Liebe, die mit Volleyball begann

Последний класс старшей школы – волнительный период в жизни каждого школьника. Всего через год ты вступишь во взрослую жизнь и будешь предоставлен сам себе, но до этого момента ты должен сдать всеми ненавистные экзамены. Однако для Исыль надвигающееся бедствие таковым не считалось – она даже решила записаться в кружок по волейболу, дабы скрасить свои серые школьные будни. Кто же знал, что делать это ей не стоило... Русоволосая была одной из тех немногих девушек, что любила учиться и стремилась отметиться где только возможно. Её участие во всевозможных школьных кружках и активах делало школьницу одной из самых популярных девушек в школе; проще говоря, разве что у ленивого было не на слуху её имя. Только вот ирония судьбы: все предпочитали заинтересованно наблюдать на расстоянии. Исыль не получала милых записочек, приглашений погулять, подарков – ни-че-го. Она смотрела на парочки, втихую обжимающиеся в укромных уголках, тёплые улыбки друг другу мимоходом, неловкие касания руками, и пренебрежительно фыркала, не забывая закатить глаза. Не то чтобы активистку совсем не волновала её личная жизнь – под покровом ночи, укрывшись теплее одеялом, она упоённо читала какие-то популярные любовные романы и грезила, что когда-нибудь с ней произойдёт то же самое. Родители с самого детства твердили, что учёба должна быть на первом месте, она должна доказать всем, что является лучшей, а мальчики – это не главное. Для них ещё рано, потом все само придёт. Вот так прелести молодой жизни постепенно сходили на второй план, не щадя даже какие-нибудь вечеринки или совместные гулянки одноклассников. Школа, в которой учится шестнадцатилетняя, всегда славилась своей волейбольной командой. Исыль нельзя назвать спортивной девушкой – некоторые нормативы чуть ли до тройки дотягивает. Учитель, добрейшей души человек, всегда шёл навстречу, ведь портить табель плохими оценками не хотелось. А тут подвернулся удачный момент, дабы игра была не в одни ворота: либо девушка записывается в команду на замену волейболистки, которая сломала ногу, либо она может сразу уходить из дома. В какой-то степени шантаж, но в то же время активистка понимала, что это меньшее, что она может сделать в знак благодарности, как бы она не не любила эту страшную игру. Сладостное посапывание утра субботы прерывает трель будильника, который оповещает о наступлении девяти часов. Исыль не мазохистка, у неё сегодня нет никаких планов и встреч, которые бы решили её дальнейшую судьбу, просто именно сегодня должна была состояться первая тренировка по волейболу, коих на следующей неделе поставили вовсе четыре. Недовольно разлепив глаза, девушка резким раздражённым движением вырубила устройство и с тяжёлым вздохом прямо босиком направилась в ванную, дабы принять все необходимые водные процедуры. Овсяная каша во рту стала ещё противнее и тягучее, чем обычно. Но, увы, мамина поддержка не вызывала силы, способные взбодрить старшеклассницу. Натянуто улыбнувшись и поблагодарив родительницу, активистка пошла собираться. Видимо, судьба-проказница сегодня решила сделать дабл-килл, потому что Исыль ошиблась с расчётом времени и теперь опаздывала на тренировку. Внутри всё кричало о том, что ну не судьба, лучше вернуться домой, но девушка была дамой весьма упрямой и целеустремленной, поэтому в который раз смирилась со своим положением и вошла в здание школы, невольно вздрогнув. По сравнению с удушливой жарой на улице, в помещении было прохладно. Наспех поздоровавшись с вахтершей, которая приветливо улыбнулась в ответ, русая поспешила в спортивный зал. Тот взгляд, которым её встретил тренер, означал отнюдь не то, что он рад её видеть и прощает ей опоздание. — О, смотрите, наша новенькая оказала нам честь и явилась на тренировку без опозданий, – раздался веселый мужской голос откуда-то из центра зала. Забирая ключи от раздевалки, Исыль мельком рассмотрела этого парня: довольно высокий, широкоплечий и с темными