365 дней. Грани

Как же хочется пить. Прошедшая ночь звоном тысячи колоколов отдавалась в голове. А девушки были горячие... Приятное чувство власти, вседозволенности и терпкий вкус разврата на губах... Но сейчас не время погрязать в воспоминаниях. Нужно решить вопрос с этой зарвавшейся газетой. Совсем бесстрашные. Раньше бы на такое никто не решился — статья обличающая проституцию в наших клубах, чёрт возьми. С одной стороны — не самая шокирующая новость, все и так знают, и активно пользуются, между прочим, но говорить об этом открыто, да ещё и на первых страницах прессы - явный перебор. Машина свернула налево, проехав узкий переулок и расступавшихся навстречу людей. Жаркий июльский полдень Сицилии не давал нормально придти в себя и вдохнуть полной грудью. Боже, как кружится голова. Марио, мой консильери, повернулся ко мне, сидя впереди около водителя, и одарил сочувствующим взглядом. - Дон, заедем в аптеку за таблетками? - Не нужны мне таблетки, не завидуй, - пошлая ухмылка играет на лице. Проклятие, это было круто. Разговор в офисе газеты был коротким, главный редактор долго извинялся, заикаясь и заламывая пальцы, он утверждал, что произошла ужасная ошибка, номер вышел в печать без его одобрения. - Мне нужны имена всех, кто отвечает за ваш маленький просчёт. У тебя сутки. Стало заметно — по голосу он понял, что лучше не опоздать ни на минуту, хотя и так должен был знать. Эти недолюди истерически тряслись лишь при упоминании имени Массимо Торричелли. Разумеется. Это мой мир, мой город и я буду решать кому дышать, а кому зарывшись в песок на знойном пляже кормить чаек. Мы вышли из кабинета. - Вечером встреча с бизнесменами из Германии. Нужно подготовить документы, - напомнил Марио и сел следом в машину. Седина совсем покрыла его виски, напоминая о возрасте. Мудрый, рассудительный, человек уже уходящей эпохи, живущий по законам чести и не предавший меня ни разу. Один из немногих. Ведь ложь и лицемерие стали нормой в этом продажном мире, где покупается всё, и уважение, и секс. - Вот ты этим и займешься, а мне нужно увидеть брата. Надеюсь, Ольга не убила его после вчерашнего. - Он был дома около полуночи. Охренеть, какой хороший мальчик. На подъезде к вилле семьи я задумался над тем, что не был здесь уже пару недель, если не больше. Теперь комфортнее жить в квартире, вид оттуда просто изумительный, а панорамные окна создают ощущение полёта. На закате последние лучи мягкого солнца  поджигают чёрные, отделанные камнем стены, скользят по полу, всё горит. А я, наверное, уже перегорел. Куда двигаться? Больше не знаю, раньше ставил цели, а теперь просто беру от жизни всё. До последней капли. И плевать, что будет завтра. Есть только здесь и сейчас. Мы  вышли из машины и направились сразу в мой кабинет. Брат ждал уже там. - Мне бы твою бодрость, Доменико, - начал я с порога, - Как Лука? - Соскучился по тебе. Тебе нужно чаще бывать дома. - Мой ритм жизни не вписывается в ваш утопичный мирок, - заметил с улыбкой, обнимая брата, и сел в кресло. - Решил дела с газетой? - У меня стойкое чувство, что под нас копают. То полицейский рейд на бар в Палермо, то это статья. Раньше такого не было. Нужно найти откуда растут ноги. Мы в основном вышли на легальный бизнес, но кто-то упорно роет скрытые источники доходов. Мне определённо не нравилась эта ситуация. Всё должно быть чётко расставлено по полочкам, но в последнее время не покидает чувство надвигающейся беды, а интуиция меня никогда не обманывает. Что-что, а видеть будущее на много ходов вперёд никто не отнимет. Надеюсь. - Я