(Не) судьба

— Мона, что-то случилось? — спрашивает Лиза с улыбкой, садясь за стол. В комнате витает аромат её любимого чая из одуванчиков. Из них получается не только восхительное вино, но и такой нежный напиток. Лучи солнца падают на её лицо, освещая прекрасные черты. Если Лиза спрашивает с такой улыбкой, то она явно подозревает что-то хорошее. Мона с подозрением смотрит на неё. Её глаза зелёного берилла щурятся. — Да нет. Лиза присаживается за стол и берёт в руки молоко, наливая его позже в чашку. Астролог садится рядом с ней за стол и кладёт в чай сахар. — Действительно? — с прищуром спрашивает она. Мона не понимает о чём она говорит. Что могло случиться такого, что даже великий астролог уследить не может? — Да, я не понимаю о чём вы, Лиза. С чего вы вообще взяли, что со мной что-то случилось? Библиотекарь спокойно отпивает глоток чая и отводит взгляд в окно, где прогуливается парочка алхимиков и улыбается сама себе. — Альбедо волновался за тебя. Сказал, что ты последнее время выглядишь как сама не своя. Витаешь в своих мыслях… Мона застывает. Да, она действительно последнее время совсем не слушала Альбедо, а лишь изредка кивала своей головой и даже не замечала, как её шляпа периодически сваливалась. Альбедо не был тем, кто мог хорошо разбираться в поведении людей с психологического взгляда, поэтому, видимо, и доложил Лизе. Мона лишь вздыхает и закрывает глаза. Она ведь знала, о чём думала в те моменты. — Мона, а тебе случайно никто не начал нравиться? — Лиза аккуратно ставит локти на стол. Пусть этот жест и был тихим и элегантным, для Моны он был будто выстрелом из пушки, от чего она вздрогнула. Гостем её мыслей становился юноша, с которым они стали слишком часто случайно пересекаться в районе Ван Шу. Осознав это, она вдруг жутко покраснела. До неё только сейчас дошло, в какой она ситуации и что за ужас произошёл с её головой. — Так я угадала. Ну и кто же это? — Лиза ярко улыбалась, словно довольный кот. Кажется, она уже не спала третий день из-за работы в библиотеке, но почему-то сил на домогательство до Моны у неё полным полно. — Никто мне не нравится, — твёрдо говорит она, покашливая и отпивая чай. — Просто… Я просто думала по поводу некоторых предсказаний в то время. Это отчасти правда, потому что в её судьбе, которую она уже полностью прочитала, появление некого язвительно парня не было частью сюжета. Вообще, вся судьба пошла на перекосяк с появления Итера, и Мона действительно некоторое время занималась этим вопросом. До того момента, пока одного из предвестников в предверии праздника в Мондштаде не отправили сюда. — Сейчас тоже думаешь о звёздах, да? — мило улыбается Лиза, хотя куда ещё больше лыбиться. Наверное она действительно рада за то, что Мона наконец-то заинтересовалась чем-то кроме разжёвывания жестокой судьбы звёзд. — Д-да! Вообще-то, я действительно думаю о них! — пуще краснеет она и сжимает руки в кулаки. — Конечно, дорогая. — Я не вру! — говорит Мона. Она действительно вообще-то не врала. Девушка думала же о звёздах? О звёздах. Ну тогда вопросов быть не должно. Да и какого чёрта её вообще должно это заботить. Она что ли маленькая девочка? Подумаешь какой-то предвестник, который, между прочим, весьма опасен, засел у неё в голове из-за того, что слишком часто стал появляться рядом.

