Просто дыши.

***

Небо было затянуто тучами. Уже и не вспомнишь, когда в городе последний раз было солнце. С тех пор, как Джисон пропал из жизни Минхо прошло уже больше 7 лет. Да, именно в этот день солнце перестало освещать жизненный путь Минхо. Каждый день мир показывал себя разными оттенками серых тонов. Парень будто начал выживать — каждый день был пыткой. Каждая мысль, каждая фотография, каждая вещь в его квартире ассоциировались с Джисоном. Минхо снова не спал. Неизвестно, какая по счёту эта бессонная ночь, но он уже привык. Единственное, что отвлекает его на короткое время от мыслей о пропаже Джисона — работа. Каждое утро одна и та же рутина — кофейня > работа > кофейня > дом. Иногда лишь забегал в продуктовый по необходимости. Жители района, в котором жил Минхо, знали как парня, так и его спутника. Сложно было не догадаться о случившемся. Если не знал весь город, то, как минимум, один из районов города точно был поднят на уши. Минхо неохотно поднялся с кровати и направился в душ, чтобы смыть с себя результаты ночных размышлений. Включив воду, он облокотился на раковину и начал смотреть в зеркало. Он устремил взгляд на треснутый на стене кафель и слегка улыбнулся, вспоминая, как трещина там оказалась.

FLASHBACK

— Ли Минхо, если ты сейчас же не выйдешь из ванной, я сожгу твою рубашку, и в офис ты поедешь в одних штанах, — стучался светловолосый парень в дверь ванной и хныкал, как маленький ребёнок. Минхо стоял спиной к двери и улыбался, прикусывая губу. Ему интересно было, как быстро Джисон выйдет из себя. Он любил злить его, потому что будучи злым Джисон был похож на маленького хомячка. Любимое занятие Минхо — дразнить его, своего любимого человека, Хан Джисона, — парня, который однажды запал ему в душу раз и навсегда. — Неужели не будешь ревновать, ведь на твоего парня будет пялиться весь офис? — ответил Минхо через закрытую дверь. — Этот парень сейчас лишится всего своего гардероба, если не откроет эту чёртову дверь, — закатил глаза Джисон. В ответ блондин услышал лишь тишину. — Ну всё, я предупреждал, Ли… — не успел договорить Джисон, как Минхо затянул его в ванную комнату и прижал к стене. Минхо осмотрел его сверху вниз. На пару секунд чувства словно обострились. Он почувствовал некий мгновенный страх, исходящий от парня. Дыхание Джисона участилось. В этот момент Минхо почувствовал запах кондиционера для белья от футболки. Джисон жалобно посмотрел на Минхо и произнёс: — Минхо… — парень упёрся руками в грудь Минхо, ждущего продолжения. — От тебя несёт, как от протухшей яичницы. Джисон оттолкнул Минхо и подошёл к душевой, закатив глаза. — Столько времени в ванной сидел, чем ты тут занимался? — парень начал снимать футболку. — Правда хочешь знать? — сказал Минхо и развернул Джисона к себе. Он подошёл настолько близко, что казалось, будто между ними поместится лишь тонкая нить. Минхо жадно впился в губы Джисона, притянув его за футболку на себя. Поцелуи Минхо обжигали, как солнце, но Джисон получал максимальное удовольствие каждый раз, когда «обжигался». В такие моменты Джисон забывал об окружающем мире, выпадал в их собственный мир, зародившийся в день их знакомства. Казалось, что в животе происходил взрыв эмоций, который мало сравнить с полётом бабочек. Это было чувство извержения вулкана, такое горячее, но приятное чувство? Минхо резко упёрся спиной в стену и слегка простонал. Хан провёл руками по его спине, чтобы затмить боль приятным чувством, и запустил их в волосы, слегка оттянув его голову назад. Слабое место Минхо — шея, и Джисону это давно известно. Хан медленно оставлял дорожки из поцелуев, оттягивая момент, тем самым дразня Минхо, а нечего было злить его с самого утра. Минхо старался не стонать, но