Сын, который подарил им жизнь

Темный зал Малфой-мэнора прорезал тусклый свет из-под двери в кабинете отца. Оттуда доносились крики и ругань, разбудившие Драко посреди ночи. Прокравшись на цыпочках по лестнице вниз, он замер за дверью, вслушиваясь в голоса: — Как ты мог?! Люциус, ты уничтожил его! Ты понимаешь это? — сорвавшимся голосом кричала Нарцисса. Судорожные вздохи матери вперемешку со всхлипами больно резанули Драко по самому сердцу. Он впервые в жизни слышал, чтобы она так горько плакала. Прежде беспристрастная Нарцисса — снежная королева рода Блэков и Малфоев, наконец дала волю слезам, прорвавшимся плотиной в этот вечер. — Ты думаешь я знал, чем все закончится? — прорычал в ответ Люциус. — Ты думаешь я такой жизни желал нашей семье? Очнись, Нарцисса! Мы оказались всего лишь дешевыми пешками в большой игре. Мы — Малфои, черт бы нас всех побрал в этом доме, всего лишь дешевая прислуга Темному Лорду. Ты думаешь я мечтал о такой жизни для нашего сына? — рычание перешло в рев. Драко отшатнулся в сторону, чуть не задев вазу на комоде у двери. Он знал, что вызвало такую бурю эмоций у его родителей. Сегодня Темный Лорд на собрании пожирателей смерти назначил его, Драко, руководителем операции по зачистке Хогвартса. В его задачу входило уничтожить оплот сопротивления изнутри, пока никто не знал о его метке. Когда они вернулись домой, мать в отчаянии закрылась в ванне и долго плакала, не в состоянии заглушить свои стенания потоками воды из душа. Тогда же впервые за все время она ударила Люциуса. Звонко, хлестко, наотмашь по лицу. Его голова только дернулась, но он не сказал ей ни слова против. Потом второй раз, третий, пока наконец обессиленно не рухнула на мокрый холодный пол. Ее муж сел рядом с ней, крепко прижав к своей груди, а холодная вода смешалась с влагой его глаз, скрывая потоки горечи, струящиеся по лицу. В тот вечер Драко чувствовал себя самым опустошенным человеком на планете. Боль за чувства родителей превысила чувство собственной обреченности после решения Темного Лорда. Теперь не страшно было и умереть. Чуть позже мать уснула на пару часов, после того как эльфы напоили ее успокоительным. Отец отказался от зелий в пользу более крепких напитков. Драко смог ненадолго выдохнуть, прикорнув у себя в комнате, но проснулся от новых криков и скандала. — Я поговорю с Темным Лордом. Мой сын не станет убийцей! Я этого не позволю, — произнес Люциус, крепко схватив Нарциссу за плечи. — Тогда он убьет тебя? — подняла она на него свои красные глаза. — Пусть так! Лучше будет расти без отца, чем омоет свои руки в крови! — уверенно сказал Малфой и прикоснулся своими губами ко лбу жены. Драко понурив голову зашел в библиотеку. Там он обычно прятался от домашней суеты, уходя в самую дальнюю секцию. Среди старых пыльных книг хранились его воспоминания о счастливом детстве, которое беззаботно проходило до появления Темного Лорда в их жизни. Забравшись с ногами в глубокое и широкое кресло, Драко развернул на коленях старую книгу. Зачитанная до дыр, она могла поведать о приключениях необычных героев и волшебников, бесстрашных рыцарях и дамах сердца. О том как добро побеждает зло, а главные герои приносят себя в жертву ради благой цели. А еще там была сказка о мальчике, который переписал свою историю. Внезапно Драко осенило, он резко вскочил с места, сбросив книгу на пол, и направился в секцию мифологии. Он не мог вспомнить, где именно находилась нужная ему книга, поэтому перерыв почти все полки, наконец нашел то, что искал за другими томами. Пролистав до нужной страницы, Драко открыл разворот и посмотрел на заголовок: «Белый старец — писарь судеб господних». Прочитав все, что необходимо было, он рванул к каминной сети и, пока не увидели его родители, кинул порошок флу: — Кабинет Дамблдора, Хогвартс! — и исчез в зеленом пламени. Оказавшись в башне директора, Драко осмотрелся, но разочарованно выдохнул, не обнаружив присутствия профессора. — Чем я могу вам помочь в столь позднее время, мистер Малфой? — раздался голос Дамблдора за его спиной. Подпрыгнув на месте от неожиданности, Драко развернулся и посмотрел в нишу, которая скрывалась за шкафом с омутом памяти. Директор Дамблдор как раз закончил работу с ним и расставлял воспоминания. — Простите меня за мою бестактность, но вы единственный, кто