короткими волосами. Лицо овальное, довольно-таки милое, глаза напоминают своим цветом горький шоколад, а губы пухлые, наверняка очень мягкие, постоянно растягиваются в улыбке, обнажая ровные ряды зубов. Приятный голос эхом отражается от стен и оседает колокольчиком в ушах. Сразу напрашивается вывод о том, что он наверняка душа любой компании. Не узнать Ким Сокджина было невозможно: тоже активист, капитан школьной волейбольной команды и одноклассник Исыль по совместительству. Общались они достаточно редко – на уровне одноклассников, а ещё на собрании активов классов. Впрочем, инициативы не было с обеих сторон. Когда русоволосая вышла в спортивной форме, остальные члены команды уже закончили делать разминочные упражнения и сейчас отрабатывали подачи от стенки. Выслушав нелестные комментарии на счёт своего опоздания, девушка взяла оставшийся мячик и подошла к стенке возле выхода. Сокрушённый вздох вырвался из груди; вертя спортивный инвентарь в руках, активистка только сейчас отметила, что её техника, мягко сказать, никакая. Она никогда не присоединялась к игре даже во время занятия, а сейчас груз ответственности за соревнования казался неподъемным на плечах. Но, как говорится: «Русские не сдаются» – а она что, хуже что ли? Подбросив мяч в воздух, Шин неумело ударила его двумя руками. Совершив кривую дугу, вещица ударилась о стену и полетела куда-то назад, но не обратно в руки. Резко обернувшись, Исилькуль увидела лишь то, как мяч ударяется о грудь опешившего Джина и отпружинивает от него вниз. Звук удара об пол разнесся по всему залу эхом, потому что вдруг наступила идеальная тишина. Все замерли в ожидании, переводя взгляд то на девушку, то на парня. У Исыль резко стали дрожать коленки, но свою слабость показывать нельзя – хищники сразу нападут и сожрут с потрохами. Гордо подняв подбородок и старательно делая вид, что все так и задумано, она направилась за мячом, который молодой человек уже поднял и крутил в руках. — Что, Исыль-щи, идеальна не во всем? – со смешком спросил Джин, кидая спортивный инвентарь новому участнику команды. Решив, что отвечать – ниже собственного достоинства, девушка словила мячик и отправилась обратно. Тренер долго наблюдал за её попытками хотя бы два раза подряд отработать удар, но потом всё же решил помочь, велев остальным поделиться на две команды и начать игру. На удивление, все спортивные рекомендации и методики работали наоборот: даже идеально выполняя каждый шаг получалось только хуже. По итогу тренировки у русоволосой было только испорченное настроение, собственное бессилие и злость. С такими неудачами её ничего не стоит отстранить, и всё, никакой пятерки и в помине не будет, не то что в табеле. Проходя мимо мужской раздевалки, чуткий слух уловил собственное имя и заставил Исыль нерешительно приблизиться к двери, прислушиваясь. Разум кричал, что это неправильно, порядочные люди себя так не ведут, но что-то внутри подсказывало задержаться и послушать: — ...совсем зелёная. Зачем её вообще к нам впихнули? Я думал, в эту команду попадают только профессиональные игроки. Ну или хотя бы талантливые. — Блат, ТэТэ, – рассмеялся капитан команды, а затем более серьезно добавил: – Надеюсь, в основной состав её не всунут просто «потому что», а то мы точно проиграем. В груди разлилось неприятное щемящее чувство, что поползло наверх, в горло, оседая там и въедаясь в стенки. Исыль закусила губу, резко выпрямилась и направилась к выходу из школы, уверяя себя, что плакать не стоит, и что они, в общем-то, правы. Шин оценивала себя адекватно и знала свои возможности и недостатки, но легче от этого не становилось. Обида выплескивалась из краёв внутреннего сосуда, заливая все вокруг вязкой тёмно-бордовой жидкостью. Сейчас у неё не получалось, да, но можно было оказать поддержку, сказать пару ласковых, приятных слов. В этом была бы мотивация, в этом было бы желание помочь. Каждый человек заслуживал шанса. Жаль только, Джин предпочёл согласится с командой.