думал о семье Никодемо. Если им удастся перебить наши поставки героина через Катанью, то они получат карт-бланш на торговлю с материком. Может быть это их рук дело? - Не всё так просто. Они не решатся на открытый конфликт. Так что я очень сомневаюсь. В комнату вошла Ольга, как всегда без стука. Боже, брат, научи её манерам. И одень что-нибудь длиннее, она мать в конце концов. - И тебе доброе утро, - вслух заметил я. - У всех утро наступает в разное время, через час садимся обедать, - съязвила брюнетка, устраиваясь на диване, воздух наполнился чуть заметным ароматом духов с персиком и цитрусом, - Что-то ты помятый. - О, женщина, не нужно нравоучений. Где мой герой? - Утонул в видеоиграх. Было бы неплохо вернуть его в реальность. - У него и так график забит учителями. Дай парню отдохнуть. В спину сыпалось очередное недовольное нытьё о том, что мальчик растёт похожим на меня, а не на отца и что слишком многое ему позволяю, но я уже не слушал. Вышел и поднялся в свою спальню. Нужно принять душ и переодеться. Марио вытащил меня из номера гостиницы, не успел я глаза протереть, и девушек выгнал. Найду их, горячие штучки. Закончив с душем я направился в гардеробную. Чёрная рубашка и брюки выгодно оттеняли загорелую кожу, тёмные волосы и карие глаза, лёгкая ухоженная щетина. Вот теперь можно вздохнуть полной грудью. Живой. Даже головокружения не осталось. Я услышал сигнал телефона и поднял трубку. - Дон Торричелли, я в сотый раз прошу у вас прощения за эту статью, мне очень жаль, что так вышло... - голос главного редактора дрожал, уверен, будь он сейчас в этой комнате, я мог бы попросить его поцеловать мои ботинки и он бы не отказался. - Ближе к делу. Имена, - с нетерпением отрезал, отогнав с улыбкой картину ползающего на коленях человека. - В том то и дело. Никто из моих сотрудников за это не отвечает. Номер был готов вчера вечером. Всё перепроверили. На первой странице должен был быть анонс предстоящих концертов. Рано утром его распечатали с компьютера и он ушёл в печать. Каким-то образом статья на обложке была заменена. Мы сами не знаем как это вышло. В здании ночью охрана, никто не мог войти, компьютер под паролем, люди пришли в 7 часов утра, редактирование статьи числится временем 2:34 ночи. Исходя из записи видеокамер никого в кабинете в это время не было. Голос редактора срывался и путался. Как же он боится. - Ищите, - отрезал я и положил трубку. Идиоты, меня окружают одни идиоты. Обед прошёл спокойно. Ольга долго рассказывала о новой коллекции платьев, о каком-то показе в Милане. А я смотрел на неё и думал о том, что в её мире всё так просто. Святая наивность. Она не понимает или делает вид, откуда берутся деньги на все её прихоти. Воркуют с Доменико как голубки, прямо идеальная семейка, иногда даже воротит от этих розовых соплёй. Страшно подумать, что раньше я тоже хотел такого, теперь же понял, что женщины, которая могла бы быть рядом именно со мной, просто не существует. Когда-то я нарисовал себе образ, искал его, а найдя разочаровался. Нет уж, спасибо, больше на такое не подписываюсь. Вечером мы с Доменико выехали в наш клуб Малавита. Открытие состоялось неделю назад, а я ещё не успел оценить все прелести свежего центра ночной жизни Таормины. Новый источник доходов, легальный, прошу заметить. Эбонитово-черный внутри, подсвечиваемый золотыми лампами, он олицетворял собой подобие шикарного подземелья, в котором нет места для моральных ценностей. Мы двинулись к вип-зоне через танцпол, людей было безумно много, охранники шли впереди, но толпа