сможет мне помочь! — слова Драко дались не легко. Ему в кошмарном сне не могло присниться, что он будет просить что-то у Дамблдора, но он принял для себя однозначное решение и других вариантов у Драко не было. — Любопытно, — указал Альбус на кресло возле своего стола, приглашая Драко присесть, — и что же директор школы может сделать для семьи Малфоев? Хочешь ириску или сливочного пива? — неожиданно подмигнул он юноше и улыбнулся сквозь густую бороду. — Н-нет! — взволновано ответил Драко. — Вы слышали что-нибудь о Белом старце, профессор? Дамблдор внимательно посмотрел поверх очков на Драко и задумчиво произнес: — Я знаком с мифом о писаре господнем. Но чем вас он так заинтересовал, мистер Малфой? — Я считаю, что это не миф и хочу найти книгу судеб! — Драко, мне кажется тебе нужно успокоиться. Зачем тебе то, чего на самом деле не существует? — мягко поинтересовался директор. — Если вы мне не поможете, — разозлился Драко, и поднявшись с кресла продолжил, — я найду другой способ ее найти. — Тише, юноша, сядь! — жестко произнес Альбус и подвелся со своего места, обходя стол. — Зачем тебе это? Какие твои намерения? Волдеморт дал тебе задание найти книгу? Или твой отец тебя надоумил? — Это мое личное дело! — громко выкрикнул Драко. — Тише! — поднял примирительно руку Альбус. — Предположим, ты запишешь нужные тебе данные, но ты же понимаешь, что не изменишь глобальный ход истории? Книга касается только конкретных судеб, изменить которые под силу только кровному родственнику. — Значит, книга все-таки существует! — восторженно произнес Драко, садясь обратно в кресло. — Я хочу спасти своих родителей! — Драко, послушай меня, мальчик, если ты мне расскажешь все по порядку, мы сможем вместе решить твою проблему, — директор присел на край стола рядом со своим учеником. — Я хочу, чтобы мои родители жили счастливо в другом месте. — поднял на него растерянный взгляд Драко. — Темный Лорд высасывает все добро, что в нас осталось. Мы рабы в его когтях. Не так все должно было случиться с нами. Я готов сделать любые темные вещи, но мои родители слишком устали от всего и не заслуживают на уготованные Темным Лордом испытания. Никто не заслуживает, — наконец схватился он за голову, опустив ее вниз. — Твое рвение похвально, а чувства мне понятны. Только ты же понимаешь, что от рук Волдеморта страдает не только твоя семья. — Но моя семья единственная, ради которой я готов пойти на все! — парировал Драко. — Помогите мне! Я сделаю все, что вы попросите, расскажу все, что знаю, но помогите мне хотя бы двоих людей сделать счастливыми. Это единственное, чего я так хочу. — Невозможно переписать судьбу без последствий для будущих поколений! — произнес Дамблдор. — Я знаю! — кивнул Драко, — И я готов! — Предположим, я смогу тебе помочь, а чем отплатишь мне ты? — в голосе директора сквозило любопытство. — Ты сможешь рассказать мне все о планах Волдеморта? — Конечно! — согласился Драко. — Мне все равно будет нечего терять! *** Всю следующую неделю Драко исправно посещал после отбоя кабинет директора. Там он подробно рассказывал о собраниях пожирателей смерти, чертил схемы расположения их лагерей, рассказывал о планах, а ночами записывал на пергамент все, что смог дополнительно вспомнить. Уже к концу следующего вторника Орден Феникса смог продвинуться в своем противостоянии пожирателям смерти. Но обратной стороной медали было то, что обстановка в Малфой-мэноре накалилась до предела. Люциуса все чаще пытали круциатусом, а Нарцисса все чаще плакала по ночам. В очередной такой вечер Драко ворвался в кабинет директора и закричал: — Я сделал все, что вы попросили, почему вы мне не помогаете в моих поисках? — Драко, присядь, пожалуйста! — спокойно выговорил директор, протягивая ему бокал со сливочным пивом. — Вы издеваетесь надо мной? — махнув резко рукой, юноша скинул бокал на пол. Тот в дребезги разбился, заляпав пивом весь пол. — Сядь, я сказал! — настойчиво и жестко повторил Дамблдор. Драко повиновался и молча сел, зло поглядывая исподлобья. Директор повернулся к книжному шкафу и вытянул оттуда огромный сверток. Положив на стол и развернув мешковину, он придвинул к Драко древний том в массивном кожаном переплете. Три поперечные пластины опоясывали книгу, смыкаясь в замки на корешке. Взмахнув волшебной палочкой и неслышно