***

Одной из выдающихся черт характера Исыль было упрямство. Пока что девушка не определилась, больше ли от этого плюсов или минусов, но в тот день она твёрдо для себя решила: к началу матча научиться играть. Хоть немного, но научиться. Да хотя бы назло Джину – чтобы он смотрел на неё и давился своими словами, понимая, что был тогда неправ. Именно поэтому вот уже пять дней подряд активистка приходила в спортивный зал после уроков и тренировалась. Сама. Советы тренера не помогали, а просить кого-то из команды было бессмысленно. Как говорится: терпение и труд все перетрут. Интенсивные тренировки в купе с упорством и упрямством приносили свои плоды. Единственными слабыми местами оставались верхняя подача и подача с конца поля. Кряхтя от напряжения, старшеклассница ударила по мячу ещё раз и обреченно посмотрела, как тот отскакивает от пола и катится в сторону. Прямо к чьим-то ногам. Джина не должно было быть здесь; заметив юношу, и без того красные щеки вспыхнули ещё ярче. За эти пять дней Шин так и не простила обиды, а молодой человек и вовсе игнорировал девушку. Голубоглазой даже показалось, что он втайне ненавидит её за неумелость, но внешне оставался безразличным. Спортсмен поднял с пола мяч и медленно пошёл с ним в сторону отличницы. Все органы чувств обострились, тело напряглось, ожидая подвоха или опасности. Но вместо того, чтобы как-то унизить или высмеять, брюнет произнёс: — Я наблюдал за тобой в последнее время; ты стараешься, это похвально. Но недостаточно хорошо, – подбросив мяч в воздух, молодой человек стал ловко отбивать его вверх двумя руками, показывая своё мастерство. Девушка потупила взгляд, чувствуя себя неловко. Джин остановился также резко, как и начал, и серьезно посмотрел на одноклассницу. – Игры уже послезавтра. Я могу помочь. Что-то внутри затрепетало, а внутри как будто горячая лава потекла к органам. Как бы давление от переизбытка чувств не подскочило... Скептически посмотрев на одноклассника, активистка неуверенно кивнула, принимая неожиданную помощь. Опасности не было видно, так почему бы и нет? Может быть, между ними всё наладится и они смогут быть... Друзьями? Капитан команды особо не вдавался в теорию, лишь показывал правильное выполнение элементов игры и наблюдал. В один из моментов парень резко сократил расстояние между ними и встал сзади, обхватывая своими руками ручки русоволосой, что начала отчаянно сжимать мяч в руках и глубже вдыхать воздух. Джин решил показать подачу на практике, направляя девушку, и с его помощью у неё в первый раз получилось! Правда, дрожь в ногах и учащенное сердцебиение в комплекте школьница не заказывала. Смущенно отведя взгляд в сторону, Исыль наткнулась прямо на лицо лидера. Темно-коричневые, почти чёрные глаза смотрели с игривой веселостью, позволяя позабыть об окружающем мире на какое-то время. Все вокруг будто окунулось во тьму, оставив после себя только обостренные чувства, а лицо одноклассника словно светилось изнутри, напоминая одинокий маяк на фоне чёрного неба во время шторма. Интимный контакт прервал иронический женский комментарий где-то от дверей зала: — Я знала, что ты избавляешься от конкурентов любыми способами, но вот так... Как нехорошо, Джинни. Парень резко вскинул в голову и посмотрел на девушку, что училась в их параллели и была помощником капитана – Кан Ёнэ. Коротко рассмеявшись, волейболист четко ответил: — С тобой же получилось. Позабыв об Исыль, он направился к старшекласснице. Из их диалога активистка смогла извлечь только то, что кэп пришёл сюда проверить спортинвентарь, а неожиданно наткнулся на медалистку, а потому решил помочь, только из лучших побуждений. Дальше уже голоса вышли из зоны досягаемости; русоволосая опустила задумчивый взгляд вниз, прислушиваясь к новым ощущениям. Перед глазами до сих пор стояла картина их сплетенных рук.