всё равно напирала справа и слева. Неожиданно в моё плечо кто-то врезался, я почувствовал сладковатый запах духов, но аромат был не приторным, он напоминал свежие весенние ночи Сицилии, яркая нотка ударила в нос. Девушка обернулась и пошла дальше. Хороша чертовка - точёная фигурка, намного ниже меня, неудивительно при моем росте, длинные медовые волосы до самой задницы, загорелая кожа, облегающее красное платье мини. Но не это привлекло внимание. А глаза. Надменный взгляд. Она посмотрела на меня как секундное раздражающее препятствие. Да кто ты, блять, такая, чтобы себе такое позволять? Тут фейс-контроль вообще работает? Нужно будет решить этот вопрос. Незнакомка скрылась, а я так и остался стоять, смотря ей вслед. Неприятное чувство резануло по венам —предчувствие беды. Зажмурился и глубоко вдохнул спёртый воздух. Да нет, бред какой-то. Просто устал. Марио с немецкими компаньонами уже ждали нас за столиком на диване. Обсуждение рабочих вопросов плавно переросло в льющиеся потоки виски.  Мой скучающий взгляд наткнулся на молодую блондинку, крутящуюся на шесте в нескольких метрах от нас. Я вспомнил Лауру. Чёрт, как это было давно. Боль тонкой иглой проткнула душу. Не думать. Отпустить. Всё забыто. Девушка словила мой взгляд и игриво подмигнула. Фантазии нарисовали как я насаживаю её на свой член и из её рта вырывается похотливый вопль. Надо будет сказать менеджеру, чтобы доставил красавицу ночью в отель, на квартиру сегодня не поеду. Я поднялся и направился в туалет. Охрана в лице двух амбалов двинулась следом, но была отослана жестом руки. Достали таскаться следом. Я теперь все чаще хожу один. Доменико считает, что это непростительно опасно. Мне плевать, я не ищу смерти, нет уж, вкус этой жизни слишком приятен на губах, но сейчас я хочу взять от неё всё. Почувствовать то, чего не доводилось. Брат назвал меня сумасшедшим, вытаскивая из дешевого борделя в Токио с ножом в ноге, где я проснулся без денег и документов, меня обокрала какая-то шлюха. Что ж, будет уроком. Но мне, такому идиоту, это понравилось. Азарт опьяняет. Кайф. По дороге обратно, проходя мимо барной стойки, вновь уловил сладковатый уже знакомый запах духов. Повернув голову, я наткнулся взглядом на ту же девушку с танцпола. Она что-то кричала в лицо грузному мужчине, который держал за запястье её рыжую, насколько я понял, подружку. Подойдя поближе, стали более разборчивы обрывки фраз на итальянском с приятным незнакомым акцентом, которые заглушала музыка: -... выверну наизнанку. Я бы тебе не советовала... твоими поросячьими глазками! Щеки мужчины вспыхнули и он занёс руку. Но она даже не шелохнулась. В глазах горела такая ярость... Фурия. Точно фурия. Причём сумасшедшая, исходя из её габаритов, сравнимо с незнакомцем. - Проблемы? - произнёс уверенно, подходя ближе, даже руки из карманов не достал. Вот только потасовок в моем клубе не хватало. Пусть валят на улицу и там выясняют отношения. Все трое резко повернули головы. Мужчина отпустил запястье рыжей и пулей исчез в толпе. Не глупый субъект, не глупый... Недоверчивый взгляд девушки в красном платье пробежал меня с ног до головы. Нравится? Хочешь попробовать на вкус? - А тебе что надо? Потерялся? - бросила она мне в лицо. Да откуда такие берутся? Их что правилам поведения в первобытном обществе учили? Засунуть бы в багажник на сутки, быстро бы уважению научилась. Рыжая подружка потянула за рукав красного платья и переключила внимание на себя: - Ева, не надо, - и, обращаясь уже ко мне с ласковой улыбкой, - Дон Торричелли, наслышана о вас. К