Will to Live

Тор покинул вечеринку в поисках драки. Все закончилось тем, что он спросил проходящего мимо слугу, есть ли место куда он мог пойти, чтобы ударить что-то — не людей (Тор поспешил уточнить, когда тот встревоженно посмотрел на него). Он направил его в комнату с боевым симулятором — по крайней мере, Тор думал, что это они… Его удовлетворение было несколько испорчено тем, что голос Грандмастера периодически комментировал технику ударов такими словами, как «впечатляюще!» и «совершенно потрясающе!». Но, по крайней мере, это было хоть что-то, даже если Тор не мог найти способ заставить симулятор генерировать противников с лицом Грандмастера. Когда он исчерпал часть своей энергии, то удалился обратно в комнату и остался ждать брата. Он не возвращался до раннего утра, и Тор уже начал опасаться, что что-то могло произойти. — Все еще не спишь? — его голос был невнятным, когда он моргнул, глядя на Тора — Уже поздно. Я имею в виду — ха, рано. Верно? — Ты пьян… — Мм, — сказал он и немного дико ухмыльнулся — На самом деле уже нет. Так намного лучше. Ничего уже не имеет значения. Все просто — это как плыть. Ты знаешь, на что это похоже? — Может, тебе стоит прилечь? Иди спать… — Нет! Нет, я не собираюсь — это не то, чего я хочу. Спать — опасно, так лучше. Я чувствую себя свободным, Тор, ты знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как я чувствовал себя так? — Это не свобода, Локи, — возразил Тор, вставая и подходя к нему. Локи схватил его за руки, его лицо покраснело, почти лихорадочно — Это просто — другой вид рабства. Это ощущение нереально. Улыбка Локи слегка померкла. — Ничего подобного. Или — я не уверен. Может быть так оно и есть, а может и нет. Может быть, это все просто… Искры, которые мой разум выбрасывает, когда я умираю. Может быть, я вообще никогда не убегал из Пустоты. И вообще, в чем разница? Реально, не реально — все дело в перспективе Тор покачал головой. — Неправда, это реально. Я настоящий. Ты здесь, со мной… — Уверен? Знаешь, я думал об этом раньше. Воображал, что ты придёшь за мной, когда я впервые упал. Снова этот нож между ребрами. Он схватил Локи за плечи. — Чувствуешь? — сказал он, слегка встряхнув его — Я здесь. По-настоящему здесь. Ты просто сбит с толку, потому что тебя накачали наркотиками… — Я сам их взял, — прервал его Локи — Я знал, что это, и согласился, позволил Грандмастеру положить таблетку мне на язык. Ты не знаешь — ты не понимаешь, Тор, каково это жить в моей голове. Это ловушка, это… Это как пальцы Таноса на шее, которые душат меня — он рассмеялся — Видишь? Я могу сказать это и не чувствовать, что схожу с ума. Это и есть свобода. Не быть прикованным к себе, не верить во все те пути, реалии, в которых я — сломлен. — Ты не сломлен. Нет. — Лжец. Все в порядке, Тор. Я знаю это, ты это знаешь — Грандмастер знает, и он любит меня таким. По крайней мере, в некотором роде. До тех пор, пока он не узнает, как обстоят дела на самом деле. — Я ничего такого не знаю, — настаивал Тор, хотя разве он не размышлял так много об этом, боясь признать, что не знает, сможет ли брат вернуться из всего этого целым? Локи посмотрел на него с таким нежным раздражением, что у него перехватило дыхание. — Ах, Тор, ты славный идиот. Он покачнулся, немного споткнувшись о Тора и упал ему на грудь. — Я думаю, это… Это самое близкое, что я могу сделать для собственного счастья. И это приятно. Я действительно чувствую, что могу летать. И вот почему — это то, что делает Грандмастера таким хорошим правителем. — Он не хочет, чтобы ты был счастлив. Ты должен это понимать. Он просто хочет, чтобы ты был податливым и… — Очевидно, — фыркнул Локи — Я знаю это. Но дело в том, что я хочу этого, Тор. Часть меня осознает, что так было бы проще. В конце концов, так много людей владели мной: Один, Танос, Грандмастер. Ты. Тор дернулся. — Ты мне не принадлежишь, Локи. Я твой брат. — Одно и то же, — сказал Локи, махнув рукой, и Тор в очередной раз почувствовал, что его ударили. — Ты не можешь всерьёз верить в это. — Я знаю, и — нет. Одно и другое, иногда и все сразу. В голове крутятся бесконечные колеса, порой мне просто хочется, чтобы все это, наконец, прекратилось. Норны, Тор, ты даже не представляешь, насколько это утомительно. Он тяжело сглотнул. — Я никогда не хотел владеть тобой, — Локи снова улыбнулся ему, у него закружилась голова, глаза его заблестели. — Тебе не обязательно было этого хотеть. Ты только что это сделал. Делаешь. Глаза и нос Тора горели, ему хотелось плакать. Он не выдержал, и улыбка Локи исчезла. — О нет… О нет, Тор, не расстраивайся. Все в порядке. На самом деле все в порядке. — Это не так. Ничего подобного. — Шшш. — Этого всего не должно быть. Это нечестно. Ты должен быть счастлив… — Я счастлив, — безмятежно сказал Локи — Разве ты не слушал? Я чувствую себя прекрасно, Тор. Чистым. — Но это ненадолго. Наркотик выветрится, ​​и как ты тогда будешь себя чувствовать? Локи пожал плечами. — Всегда есть что-то еще. — Ты разрушаешь себя, Локи, пожалуйста… — Тор, так проще, лучше. Это… — он судорожно вздохнул — Ты знаешь, каково это — чувствовать бездну, зияющую под тобой, и знать, насколько тонка проволока, по которой ты идешь? Быть в нескольких дюймах от падения, каждую секунду бороться, чтобы сохранить равновесие, и если ты посмотришь вниз хоть на мгновение… — Да, — хрипло ответил Тор — Это то, что я почувствовал после того, как Танос забрал все. После того, как он убил тебя. Все, что осталось, — это месть, и если я остановлюсь… Руки Локи казались слишком теплыми на его коже. — Мне очень жаль, — в его голосе действительно звучало сожаление, искреннее сожаление. — Я сделал это с тобой. — Нет. Нет… Не ты. Танос. Ты здесь ни в чем не виноват. — Ну, возможно… — Ни в чем, — настаивал на своем Тор — Локи, разве ты не понимаешь, что ты мне нужен? Ты, а не это. Это не ты. — Может быть. — Неужели это то, чего ты хочешь? — спросил он дрожащим голосом — Действительно? Ты хочешь… Чтобы твой разум был опустошен, помутнен? — Это цена за толику покоя? «Оно того не стоит», — хотел сказать Тор, но что, если это так? Может быть, он просто снова был эгоистом, настаивая на том, чтобы Локи пожертвовал любыми кусочками счастья, которые он мог найти, какими бы иллюзорными они ни были, ради комфорта Тора? — Это не мое дело, — ему казалось, будто из него что-то вырвали, чтобы сказать это — Не мне решать за тебя. — Ты прав. Хотя, может быть, так и не должно быть. Исторически сложилось, что я не лучший в принятии решений, когда дело касается меня самого — он снова улыбнулся, слишком ярко. — Я не знаю, — его голос был неуверенным — Почему бы тебе не сказать мне, что ты хочешь сделать сейчас, и мы посмотрим, что из этого выйдет?