***

Медалистка стояла, закусив губу и ожидая своего приговора: сегодня был день товарищеских соревнований, и прямо сейчас тренер оглашал списки команд. Девушку определили в команду с номером «четыре», в которой было большинство ребят из сборной школы и которую возглавлял Джин. Ребят с параллели, в том числе и Ёнэ, определили в первую команду. Честь открыть турнир выпала именно «домашним» командам, а потому волнение свернулось в крохотный комочек внутри и мешало дышать спокойно. Исыль боялась ещё и потому, что определили не в основной состав, а не отправили на скамейку запасных. Да, скилл в игре определено повысился, но ответственность грозной тенью преследовала девушку, заставляя испытывать напряжение, что было свойственно лишь во время контрольных по урокам. Совершенно не хотелось, чтобы потом Шин потом сделали крайней в их проигрыше. Сигнал свистка противно резанул по ушам. Наверху, на первых рядах, сидели подруги Исыль, что всеми силами кричали, свистели и показывали большие пальцы вверх, и это взбодрило, придало сил. Проведя рукой по волосам, девчушка решила отпустить ситуацию и просто плыть по течению. Даже если что-то пойдёт не так – все разрешится. На проигрыше мир не остановится, а Исыль будет твёрдо уверена – она не сдалась, попыталась. Просто не получилось. Первые два тайма прошли достаточно спокойно: основную работу на себя брали другие участники команды, однако девушка не осталась без своего звёздного часа – ловко передала мяч Тэхёну, и они принесли своей команде ещё одно очко. Ухмыльнувшись уголком губ, отличница внутри просто ликовала: это хорошее начало для сложного, тернистого волейбольного пути. Однако триумф не может длиться вечно. Произошла смена позиций – активистка встала по центру, прямо под сеткой. Какой-то внутренний червячок завертелся внутри, отвлекая голубоглазую, и это чуть не стоило команде пропущенного мяча. К сожалению, пара проигрышных очков не стоили того, что произошло далее: мяч передавали игроки противоположной команды на другой конец поля, и ничего страшного, вроде как, но... Время вокруг будто замедлилось: Исыль отлично видела, как Ёнэ прыгает над сеткой и с силой отбивает мяч прямо в неё. Удар приходится куда-то в левую часть лица, такой сильный, что девушка падает на пол. Последнее, что Исыль отметила про себя до того, как потерять сознание от шока и удара – довольную улыбку и танец маленьких бесят в зелёных глазах девочки из параллели.

***

Во всех романтичных книжках, что читала Шин Исыль, главная героиня всегда просыпается в белых стенах палаты, а потом узнает, что её спас прекрасный принц от какого-то несчастья. Вот и сейчас, разглядывая знакомый потолок медпункта, в голове мелькнула мысль, что одна из её грёз становится реальностью. На самом же деле было странно просыпаться и видеть перед собой физиономию, что облегченно расползается в улыбке и выдаёт: — Ну надо же, звезда моя, ты нас всех напугала. Исыль непонимающе смотрит на капитана школьной команды по баскетболу и пытается приподняться, но смена положения головы даёт о себе знать резкой болью, будто в голову вбивают острый кол при помощи молотка. Тихонько простонав, она все же спрашивает: — Что случилось? Помню, мяч отбивают и... — И он прилетает прямо в твоё лицо, – заканчивает Джин, нервно хихикнув. – Ёнэ намеренно сделала это. Хотела сделать тебе больно. Ей требуется пара минут, чтобы переварить услышанную информацию. Всё это время она смотрит на активиста и пытается прочитать его, словно книгу; широкая улыбка, лукавый прищур, заразительный смех – всё это выражает радость из-за стабилизации состояния одноклассницы, но вот глаза... Не зря говорят, что они зеркало души. Корейцу грустно, и русая догадывается почему – не ожидал такого со стороны близкой подруги. Он теряется, не зная, что нужно делать с