I wanna ruin our friendship

С громким треском Тони падает глубоко в воду, зажмурив глаза и размахивая руками, медленно утопая. Вслед за ним в воду влетел вампир, сразу нашёл глазами смертного, и устремляясь за ним в глубь, в темнеющее пространство что поглощало его с каждым движением. Тони постепенно тонет, выпуская пузырьки воздуха что оставался в лёгких, но когда он открыл глаза то сразу заметил стремительно плывущего Руди, и вытянул ему руку чувствуя как от задержки дыхания замедляется его сердце. Он обратно закрыл глаза. «Я такой идиот», это было последнее что пронеслось в его мыслях. Секвиллбекк, перепугавшись почти до смерти, плывёт глубже приближаясь к другу, хватает его за руку и как дельфин, всплывает на поверхность, взлетая снова в воздух. Потащив бездыханного парня к берегу, Рудольф укладывает Тони на холодную землю, беря рукой за лицо. - Тони! - выкрикивает вампир, - Тони, очнись! - он шлёпает ему по щекам, но тот не реагирует ни на что. По его веснушкам стекают капли, к телу прилипла одежда, золотые волосы отяжелели и припали к земле. Наконец-то до брюнета дошло как надо действовать при подобных обстоятельствах, а именно сложить ладони крестом на груди в районе сердца и резко вдавливать пока ничего не изменится. Что собственно Секвиллбекк и начал делать. Он сложил руки в крест и сразу резко вдавливает в смертного. Ничего не происходит, но он пробует сильнее и быстрее. Ничего. - Луна и звёзды, - его холодная рука поддела голову белокурого парня, что лежит на земле бледный как сам мертвец, - Тони, пожалуйста, очнись! - брюнет трясёт друга за плечи чувствуя сильнейшую тревогу, и мимолётно смотрит на его губы. «Искусственное дыхание!», наконец-то дошло до Руди, и он сразу схватывает парня за лицо готовясь припасть к всё ещё тёплым губам, зажимая свободной рукой нос. Тряхнув головой откидывая мокрые тёмные волосы, Секвиллбекк затыкает рот утонувшего парня своим, выдыхая в него воздух, из-за которого грудь Томпсона поднялась сантиметров на два, но это было недостаточно. Его учили когда-то этому, и останавливаться нельзя не в коем случаи пока сам Тони не начнёт дёргаться, резко поднимется и вырвет всю жидкость что заполнила его. Каждая секунда у него на счету. Снова выдохнув в смертного вампир ускорился всё сильнее и сильнее выдыхая в него. «Пожалуйста, живи, Тони...живи...для меня!», думает Руди чувствуя как дурацкие эмоции зародили ком в горле, в глазах была тяжесть. Он притянул за плечи тело парня снова сомкнув с ним губы, и где-то в глубине его мыслей крутилась одна: «Ты ему уже не поможешь..» и от неё вампир пугался и всячески отмахивался, отчаянно пытаясь привести лучшего друга в сознание. Брюнет прижимает сильнее лицо блондина к себе вдыхая и выдыхая, ещё и ещё, пока сам не почувствовал как у него кружится голова от нехватки воздуха. - Тони, - Рудольф отпускает губы парня жадно глотнув воздуха, - Тони... Его бездыханное тело лежало под брюнетом что уже был готов заново продолжить начатое, но одновременно он думал что Тони, его лучший друг...умер...из-за какой-то глупости. Но вампирское упрямство и гнев завладевают сознанием Секвиллбекка, и он, рыкнув, обратно кидается на его губы сильно выдыхая в рот парня. На той секунде открываются голубые глаза и блондин резко встаёт на локти оттолкнув бессмертного, из его рта вырвалась вода. Больно откашливаясь и поворачиваясь на бок оживший Тони сквозь мутные глаза видит своего спасителя, что сидел рядом с ним на коленях, его рубиновые глаза горели волнением, его дыхание мелко дрожало, блестящие от влаги тёмные локоны прилипли ко лбу, так же как и чёрная майка к телу, подчёркивая пресс. Потом видя уже ожившего, дышащего друга, Руди резко выдыхает давая тяжести в глазах уйти, и через секунду кроме капелек обычной озёрной воды были горячие слёзы. - Руди, - хрипнул Томпсон поднимая уголок рта, - всё хорошо. Брюнет притягивает слабого парня за плечи нежно обнимая, и пряча лицо в тёплой шее голубоглазого, тихо всхлипывая. - Пожалуйста, - робко он говорит дрожащим голосом, - прости меня. Бледные пальцы впились в плечи блондина. Сам Тони отвечает на объятия слабо поднимая отяжелевшие руки и прижимая брюнета за талию. Его взгляд устремился вверх на звёзды. «Боже мой, как же ужасно всё получилось!»