Честерсон

1689 год. 17 июня Ясное прежде небо затянуло дымом. Отовсюду слышны крики, свист шпаг, разрезающих воздух, и этот тяжелый запах спекшейся крови. Страшнее всего находиться в самом эпицентре этого ужаса. Полуживые матросы из последних сил машут шпагами, кто-то уже упал совсем без сознания. Нападения пиратов всегда отличались особой жестокостью, это точно не те люди, которые будут переживать за посторонних. Жажда наживы превосходила любую жалость, уничтожала цену человеческой жизни, если только это не жизнь кого-то из собственного экипажа.

"Чистые сердцем не становятся пиратами."

Ловко взобравшись по вантам примерно до середины, стройный силуэт остановился и держась одной рукой, рассерженно смотрел в бинокль. На пиратском корабле осталась открытой дверь, ведущая в каюту. Спрыгнув наконец на грязные доски палубы, Мерфи едва успела потянуться к ножнам, как ее резко развернули за борт. -Вы видите это? Сама мисс Честерсон дала слабину.-противно заливаясь смехом, язвил мужчина. Именно их корабль был захвачен пиратским союзом, и теперь, приблизившись к самому сердцу команды, они надеялись на своё превосходство. Наблюдая за бьющимися о корабль волнами, женщина лишь выжидала время, пока капитан максимально растеряет свою бдительность от радости произошедшего. -Хорошая погода сегодня, верно, мистер Баргерман? Правда ветрено немного, вода неспокойная.-лукаво улыбаясь почти промурлыкала Мерфи. Капитан только сдвинул брови, не понимая, что речь сейчас шла совсем не о погоде, и это был лишь очередной манёвр от хитрой дамы, которая не привыкла дожидаться от кого-либо помощи в любых ситуациях. Так и сейчас она резко нанесла удар каблуком высоких сапог в паховую область мужчины, наконец высвобождаясь из хватки. Прекрасная гибкость и изворотливость не раз спасали ее из подобных случаев. Только вышвырнув наконец за борт Баргермана, можно было вернуться в центр сражения и объявить членам экипажа что противник повержен изнутри. Все моряки без исключения подчинялись строгой системе, на корабле царила своя иерархия. У каждого человека особое значение, обязанности, и отношение ко всем было соответствующее. Командир корабля – ядро. Без него экипаж разрушен вдребезги. Собрав с захваченного корабля необходимые запасы и перевозимый ими груз, пираты поспешно возвращались на Абриану. Только проверив все каюты и помещения для хранения на наличие живых матросов, Мерфи со спокойной душой покинула судно. -Капитан, вы в порядке? - спросил старпом, подавая женщине руку, когда та спрыгивала на палубу. Вилмар всегда и со всеми держал дистанцию, но относился с заботой, если бы не Честерсон, он бы мог уверенно возглавить экипаж. Опытный моряк, повидавший достаточно сражений, в прекрасной физической форме и с твердым характером. Судьба этого человека максимально непредсказуема, поскольку когда-то, будучи совсем молодым матросом, он был пленником, захваченным этими самыми пиратами, а после вступил в их ряды. Но старпомом он стал исключительно благодаря своим достижениям. Далеко не одно ограбление корабля было успешно совершено им практически в одиночку. Его смелости если не яростно завидуют, то точно восхищаются молодые на корабле. -В полном. Где Алесса? —капитан слегка запрокинула голову назад и спросила, глядя прямо в глаза. - Я надеюсь хоть кто-то остался с ней в каюте, когда мы покидали наше судно? Нет. Никто не остался с малышкой. И Мерфи заранее знала это прежде, чем спросила, потому и поспешила к девочке, не дожидаясь ответа от Вилмара. Лесс сидела на большом сундуке, устало теребя край рубашки. Волнистые, русые волосы дочери ниспадали на худые плечи. Самое невинное существо на этом корабле. В свои 8 лет она абсолютно оторвана от своих сверстников, но даже несмотря на это, капитан старалась устроить девочке хоть какое-то детство. Многочисленные игрушки, наряды, мать всеми силами радовала её чем могла. Но ведь это уже не детство. Тысячи смертей фактически на глазах, голод, морские происшествия. Это убийственная опасность для ребенка, но обстоятельства не позволяли поступить иначе. -Хочешь посмотреть на дельфинов? Дядя Кевин говорил, что видел парочку несмотря на то, что довольно ветрено.