этой болью. Исыль внезапно захлестывает волна стыда, вины и сожаления, и она пугается – почему вообще она должна чувствовать это? Она не сделала ничего, тем более плохого – поэтому Джин сейчас сидит рядом и внимательно смотрит, ожидая продолжения диалога. Подобрать нужные слова и сформулировать свои мысли трудно – в голове всё ещё какая-то дымка, отдающая тупой болью при напряжении мозговой активностью. Несомненно одно – ей приятно, что активист сейчас сидит рядом на кушетке и печётся о её здоровье, словно заботливая мамочка. Эта мысль вызывала приятные воспоминания и создавала ощущение покоя, поддержки, заботы и... И. Это «и» постоянно норовит вырваться. Легко коснувшись руки спортсмена, старшеклассница произносит: — Спасибо тебе. — Да ладно. Я ведь капитан, я должен заботиться о своих детях. — Я не об этом, – девчонка кусает губу в нерешительности, а затем продолжает: – Сначала я думала, что ты, как и все, настроен против меня. Как будто я пришла занять место кого-то из ребят. Но потом... Ты помог мне. За это я тебя благодарю. А то, что сейчас ты сидишь рядом... Мне просто приятно. Ким смотрит на неё и искренне улыбается. Девушка стесняется, отводит взгляд, но одаривает ответной нежной улыбкой. Момент столь интимный, что даже никакие шутки не хотят повисать между ними в воздухе. Из-за этого даже забывается, что Исыль до сих пор держит Джина за руку, но когда до неё доходит, то резко дёргается и стремительно краснеет. Брюнет широко улыбается и заговорщически шепчет: — Так значит, я – твой принц на белом коне, да? Ступор, снова озадаченный взгляд на волейболиста. Тот выпячивает грудь вперёд и стоит горой, но объяснять что-либо не спешит, растягивая удовольствие. Вдоволь налюбовавшись растерянностью девчонки, кэп продолжает: — Когда ты была без сознания и я тебя нёс сюда, ты прижалась к моей груди и сказала, что я твой благородный принц. — О боже... – простонала Исыль, закрывая лицо руками. Джин смеётся, заливисто и громко, ему даже воздуха не хватает, но между приступами хохота выдаёт: — А что... Попробовать можно.

***

С момента последних событий прошло уже около недели. Сокджин стал проводить больше времени с Исыль: на некоторых уроках они садились вдвоём, на тренировках по волейболу работали в паре, шли домой после школы вместе и ещё много таких вот милых мелочей, скрашивающих школьные будни. За все это время любой мог заметить, что характер парня изменился – он стал добрее, мягче под влиянием девушки. Конечно, с юмором ничего не произошло – дедовские шутки и подколы никуда не делись. Изменился лишь контекст. Единственное, что заставляло Исыль задумываться и волноваться – сами отношения. Или их отсутствие? После медпункта они не затрагивали эту тему, поэтому медалистка металась в мыслях со скоростью, которой позавидовал бы даже Флэш из комиксов. Вопрос состояния отношений как пары оставался открытым, но напрямую спросить не позволяло стеснение. Замкнутый круг, а потому девушка довольствовалась тем, что есть. Трансформация Джина в милого котёнка не прошла бесследно для всех остальных. Многим это не нравилось – мол, брюнет потерял свой «стальной стержень капитана» из-за неожиданно-тёплых отношений с бывшим пустым местом. Слухи быстро набирали обороты, уже выходя за пределы команды, а потому горячий вопрос подняли уже на ближайшей тренировке. Ким слушал молча, изредка кивая на какие-то слова и замечания, но это скорее было согласие с какими-то своими мыслями. Да, большинство аргументов были притянутые за уши, глупые (будто капитан решил натянуть новенькую в прямом и переносном смысле), но были и те, которые содержали зерна рациональности и здравого смысла. Наконец, выслушаны каждого члена команды, волейболист произнёс: — Давайте устроим голосование. Пусть каждый выдвинет свою кандидатуру на место капитана