********
Сидя практически в середине всего зала, Сяо Чжань чувствовал себя донельзя неприятно. Его начало немного трясти от ощущения взглядов прикованных к себе. Казалось, что все они смотрят так осуждающе…с таким отвращением. Пару раз моргнув парень неровно выдохнул и облокотился локтями на стол. Вовремя к нему подошел официант. —Здравствуйте. Вы уже выбрали, что будете заказывать? —подошедший официант выглядел довольно привлекательно и дружелюбно. —Ох, —Чжань на секунду слегка зажался, но быстро натянув добродушную улыбку и, сделав взгляд сияющим, словно окрыленным, он посмотрел на парня перед ним. —Извините, а вы могли бы что-нибудь посоветовать мне? —Конечно. Хотите что-то из салатов, супов или закусок? —официант подошел ближе взглядом указывая на меню. —Думаю что-нибудь легкое. —открыв на первой же попавшейся странице, взгляд Чжаня упал на салат с фунчозой и он, быстро переменившись в лице, указал пальцем на него. —Думаю можно вот это и черный чай, пожалуйста. Парень поднял взгляд на официанта. Они оба практически одновременно кивнули и официант поспешил удалиться. Чжань сдержался от томного вздоха, рассматривая кафе. Стиль был такой же как и у всех офисов, вместе с холлом внизу: все вычурно белое, в современном стиле. Оно казалось таким холодным и пустым. Сяо Чжань слегка прищурился от отвращения. Через долгие двадцать минут ему наконец принесли его заказ. Парень поблагодарил официанта и практически сразу взял палочки в руки. Когда тот ушел, Чжань приступил к трапезе. Он ел нерасторопно, зная, что у него еще сорок минут обеденного перерыва. Сделав пару глотков чая, он набрал палочками лапши и поместил в рот. Немного пожевав, на языке что-то остро кольнуло. Парень резко остановился от боли и начал чувствовать накопившуюся влагу во рту. Он осторожно поводил все еще саднившим языком и почувствовал кусочек чего-то горячего и мягкого. Тихое равномерное дыхание сменилось учащенным и надрывистым. Это же его язык! Казалось, что Чжань попытался прожевать кусочек лезвия. Его глаза широко распахнулись и он зашелся в душащем кашле, пачкая всем содержимым рта стол. Парень начал шумно вдыхать, видя перед собой кровавую картину. В мгновение ока он почувствовал головокружение и тошноту, что подступили так резко, что, не удержавшись, упал со стула. Он словно погрузился под воду. Звуки отдавались эхом в голове, а зрение затуманилось. Перед тем как свалиться в обморок он увидел бегущего к нему навстречу официанта и несколько подскочивших людей. Очнулся он, сидя на стуле, острого, прожигающего нос, запах нашатыря. Резко распахнув глаза, он увидел сидящего перед ним на корточках врача, того официанта и Господина Да. Парень быстрым взглядом пробежался по залу. Множество взглядов было устремлено к нему. Глядя на безучастное выражение лиц стоящих рядом, Чжань слегка повернул голову, чтобы посмотреть на кровавое месиво из плоти и крови, но нашел там только полупережеванную еду. Он повернулся в сторону врача, мужчины лет сорока пяти на вид, но от резкого укола головной боли незамедлительно прикрыл глаза. —Как ты себя чувствуешь? Тошнит? Голова кружится? —врач опустил формальности, сразу перейдя на ты. —Немного. —парень попытался встать, но тело еще плохо слушалось. Единственное, что он смог так это посмотреть на часы. —Ох, мне пора идти. Обеденный перерыв уже заканчивается. —парень попытался подняться, но его остановили. —Сегодня можешь немного задержаться. —предупредил Господин Да. Так и получилось. Чжань вернулся на свое место только через сорок минут. Кианг сразу подняла голову, как только Чжань вместе с Господином Да вышли из лифта, ровно как и половина офиса. Кто-то просто пристально смотрел на него, кто-то смотрел и