-убирая прядку волос за ушко девочки, сказала Мерфи. -Пойдем, а ты расскажешь мне снова какую-нибудь историю о море? -Расскажу, милая. Жестокая в бою, любящая в семье. Честерсон мастерски владела шпагой, умом и своим телом. Казалось, ловкости ей не занимать даже у цирковых акробатов, перепрыгивающих с каната на канат прямо под самым шатром. Пластичность женского тела давали фору мужской грубой силе. Кто-то влюблялся, кто-то ненавидел, но исход у всех мужчин моряков был один, им оставалось лишь побыть наедине со своими чувствами, и буквально остыть, но уже за бортом судна. Никто из экипажа не знает как Мерфи оказалась на корабле, почему выбрала именно этот путь по жизни, но в её лидерстве не усомнился никто и ни разу, не смотря на старое поверье что «Женщина на корабле-жди беды». Вообще связывали это с тем, что нахождение женщины негативно сказывалось на общем статусе команды, вынужденной обходится без ласки. Бывали из-за того конфликты, соперничества, переходящее в бессмысленные убийство, а в экипаже, как известно, каждый человек на борту ценен. Поэтому принято было полное отсутствие женщин на корабле, за исключением души корабля, которая считалась также женской, а две женщины, как правило, плохо уживаются. -Мама, я боюсь таких волн.-Алесса подошла ближе к матери и потёрла глаза, -И дельфинов совсем не видно. -Прости, сокровище, шторм усиливается, видимо Кевину глаза слепит от грога и видится всякое. Но от обещания рассказать историю я не отказываюсь. Садись, чудо. Лесси довольно уселась на веревки, покачиваясь из стороны в сторону, словно на качелях. Хоть что-то отдаленно напоминающее обычные детские развлечения здесь нашлось для девочки. - Взгляни на синеву морских волн. Столько всего неизвестного и интересного может таиться в этой глубине. Ты видела различных рыб, дельфинов, но кто знает, вдруг там есть что-то, чего не видели мы с тобой? - Мерфи задумчиво посмотрела куда-то глубоко под воду, - Однажды мне рассказали такую легенду, и сегодня я расскажу её тебе. Эта история о русалке Опре. Как-то раз в сильный шторм, судно моряков потерпело крушение, но спастись удивительным образом удалось лишь одному парню. Он был очень высоким, красивым молодым человеком, страстно любил открытое море и свободу. Очнулся после проишествия он уже на мокром песке, а в воде, на большом камне, сидела незнакомая красавица и любовалась моряком. Парень влюбился с первого взгляда, и кто знает, может и правда русалки волшебством очаровывают мужчин, а может действительно влюбился. -А ты видела когда-то русалок, мама? -Нет, малышка, мне не доводилось. Но твой дедушка говорил, что пару раз замечали они с экипажем этих существ. Но они очень опасны, мало кому удается избежать смерти при встрече с ними. Топит нежить мирные корабли, любят они молодых парней. Так вот про Опру, любовь связала их с тем парнем, а русалка, зная что потеряет бессмертие, все же вышла замуж за любимого. У алтаря моряк произнес клятву, в которой обещался хранить верность: «Залогом любви и верности будет каждое мое дыхание при утреннем пробуждении». Спустя год совместной жизни у них родился первенец, но со временем муж стал терять интерес к когда-то любимой девушке. Но однажды Опра узнала, что теперь другой женщине Лоуренс клянется в любви и прокляла его: «Ты поклялся своим утренним дыханием! Теперь знай – ты сможешь дышать, пока бодрствуешь, как только уснешь, дыхание покинет твое тело!». И как было ему предначертано, умер юноша, как только лег ко сну. -А что случилось с Опрой? -девочка с интересом смотрела в глаза матери. -Опра жила долго. Жила ради сына и себя. Но в одиночестве, никого из мужчин к себе больше не подпустила, да и желающих было мало, ведьмой ее называли за проклятие. Дослушав от матери увлекательную историю о русалке, Лесс потёрла глаза и посмотрела на морскую гладь. Ветер наконец успокоился и перед малышкой открылся живописный вид. Сколько прекрасного таит этот отдельный мир, в нём свои законы, своя неизвестность и глубина. Сейчас оно спокойное, кристально прозрачное и холодное, бескрайнее зеркало. Заход солнца в море особенно красив. Мягкие, золотистые лучи, пробираясь сквозь паруса, заливают всю палубу своим светом. Будто в нежной дымке корабль плывет по воде. Вилмар, закончивший с остальным экипажем разбирать припасы, неторопливой походкой двинулся в сторону Мерфи и Алессы. Поправив выбившуюся тёмную прядь волос, пират