объятий, и смиряется со своим положением, даже не смотря на то, что ей очень неудобно так сидеть. Стинг держит её, словно в любой момент волшебница может исчезнуть прямо у него из-под носа. Он думает, что ему придётся уговаривать её об этом, но девушка определённо не собирается оправдывать его ожиданий. Прижимаясь друг к другу, оба мага невольно расслабляются, будто всё становится на свои места. — Спасибо, моя принцесса, — шепчет Эвклиф ей на ухо и трётся носом о золотистую макушку. — Я знал, что моё сердце не просто так выбрало тебя. И очень рад этому. Люси плавится от этих приятных милостей и невесомо целует парня в подбородок. — Я тоже, — отвечает ему она и устраивается чуть удобнее, понимая, что просидят они в таком положении ещё очень и очень долго.