***

Мона задумчиво смотрит на вывеску и обдумывает дальнейшие действия. Сейчас в полном разгаре лунный фестиваль. Стоило бы как-то отпраздновать его, да не с кем. Компания Альбедо была бы самой лучшей. Посидеть и поболтать с ним об исследованиях на его родине — всегда интересно. И мы опустим тот факт, что последнюю неделю она пропускала всё это. Но не специально! Они, как и ранее стало известно благодаря окнам кабинета Ордо Фавониус, гуляли по украшенному городу. Мона не думает, что Альбедо пригласил Сахарозу в романтических целях, так как он ничего в этом не смыслит, но её надежда на подобный исход не угасала, словно звезда. Девушка всё же решает расслабиться и заходит в Кошкин Хвост. Она могла бы зайти в долю Ангелов и напиться в честь своей тяжкой жизни, но всё же, логически подумав, понимает, что напиваться среди дня — плохая идея. Поэтому она решает навестить малышку Диону, а заодно попробовать её новый коктейль в честь фестиваля. В баре находится целая куча людей, и вокруг стоит шум. Это отлично. Так в её голову не будут лезть странные мысли связанные… Не важно. К ней мгновенно подбегает официантка, лицо которой было в поту. Она вытирает в спешке лицо платком, что достала из кармана белого фартука. — Добрый день, прошу прощения, — говорит для начала она. — Все столики заняты, но вы можете взять напиток на вынос, либо подсесть к кому-то. Не волнуйтесь, так сделали многие, вы не будете единственной. Астролог хмурится. М-да, такого ей не хотелось. Но быть может это даже к лучшему? Она может найти компанию для себя и точно забыть о слишком частых встречах с предвестником. — Я хочу остаться здесь. Будьте добры, проведите меня к столику, где можно присесть, — говорит в привычной для себя манере Мона. Официантка поспешно кивает головой и, пробиваясь сквозь лес столиков, ищет подходящее место. Мона очень сильно надеется развеяться, потому что постоянные встречи с человеком, который знает о некоторых фактах, связанных с небом, хотя ему нельзя этого знать, немного настораживало и пугало. Ладно бы обычный человек… Но это чёртов предвестник, который вообще не должен был появиться здесь и задумчиво сказать эту фразу. В тот момент ей пришлось прикинуться дурочкой, чтобы Итер, не дай Бог, не поверил этому чудиле. Да и ещё как на зло, спустя пару месяцев, неожиданно он возвращается обратно. Видимо по каким-то делам Фатуи. Хотя странно… Что тут делать Фатуи, если с Двалином всё решено, а дипломатических связей с Мондом у них почти нет. Мона бы хотела спросить у Лизы, но тогда бы сразу провалилась, и женщина бы узнала, кто так сильно беспокоит её. Нравится… Что за чушь она сморозила? Неужели как только года переваливают за двадцать пять — наступает какой-то сбой в голове? — Вот, прошу, — говорит девушка с улыбкой. И, даже не дожидаясь ответа, испаряется в воздухе. Мона, всё ещё зарывшись в своих мыслях, садится за стол. И только потом её взгляд поднимается, дабы познакомиться со своим соседом, либо соседями. Её глаза мгновенно расширяются, когда она видит знакомого перед собой. Он, в свою очередь, не отстаёт и смотрит на неё таким же взглядом. Его глаза похожи на огромные сапфиры. И Мона не понимает, почему думает сейчас именно об этом. — Ты! — в один голос говорят они. Их удивлению нет конца. Быть может они вдвоём хотели отдохнуть от компании и друг друга именно в этот день. Но, видимо, нет. — Предвестник! Ты что тут вообще делаешь?! — злобно шепчет девушка, потому что понимает, что кричать о том, что здесь находится предвестник — глупейшая идея. — Мне казалось в последнюю встречу, что мы узнали имена друг друга. Быть может наконец воспользуешься своей превосходной памятью? — язвительно говорит парень, от чего на языке становится горько, хотя таким тоном говорила не сама девушка. — Какая разница как тебя называть. Предвестник или Скарамучча. Если второе — это точно такая же кличка от Фатуи, — говорит Мона. Парень на мгновение замолкает. Кажется, для него это не самая лучшая тема для обсуждения. И Мона чувствует это, так как видит, что его глаза вдруг светятся другими эмоциями. Тот быстро возвращает свой прежний образ. — Вообще-то, я хотел выпить, но из-за этого проклятого праздника где куча надоедливых людей, я волен разделять этот столик с тобой, — мило улыбается Скарамучча. Прямо как в их первую встречу. — А быть может ты хочешь поубивать тут половину бара? — мгновенно нападает Мона. Ей бы выкинуть его с этого стола, дабы спокойнее жить стало. Предвестник вздыхает. — Прости, но я хочу выпить знаменитых мондштадских напитков, а не кровь бесполезных отпрысков, — парирует он, будто предвидя такой вопрос. Мона злобно щурится и вздыхает. Кажется, что он действительно хочет насладиться праздником, а не навести какой-то кошмар. Девушка быстро сдаётся и решает просто внимательно наблюдать за