у него это плохо выходило. Кто сдержится, когда задевают твоё слабое место? Джисон похотливо улыбался и продолжал дразнить Минхо, а у того, в свою очередь, уже мурашки пробежались раза 4. Каждая клетка тела чувствовала напряжение. Разозлив Джисона, Минхо подписал себе приговор, а что если прекратит? Придётся самостоятельно избавляться от возникшей проблемы? Ужасно. Мастурбация — процесс естественный, но ещё естественнее заниматься сексом с человеком, который вызывает в тебе эту бурю эмоций. Джисон отстранился от Минхо, дав тому отдышаться. Сегодня игру ведёт он. Подарок ли это или Минхо просто решил задобрить ему душу — не важно. Главное — Минхо рядом, здесь и сейчас, и никто им не мешает. Хан не отрывал взгляда от Минхо, нервно глотающего слюну. Закусив губу, он залез рукой под футболку Минхо и холодной ладонью провёл от груди до пресса. — Люблю, когда ты такой, — произнёс Джисон, совсем слегка смутившись. — Какой? — Нетерпеливый, — парень отошёл к душевой кабине, ждал реакцию, игрался, словно хитрый лис. Дверца с громким грохотом отворилась, когда Минхо, словно волк, накинулся на парня. Он был готов съесть его заживо, как хищник, нападающий на жертву. Месть — блюдо, которое подают холодным. Именно поэтому Минхо, затащив Джисона в кабину, задел рукой душ и врубил ледяную воду. Ни один из них не шелохнулся, потому что температура тел превышала норму, пар рвался наружу. Минхо жадно целовал Джисона в шею, оставлял засосы на ключицах, применил опасный манёвр. Хан расстёгивал ремень на его брюках, на душе было тепло от мысли, что именно тот, который парень подарил Минхо на первый месяц отношений. Ли с тех пор его не снимает. Стянув обтягивающие брюки вместе с нижним бельём, Хан принялся за новую игру. Для начала он просто проводил тыльной стороной ладони по набухшему члену Минхо, жаждущего, когда Джисон примет его за щеку. Но тот не торопился, издевался, как последний чёрт. Минхо начинал нервно выдыхать, не хотел кончать раньше времени, ведь впереди — самое интересное. Пара никуда не спешила, Минхо никогда не опаздывал, всегда приезжал рано, а Джисон работал по свободному графику, так что разницы не имело, в какое время он появится на работе. Хан приспустился на колени, поместив горячий, пульсирующий орган в ладонь. От крепости рук Минхо вздрогнул, не зря парень ходил в качалку несколько месяцев, не пропуская ни одного дня. Джисон совершал массирующие движения то повышая, то снижая скорость, что сводило Минхо с ума. Казалось, что прямо здесь и прямо сейчас он готов кончить Хану на лицо без лишних слов. Джисон маневрировал языком по головке члена, а потом постепенно начал погружать его в ротовую полость, двигал ртом вперёд-назад, заставляя Минхо стонать ещё громче. Ли положил руку на голову Джисона и начал медленно гладить его по волосам. Прикусывая губу, он рассматривал Джисона, сидящего снизу. Его цвет глаз, цвет волос, то, как он надувает щёчки, когда кушает, — буквально всё привлекало его. Блондинистый цвет волос был один из любимых в Хановской палитре для Минхо. Он считал Джисона лишь своим, ничьим больше. Ревновал. Готов был драться за него, как за последнюю каплю воды. Джисон, в свою очередь, наслаждался стонами Минхо. Парень остановился и, оставив часть слюны на члене Минхо, начал водить по нему неистово сжатой рукой, постепенно набирая скорость. Парень кончил, произнеся имя любимого на глубоком выдохе. — Доброе утро, Ли Минхо, — произнёс Джисон и, проведя большим пальцем по губам, вышел из душевой кабины. Блондин бросил взгляд на треснутый кафель, а затем медленно перевёл его на Минхо, уже стоящего возле него. — Оплачивать ты будешь, — ответил отдышавшийся Минхо и поцеловал Хана, притянув за пухлые щёчки.