нашей сборной, и участник, набравший наибольшее количество голосов, займёт моё место. Если вас не устраивает насущная ситуация, то это – лучший выход из неё. В принципе, идея была справедливая и честная, а потому пришлась всем по душе. Принесли толстую тетрадь и ручки, а после пошла процедура самого голосования: ребята писали на листах импонирующие имена, а после складывали их в импровизированную коробку. Самым утомительным был подсчёт голосов: кто-то решил использовать полученный шанс для продвижения по карьерной лестнице, а кто-то решил пошутить и стал подбивать всех голосовать за Исыль – новенькая обязательно отступится и тогда её можно будет не только вышвырнуть из команды с позором и занять её место, но и качественно подпортить ей жизнь и репутацию. Джин хмурился, поглядывая в сторону шутников, но пока помалкивал; количество голосов, поддержавших эту идею, поражало. По результатам стало известно, что на место нового капитана претендуют двое: сам Джин и активистка. Русоволосая потерянно обвела всех присутствующих взглядом, но взяла себя в руки и остановила твёрдый взгляд на Джине. Молодой человек стоял с лёгкой улыбкой на губах, что вводило в ступор; заметив чужое внимание, он подмигнул Исыль и вдруг, словно прочитав мысли девушки и узнав о ее намерении отказаться от почетного места, громко и решительно объявил: — Я уступаю пост капитана школьной волейбольной команды Шин Исыль. Реакция была неоднозначной: некоторые начали смеяться, бросая недоверчивые взгляды, некоторые заулюлюкали, но большинство, в том числе и новоиспеченная капитанша, слегка припухло от происходящего. Отовсюду слышались отклики по типу «Джин, ты с ума сошёл?», «Никто лучше тебя не справится с этой ролью!», «Как всё это понимать?». Даже сама медалистка, снова поворачиваясь к теперь уже бывшему капитану и складывая руки на груди, вскинула в немом вопросе бровь и стала ждать объяснений. Исыль казалось, что она попала в самый настоящий анекдот, только вот смешно ей не было. Рассмеявшись, Джин похлопал в ладоши, призывая к тишине, и начал импровизированную речь: — Ребят, я хочу дать ей шанс проявить себя. Но это не значит, что вы можете смеяться над ней, издеваться, ждать, когда она оступиться... Ёнэ уже попыталась убрать нашу звезду из игры, и вы все знаете, чем это закончилось, – спортсмен сделал паузу, почесав нос. У него был решительный вид, но подбирать правильные слова, похоже, было трудно: – Я буду помогать ей и лично следить за тем, чтобы вы тут всякие перевороты не устраивали, так что не советую наживать себе врага с армией братанов-китайцев за плечами. — Когда ты стал таким мягким, Джин? Когда ты успел позволить ей лепить из тебя пряники? – ехидно протянул какой-то парень, перекрывая своим голосом недовольные возгласы и перешептывания. — Это не слабость. Я просто могу постоять за свою девушку. Последние слова стали добивающим ударом, потому что русоволосая уже не могла трезво оценивать происходящее. Он сделал её капитаном? Он сказал всем, что будет её защищать? Он объявил всем об их отношениях? Что вообще происходит? — Ким Сокджин! – прошипела школьница, угрожающе надвигаясь на парня и широко раздувая ноздри от злости. – Кажется, нам надо поговорить, солнышко! — Исыль-ка, не заводись! – со смехом ответил одноклассник, наблюдая, как бестия подходит все ближе. – Я же для тебя стараюсь! Резко подавшись вперёд и поцеловав отличницу в губы, Джин сорвался с места и побежал, хохоча на весь спортивный зал. Шин Исыль, вконец превратившись в помидора, что-то пробормотала себе под нос и помчалась за молодым человеком, начиная строить самые мрачные планы по убийству мирового красавчика. Но всё же истинные эмоции и ощущения выдавали краешки губ, которые блаженно подпрыгнули вверх. Наконец-то всё и правда стало похоже на истории из книжек.