присел перед девочкой на корточки и лучезарно улыбнулся. -Ты так подросла. Мужчина с особой заботой относился к Лесси, он всегда уделял ей особое внимание, и это не очень нравилось Мерфи. Даже сейчас она стояла в напряжении, ей доставляло особое неудобство их общение. И тому были свои причины. Кто знает, как сложится дальнейшая судьба малышки, возможно она узнает о них сама, когда подрастет, а может и сам Вилмар предпочтет рассказать ей об этом. В любом случае, сейчас не время. Несмотря на общую, весьма мягкую и радостную атмосферу, если приглядеться, можно было заметить в глазах старпома тоску. Даже его улыбка и озорная игра с малышкой не могли спрятать едва заметных следов отчаяния и боли в глазах. Вилмар крутил Алессу в руках, а та заливалась громким смехом. Она доверяла ему на сто процентов, не боялась что уронит, и мужчина в свою очередь, держал ее крепко, будто самое драгоценное в мире сокровище. -Мерфи, я могу ненадолго украсть принцессу? -не выпуская девочку из рук, спросил он. -Дядя Вилмар, зачем? Историю мне сегодня уже рассказывала мама, приберегите на завтра. Опасаясь, что мужчина скажет что-то лишнее наедине, капитан окинула его недоверчивым взглядом и скрестила руки на груди. -Я не думаю, что это хорошая идея, там более принцессе уже пора спать, солнце почти село.-женщина аккуратно взяла ребенка из рук пирата. -Пожелай доброй ночи. -Доброй ночи! Можете украсть меня завтра, я попрошу у мамы разрешения. -Лесс радостно улыбалась, спрыгивая на палубу и поправляя слегка помятую рубашку. -Доброй, сокровище. За её улыбку он был готов перебить целый экипаж моряков. За её безопасность он был готов сражаться в одиночку без оружия. За её мирный сон он был готов не спать хоть целую вечность сам, лишь бы Лесса была в целости и сохранности. Больше всего на свете он хотел бы что бы малышка знала о том, что её отец не погиб, утонув глубоко в море, что он жив, что он всегда был рядом и дарил свою заботу и тепло. Мерфи же считала, что ей не стоит этого знать, по крайней мере сейчас, пока она не выросла до сознательного возраста. Женщина прекрасно осознавала ответственность за свою ложь ребенку, что возможно она её вообще возненавидит. Но лучше заслуженная ненависть, чем пустая любовь. Причиной её опасений стала не чрезмерная опека, а возможность волнений в экипаже. Что скажут люди, когда узнают о том, что старпом корабля – любовник капитана? Аморально. Так не должно быть. По крайней мере сейчас, пока Алесса еще ребенок, Мерфи и Вилмар договорились сохранить это в секрете, а потом, когда она подрастет, экипаж уже вероятно обновится и их связь уже никого не коснется. Уложив девочку спать, Мерфи отправилась на палубу. Прохладный вечерний ветер обдувал тело женщины, покрывая кожу многочисленными мурашками. Солнце, угасая, ныряло за черту моря, окрашивая небо в различные оттенки: от медного до кроваво-красного. -Прогуливаешься? -спросил мужчина, не глядя в глаза капитана. Он стоял возле борта, слегка опираясь на него бедром и наблюдая за уходом солнца. Темные волосы немного развивались от морского ветра, создавая весьма умиротворенный вид. -Да.-Мерфи явно не была настроена на нормальный диалог, поэтому сразу же после ответа подошла к штурвалу и уверенно положила на него руки. Спокойный взгляд осматривал воду вокруг. Красиво. Дьявольски красиво. «Когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей – по морю.» -Ты не думала о будущем Лесс? Как ты отреагируешь если она однажды скажет тебе что тоже хочет войти в ряды экипажа? -Думала. Я буду счастлива лишь если это будет её искренним желанием, а не навязанным решением из-за окружающей обстановки. И ведь на самом деле, Мерфи очень переживала о том, что дочь может потеряться в своих желаниях и единственное что ей останется, последовать по стопам матери, и выходит, отца. Как и любая мать она беспокоилась, тем более что не понаслышке знала как это опасно. За этот год экипаж потерял порядка 10 человек вследствие морских бедствий и около 15 в бою. Собрать абордажную команду сложно, а вот потерять куда легче. Море и любовь не терпят педантов, здесь нужна приспособленность и умение откинуть формальные требования. Запретить Алессе выбрать этот путь она точно не сможет, очень часто люди не одобряют того, что делается для их же блага.