***

Улыбка резко спала с лица Минхо. Он не испытывает ничего подобного уже 7 лет. Предан, словно щенок, своему парню. Выйдя из душа, натягивает рубашку, брюки и отправляется в офис. Каждый день он посещает это место с ужасным настроением, около часа заполняет какие-то экономические отчёты, принимает звонки от других компаний. Минхо медленно подходит к окну и смотрит на дождь сквозь опущенные жалюзи. Облака плыли по небу медленно, непринуждённо. В кабинет несколько раз заходила секретарша и приносила ему кофе, который он молча забирал. Ближе к вечеру, когда Минхо в полусне читал отчёты своего коллеги, в кабинет зашёл Ким Сынмин — один из сотрудников офиса Минхо. — Директор Ли, уже поздно, офис пора закрывать. — Да, дай мне 5 минут, — ответил Минхо и с громким стуком закрыл папку. Буквально за несколько минут Минхо собрал свои вещи и отправился домой. В этот вечер он договорился поговорить со своим другом, ему не хватало поддержки. Сегодняшний день показался особенно тяжёлым. — Что-то выглядишь не очень, — произнёс Чонин, поправляя волосы через фронтальную камеру. — Я просто устал, — ответил Минхо, прикрыв часть лица ладонью, тем самым оперевшись на неё. — Недавно с одним парнем познакомился, у него друг есть. Как насчёт двойного свидания? Тебе нужно развеяться. — Я ни с кем не знакомлюсь, — игрался с ручкой Минхо, чуть ли не засыпая на ходу. — Тебе пора забыть о нём и жить дальше. Поговорив о жизненной рутине и обсудив нового парня Чонина, Минхо отправился спать. Несмотря на то, что завтра выходной, парень решил лечь пораньше. К удивлению, ему удалось уснуть, возможно разговор с Чонином повлиял на его эмоциональное состояние, и всё наконец наладится? Минхо проснулся ближе к обеду, до «свидания» оставалось пару часов. Парень решал, что сегодня он наденет, иначе приходить в офисном костюме в развлекательный центр максимально странно, тем более, когда тебя таковым видят каждый день. Боулинг — любимая игра Чонина, хотевшего произвести впечатление на своего нового возлюбленного. Боулинговый клуб находится на последнем этаже. Перетерпев трясущийся скрипящий лифт, они добрались до назначенного места. Там их встречал высокий блондин. — Минхо, это Хёнджин, — представил Чонин своего нового знакомого. Было видно, как у того сверкали глаза при виде Минхо. Видимо сразу понравился, или как в простонародье говорят — любовь с первого взгляда? — Ли Минхо, — представился парень самостоятельно. Этот парень был такой… ухоженный? Напоминал принца из-за белокурых длинных волос. Такой весь софтовый, похож на зефирку, аж слегка приторно становилось на языке. Разговоры слегка отвлекли Минхо от серых мыслей. Чонин предложил посоревноваться в игре — победитель угощает всю компанию обедом. Минхо безумно надеялся на то, что новый дружок Чонина не умеет играть, но оказалось совсем наоборот. Он играл словно профессионал, как будто играет уже… несколько лет точно? — Хэй, — возмутился Чонин в шутку, — откуда такие навыки? — Играю с детства, — Хёнджин не отрывал взгляда от Минхо, из-за чего тот чувствовал себя немного не по себе. Опозорившись несколько раз, Минхо глянул на табло — реванш стал бы отличным спасением из данной ситуации, но надеяться на победу у любителя — бесполезно. Ли начал чувствовать давление со сторон, как будто его заперли в узкой клетке, из которой не было выхода. — Пойду схожу попить, — шепнул на ухо Чонину Минхо, пока Хёнджин отыгрывал свою партию. Подойдя к стойке, парень уточнил у бармена, где выход на крышу. Ему хотелось побыть одному, наедине с мыслями. Сахарный мальчик затмил мысли, нужно разобраться, что к чему и зачем. Минхо направился к лифту и нажал кнопку. Сердцебиение слегка участилось из-за нехватки воздуха, душнотой так и веяло — куча веселящихся людей, запах сладкой ваты и мяты… Лифт прибыл. Осталось проехать один этаж. Лёгкий звонок. Двери с постукиванием открываются, и парень выходит на крышу. Оказавшись на свежем воздухе, по стене скатывается на пол. — Почему ты бросил меня именно тогда, когда я больше всего не нуждался в этом? — всхлипнул Минхо и уткнулся лицом в колени, чтобы не заплакать. Лёгкий ветерок прогнал листья за изгородь, слышно было лишь звук машин, катящих по дороге где-то на метров 100 ниже. Спустя минуту молчания подался голос: — Потому что у меня не было выбора. Минхо думал, что с ума сходит. Голову поднимает, а он перед ним стоит. Кто он? Парень, исчезнувший из его жизни 7 лет назад. Ли вскакивает на ноги. Его сердце настолько сильно бьётся, что кажется, будто оно в один момент перестанет биться вообще. Внутри были смешанные чувства. Страх доминировал над остальными. Минхо надеялся, что это галлюцинации, слишком масштабные галлюцинации, в которые он не хотел верить до последнего. Джисон медленно подошёл к Минхо. Начал утирать слёзы на его щеках, отчего тот вздрогнул. Настоящий… Настоящий Джисон стоит перед ним. — Живой… — произнёс Минхо дрожащим голосом. — Живой, — повторил Джисон, смотря в глаза Минхо. — Живой… Живой, да? Живой говоришь. На каждом слове Минхо наступал вперёд, толкал Джисона, кулаками бил его в грудную клетку — не сильно, но с чувством. Минхо слёзы рукавом утирал, улыбаясь. Готов был волосы на голове рвать, то ли от злости, то ли от радости — неизвестно. — 7 лет… — сквозь дрожащий голос произнёс Минхо. — 7 грёбанных лет я думал, что ты пропал безвести. Разговор перешёл в крик. — Я думал, что тебя, твою мать, уже давно в живых нет. Джисон не дал договорить, подошёл и схватил за лицо. — Ли, я здесь. Теперь здесь. Минхо нервно усмехнулся, смотря в глаза любимого. — Цвет волос сменил, — первое, что выпалил Минхо, спустя минуту молчания. — Почему? Волосы Джисона отливали тёмно-синим оттенком на солнце. Их можно было сравнить с бездонным океаном. — В знак того, что моя жизнь обрела темноту, когда ты из неё исчез, — Джисон опустил взгляд вниз, давая понять, что не только Минхо было тяжёло все эти 7 лет. — И что я должен сделать, чтобы ты снова оказался рядом? — усмехнулся Минхо и мотнул головой. Джисон сел перед ним на колени, притянул дрожащими руками за мокрое от слёз лицо, поцеловал и произнёс: — Просто дыши. Казалось, будто время вновь остановилось для них обоих. Здесь и сейчас, в окружении тишины и весеннего ветра, два парня, чьи сердца бьются в унисон, сидят в объятиях друг друга, всё таких же горячих и родных, как это было тогда — 7 лет назад, когда жизнь внезапно разлучила их. — Я люблю тебя, Ли Минхо.