сожалению, не все мужчины понимают слово "нет". Она кивнула в сторону ушедшего и протянула мне руку: - Кьяра. Спасибо за помощь. Я поцеловал её кожу. Типичная итальянка, страстная и игривая, с копной явно крашеных рыжих кучерявых волос. Но мой взгляд скользнул в сторону. Незнакомка застыла, скрестив руки на груди, пренебрежения во взгляде уже не было, скорее слабый интерес. Ну, и на том спасибо. Значит имя моей семьи ей знакомо. - Спарринг-партнеров нужно выбирать своей весовой категории, - опять засунул руки в карманы и стал напротив неё. Тёмные гладкие каштановые волосы, яркие зелёные глаза, чуть приоткрытые соблазнительные губы. Такую будет чертовски приятно трахать, главное засунуть кляп в рот, чтобы опять чего не ляпнула. - Не вижу достойных, - отозвалась она. Нет, точно багажник. На двое суток. В разговор вмешалась подружка. Рыжая что-то быстро лепетала, извиняясь передо мной и утаскивая свою невоспитанную спутницу в толпу. Та лишь раз оглянулась. "Не вижу достойных". Я запомню, Ева. Тебе сегодня сопутствует удача, так как контракт подписан очень выгодный и я в наилучшем расположении духа. Иначе стоило бы поучить тебя манерам. Глубоко за полночь мы вышли из клуба. Я глубоко вдохнул воздух тёплой июльской ночи и закрыл глаза. Только на Сицилии так пахнет. Домом. Только здесь терпкие ароматы летних цветов, смешиваясь с ветром с моря кружат голову. Я повернулся к Марио, он смотрел на звезды, необычайно яркие в чёрном небе. - Мы все тут вертимся, куда-то спешим, а им плевать. По сравнению с нами они почти бессмертны, - он чуть сощурил глаза, ища что-то на небосклоне. - Старость берет своё, раз потянуло на мысли о вечном? - усмехнулся я. Вот только философов не хватало. Сдаёт старик. Распрощавшись с ним я сел в машину, к двери подошёл Доменико и постучал по стеклу. Водитель опустил окно и я вопросительно взглянул на брата, подняв брови. - Может поедешь домой на виллу? - Хорошо, что ты напомнил. Девушка, блондинка из танцовщиц клуба, что крутилась недалеко от нас. Передай администратору, чтобы она была через час в отеле Белмонд Тимео. Доменико демонстративно отдышался и, попрощавшись, оставил меня одного. Задолбал, семьянин чёртов. По приезду в отель я успел только налить себе виски и удобнее устроиться в кресле, как в дверь постучали. Блондинка мышкой проскользнула в номер и застыла со смущенным лицом. Короткое красное атласное платье выгодно оттеняло золото блестящих волос, голубые глазки невинно хлопали ресницами, но в их глубине уже танцевала искра. Я рукой указал на место на полу передо мной. Положив сумочку на комод, девушка опустилась на колени и начала гладить мой член через брюки. Улыбка скользнула по её лицу. - Не томи, - почти прорычал. Она наработанным жестом расстегнула ремень и ширинку. Лукавый взгляд скользнул по моему лицу. Да, без белья. Не затягивай, девочка. Я опустил ладонь на её голову, протолкнув член в рот. Движения становились все более быстрыми. Закрыл глаза. Как тебя зовут? Да, блять, неважно. Через пару дней и не вспомню. Глубже, в самую глотку. Она протестующе уперлась руками в мои ноги. Нет уж. Работай. Схватив танцовщицу за волосы грубо вошёл так, что уткнулся в сопротивляющуюся глотку. Она чуть поперхнулась, но, скользнув испуганными глазами, не отстранилась. Я с силой имел её пока не наступила разрядка, и, вынув член, кончил ей на лицо. - Иди умойся, жду тебя в спальне, - бросил через плечо вставая и уходя. Сегодня одна сумасшедшая хамка посмела мне нагрубить и ты сполна отработаешь за это. "Не вижу достойных". Сука.