каждым его действием. К ним наконец подходит официант и спрашивает заказ. Мона быстро говорит свой заказ и ждёт слово своего соседа. Тот высматривает листовку и пытается хоть что-то выбрать, потому что какого-то чёрта в каждом напитке находится какая-то странная добавка. В одном рыбные кости, в другом кусочки древесины. И тогда он лишь задаётся вопросом. А этим точно можно не отравиться? Мона видит его замешательство и с улыбкой оборачивается обратно к официанту. — Ему, пожалуйста, шестую позицию в напитках и десерт номер одиннадцать, — говорит она. Пока Скарамучча пытается вкатить в происходящее, официантка говорит о том, что заказ будет готов через десять минут и исчезает. — Ты мне какую-то отраву заказала? — с подозрением говорит он. — Эх, если бы, — разочарованно говорит девушка. — Здесь всё звучит, как отрава, но, к счастью, коктейли просто чудесные. Попробуешь и узнаешь. Предвестник некоторое время сверлит спокойную Мону взглядом, пытаясь найти подвох. Но подвоха нет. Удивительно. Да, ему бы удивляться. Сам действительно пришёл в этот бар просто на основе шестого чувства, не замышляя каких-либо злодеяний. И ему удалось встретить Великого астролога. Всё это удивление было, в самом деле, приятным. Так как Скарамучча действительно хотел встретиться с ней в такой близкой обстановке, а не как в прошлые разы, где они просто пересекались, обменивались многими фразами и расходились. После таких мыслей ему становилось плохо, так как это совсем новое чувство. Встретиться с человеком просто так, а не для того, чтобы обдурить или убить. Кажется, его подменили. Хотя, быть может, это атмосфера этого глупого праздника? Этого глупого города? Так быть может пока что побыть в этой сказке, отбросив все маски? Он отрывает свой взгляд от стола, встречаясь с глазами астролога. Скарамучча усмехается. — Лучше бы ты так за своей шляпой смотрела, а то слетит как в прошлый раз, — говорит он. — Э-эй! — смущается она и упирается руками в лавку. Её шляпа сползает с головы и почти падает, но она успевает её вовремя подхватить. Из-за такой конфузной ситуации она ещё больше краснеет и мгновенно возвращает шляпу на место. Скарамучча звонко смеётся и прячет лицо в руках. — Хватит смеяться! — говорит возмущённо она, совсем позабыв о том, что он страшный предвестник. — Да я сейчас умру со смеху! — говорит он и случайно падает головой на стол, стукаясь. Он болезненно шипит. — Ага! Так тебе и надо, наглец! Звёзды всё видят! — торжествующе говорит она и складывает руки на груди, а позже хмыкая. Парень с недовольством потирает голову. — Гх, эти звёзды… Один хаос из-за них, — шепчет он и потирает ушибленный лоб. Кажется, этот поганец во всём винит звёзды. Даже за то, где они не участвуют. Хотя и Мона таким страдает. Тем временем им за стол приносят готовые напитки и десерты. Скарамучча мгновенно вытягивает свою шею и начинает с подозрением осматривать предметы их будущей трапезы. Какие бы довольные рожи ни были у этих людей, он не может поверить этому так просто. Мона, в отличие от него, быстро хватает свою часть и с удовольствием поглощает коктейль. Скарамучча смотрит на неё и немного удивляется от такого резкого порыва. Кажется, она давно не пила подобного. А, точно, у неё же проблемы с деньгами… Об этом он узнал, понятное дело, не от неё, а через своих агентов. После событий с метеоритом он сразу же дал задание разузнать о ней, так как она с лёгкостью могла помешать Фатуи ещё раз. Если бы не она, он бы точно убил эту блондинистую бошку. М-да, надо же… Как всё обернулось. Смотря за тем, с каким удовольствием девушка поглощает пищу, Скарамучча соблазняется и с подозрением отпивает коктейль. Его глаза загораются. А эти Мондовцы знают толк не только в выпивке… Мона смеётся и прикрывает глаза. — Ты чего лыбишься, астролог? — строго говорит он, резко переключив настроение. — Т-ты… Такой забавный, — говорит она и улыбается. Он, Скарамучча, забавный? То есть, предвестник, которого ненавидят даже Фатуи — забавный? Он впервые такое слышит. Парень даже не может понять, раздражает его вся эта ситуация и её участники, или нет. Просто… Просто это так не привычно… Это впервые за долгие годы, когда кто-то относится к нему с такой лёгкостью, закрыв глаза на все его проступки и видя только того, кто сейчас перед ним. — Эй, быть может ты уже проснёшься, — вдруг резко раздаётся голос, и Скарамучча от удивления приоткрывает рот. Не успев поднять взгляд, в его рот попадает кусок торта, отчего он уже намного сильнее удивляется, и его глаза раскрываются до размера самых дальних звёзд. Он даже не возникает, просто жуёт, а позже облизывает, словно кот. — Ну как? — Вкусно. — А ты думал у меня плохой вкус? — торжествующе с улыбкой говорит она. Скарамучча будто попал в астрал. Он не понимает сейчас свои чувства, теряется в пространстве.