что-то прошептав, Дамблдор раскрыл книгу. — Мерлин! Так она все это время была у вас! — охрипшим голосом произнес Драко. — Я оставлю тебя одного, пока песок не закончится, — указал он на маленькие песочные часы на своем столе, рассчитанные не больше чем на три минуты. Думаю, этого будет достаточно. Дамблдор обошел вокруг стола и, проходя мимо Драко, положил ему руку на плечо: — Ты храбрый и достойный сын Малфоя. Твой отец мог бы гордиться тобой. Надеюсь, ты все-таки передумаешь. Но это твой выбор! — и с этими словами покинул кабинет, спустившись по винтовой лестнице. Драко посмотрел в книгу и судорожно пролистал ее. Приблизительно до середины она была исписана мелким почерком: даты, имена, приметы, описание местности и многое другое, что давало виток новой истории. Драко тяжело вздохнул, взял со стола перо и принялся писать. *** Красная полоска света скрылась за горизонтом, погрузив город в вечерние сумерки. Двое людей сидели на террасе красивого английского дома с белым штакетником на фасаде и наслаждались летней тишиной. Мужчина приобнял за плечи женщину, раскачивая их на подвесной качели: — Так спокойно и тихо! — произнесла женщина, подняв глаза к небу. — Расскажи мне, как сегодня прошел твой день на работе? — спросила она, мягко коснувшись губами его щеки. — О, чудесно! Сегодня приходил мой старый клиент. Ну, помнишь того грузного мужчину — мистера Освальда, который развелся пару лет назад со своей женой? Мы еще тогда жалели его пса, которого он с ней не мог поделить. Женщина рассмеялась приятным бархатным голосом: — Помню, конечно! Только, Люциус, что он хочет на этот раз? Очередной развод с новой женой? — спросила весело она. — Нет, Цисси! Я буду представлять его интересы, как юрист, на аукционах. Ты знаешь, мне понравилась такая перспектива. — Как это чудесно! Может, мы тоже сможем купить что-то себе в коллекцию. Я знаю, как сильно ты любишь всякие антикварные вещицы. Я, кстати, приготовила парочку тебе ко Дню рождения! — подмигнула она ему, плотнее прижимаясь к его плечу. Люциус нежно поцеловал свою жену, наслаждаясь ароматом ее духов. Но внезапно нахмурившись, он спросил: — А ты выслала приглашение своей матери? Ей обязательно нужно приехать и развеяться. Пусть поживет с нами какое-то время! — Если ты не против! Ей тяжело далась смерть Беллы и Тонкс. Она до сих пор их оплакивает. И я тоже скучаю по ним, — глаза Нарциссы слегка увлажнились. — Инспектор больше не сообщал подробностей их убийства? — Нет — вздохнула Нарцисса, — боюсь это так и останется тайной, кто их убил. — Не печалься, дорогая! Мы должны теперь прожить свою жизнь достойно не только за себя, но и за них! — сказал он. — Ты знаешь, мне иногда кажется, что нам чего-то не хватает. Как будто во мне нет целостности, словно у меня что-то отняли, — вздохнула она. — Брось ты! — нахмурился Люциус. — Мы живем славной жизнью: я успешный юрист с известными клиентами и отличными гонорарами. Ты талантливая художница — твои картины разбирают как горячие пирожки за все деньги мира на международных выставках. У нас прекрасная семья и замечательная дочь, которая, к слову сказать, в следующем месяце выходит замуж за порядочного и перспективного юношу. — Да-а, — мечтательно протянула Нарцисса, — Оливер прекрасный молодой спортсмен, подающий надежды. Кэролайн хвасталась его повышением до защитника в сборной. Твоя дочь без ума от него! Так же как я была без ума от тебя, Люциус! — улыбнулась она своему мужу. — Я вот до сих пор помню, как сходил с ума от твоей красной юбки, в которой так соблазнительно смотрелись твои прекрасные ножки. — О, и мой отец был в бешенстве, когда я гуляла с тобой допоздна! Особенно, если ты катал меня на мотоцикле. Он страшно переживал тогда. — Поэтому мне приходилось ждать до двух часов ночи, когда он наконец уснет перед телевизором, и я пробирался к тебе на балкон. — рассмеялся Люциус. — Я по сей день счастлив, просыпаясь с тобой каждое утро. Я люблю тебя, Нарцисса! — И я люблю тебя, Люциус! Я самая счастливая женщина на свете! Люциус помог ей подняться с качели и взял за руку: — А та красная юбка сохранилась? Хочу еще раз взглянуть на тебя в ней. Крепко обнявшись и звонко смеясь, они зашли в красивый уютный дом, завершая очередной счастливый вечер. А завтра наступит новый день их новой беззаботной жизни.