перекидывался фразами с соседями, но более интеллигентные работники, бросив один кроткий взгляд, сразу же вернулись к своим делам. Парень дошел до своего места и уселся за стол. Девушка напротив него слегка склонила голову вбок, чтобы увидеть лицо парня из-за компьютера. —Как ты? —поинтересовалась она. Сказать точно на самом ли деле это была обеспокоенность чужим благосостоянием или же просто формальность Чжань не мог. —Все нормально. Мне пора приступать к работе. —после этой фразы он посмотрел сначала на девушку, затем на Господина Да. Мужчина едва заметно вздохнул и направился к лифту, а девушка, поняв, что говорить Чжань сейчас не захочет, осунулась и приступила к своей работе. После этого парень волей-неволей погрузился в работу, периодически стыдливо озираясь по сторонам. К вечеру Сяо Чжань практически с головой погрузился в дела, поэтому уже не вспоминал об этой выходке днем. Проработав полный рабочий день, он остался еще на час, что порадовало начальника, вызвав у него одобрительную улыбку. Помимо Чжаня, после работы остались еще несколько человек и Шу Кианг. Когда Чжань закончил, он неспешно начал собирать вещи. Закатное солнце проникало в помещение из окна, находящегося по левую руку от стола парня, всего в паре шагов. Лучи озаряли бледноватое лицо, делая его словно каким-то теплым. Собравшись, Господин Сяо встал и поднял портфель на стол, снова проверяя свои вещи. —Чжань. —послышалось со стола напротив. —В какой части города ты живешь? —На северо-западе отсюда. —как-то даже слишком легко ответил парень. —Понятно…—девушка слегка поникла. —Ну ладно тогда. Не буду тебя задерживать. Сяо Чжань ничего не ответил, а лишь кивнул.********
Вернувшись в свою небольшую, но уютную квартирку, первым, что сделал парень —так это принял душ. Стоя под водным напором, так хотелось смыть весь позор и всю грязь с себя, чтобы выйти совершенно другим человеком. Стать чистым белым листом, а не почерневшим от чернил, багровым от крови, мокрым от пота и обгоревшим пламенем стыда куском бумаги. Но Чжань уже привык. Его сегодняшние галлюцинации не были чем-то необычным, но почему-то каждый раз вновь и вновь переживая подобное, все было как впервые, одиннадцать лет назад. Раньше подобные вещи присутствовали в его жизни, но были менее выраженными. Но с каждым годом все становилось хуже и хуже. Парень точно не знал, что с ним происходит, но точно мог сказать, что с его психикой явно что-то не в порядке. Он схватился руками за волосы, стараясь выбить из себя крик, но получалось так чертовски фальшиво. За эти года, прожитые сквозь мучения, Чжань разучился плакать, разучился кричать и по-настоящему улыбаться. В его голове постоянно вертелось лишь одно слово. Слово о помощи. Как же ему не хватало поддержки и понимания, но некому было подарить ему столь ценный и дорогостоящий подарок. От боли и обиды хотелось содрать с себя кожу. Парень издал что-то походящее на рык и, резко изменив температуру и напор воды, стал содрогаться от больно бьющих потоков ледяной воды. Через пару минут он все же выключил душ и вышел из ванной. Не одеваясь, он плюхнулся на кровать, сталкиваясь взглядом с этим трижды проклятым узором на потолке. Пролежав неподвижно около десяти минут, парень неожиданно, прочистив горло, начал петь: «Боль, без любви. Боль, жрет изнутри. Боль, от всего, Но лучше ощущать боль, Чем совсем ничего» На самом деле, Чжань очень любил петь и, честно признаться, у него выходило весьма недурно. Жить одному было очень удобно: он мог запеть в любой момент и, за годы, прожив вот так, он сильно натренировал свой голос. Теперь он звучал чисто и плавно, словно ручей. С этим напевом он пролежал оставшееся время, пока окончательно не погрузился в сон.