***

Звёзды сверкают на небе и отражаются в водной глади. Мона сидит около озера в Спрингвейле и пытается понять происходящие события. Её учительница говорила, что когда не знаешь, что делать, стоит идти к Лизе, но Мона не думает, что её поймут. Всё с самого начала пошло наперекосяк. Встреча в Мондштаде, а потом случайные встречи во время путешествия по Тейвату. И! Самое главное! На это даже не было ни намёка в судьбе Моны! А она — великий астролог, не может упускать подобных мелких вещей. Она не знала что делать. Страшно то, что, почему-то, ей… Начала нравиться его компания. От таких воспоминаний и мыслей по телу распространялось тепло, а разум хотел убить её. Она же предаёт звёзды, которым, по сути, посвятила всю свою жизнь и планировала делать это дальше. Но, с одной стороны, Итер же вообще из другого мира. Альбедо говорил, что от него исходит мощная звёздная аура, но при этом она не может увидеть его созвездие и, следовательно, судьбу. Человек, который так сильно связан со звёздами, но не имеет судьбы… — Астролог, тебе как тут, нормально? — говорит вдруг возникший за спиной предвестник. Звук его шагов по траве разрывает эту тишину. Мона вздрагивает и утыкается в свои колени. — Не подходи. — Э? У Скарамуччи дёргается глаз. Всмысле не подходить? Он что-то натворил и не знает об этом? Ладно, он каждый день что-то делает. Но вообще, какого чёрта его начало заботить то, что она о нём думает? Кажется, он идиот. Он некоторое время молчит и смотрит на её спину, а позже, без каких-либо церемоний, садится сзади. — Дорогой астролог, кажется, днём ты была не против моей компании, — говорит он и мило улыбается, смотря на её лицо, которое она так усердно прячет. Скарамучча более, чем уверен, что её состояние связано с этими, вечно мешающими, звёздами. Она сидит перед этим озером и будто хоронит их. Он поднимает взор в небо. Звёзды действительно красивы, но на этом все их плюсы заканчиваются, дальше идут только минусы. И список этих минусов пополнили какие-то муки Моны. — Какого чёрта ты здесь… Какого чёрта вообще это происходит! — говорит она и резко разворачивается. Скарамучча смотрит на неё. Он отличный дипломат Фатуи, ну, почти идеальный, если не считать заскоки, поэтому читать состояние людей с горем пополам он может. Её кожа сияет, словно луна. Глаза одного из драгоценных камней — берилла, сверкают перед ним. — Быть может дело в том, что в отличии от тебя, я не подчиняюсь ложному небу? — тихо говорит он, смотря прямо в эти глаза. Она молчит и пытается что-то разглядеть в его выражении лица. Подвох. О каком подвохе может идти речь, если днём она думала об этом в последнюю очередь? Расклеенная девушка сидит перед предвестником Фатуи, который может начать бой против неё. Кажется, сделать хуже она не может. — Сейчас глубокая ночь, а ты сидишь и думаешь тут о том, о чём не стоит. Тебе нужно идти спать, — говорит он спокойно без какой-либо издёвки. Он не глупый, а так же у него нет желания навредить ей. Он беспокоится о ней? А может о себе? Скарамучча сам не понимает, делает это ради себя или неё. Два человека, которые никогда ничего не смыслили в подобных делах, так как полностью отданы своему делу или подвержены какому-то влиянию прошлого — идеальная пара. — Я не хочу. И вообще, какого чёрта ты решаешь, что мне делать? — возникает Мона. В ней заиграла язвительность. Наверное от Скарамуччи перешла. Парень вздыхает, складывает ноги на земле. Так как тело девушки податливое, он одним движением валит её к себе на колени, держа за талию, и кладёт на её волосы свою руку. — Ч-что ты делаешь?! — её лицо становится полностью красным, но лишних движений она не делает. Возможно страх, а возможно ей действительно понравился такой расклад карт. Скарамучча улыбается. Не той тошнотной улыбкой в их первую встречу. В его улыбке были хитрые нотки. Сердце Моны жутко стучит. Она находится вместе с предвестником, да и ещё не следует своей судьбе. И самое плохое. Ей нравится. — Спишем это на этот дурацкий праздник и ауру счастливых Мондовских идиотов. С этими словами он прикасается к её губам. Мона на мгновение удивляется. Сначала её тело обмякшее и напряжённое. Но потом, взвесив целое ничего, она кладёт свою руку на затылок парня и начинает целовать в ответ. В районе груди жарко, её рука путается в его волосах. Скарамучча целует жадно, но не грубо, хотя, смотря на него со стороны, кажется, что он будет делать именно так. От него исходит еле уловимый запах лаванды. Тонкий и ненавязчивый. От этого становится бесконечно спокойно. Мона бы никогда не поверила, что будет чувствовать себя так в компании предвестника. Они отрываются друг от друга, тяжело дыша. — А теперь спать, — шепчет он, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. — После такого уснёшь… — парирует она в ответ. Из-за этого Скарамучча опять накрывает её губы, увлекая в новый поцелуй. Пусть на этом фестивале он не подарил ей цветы, подобное выражение симпатии тоже сойдёт.