Просто друзья?

      Видя природу в самой мощной форме можно влюбиться в красоту этого мира, ждать новой волны гневных стихий, сидя на пирсе около волнующегося моря, постепенно мутнеющегося в чёрной дымке. Да, природа это прекрасно, но иногда она пугает своей силой, неизвестностью, как извержение вулканов или цунами. Это именно то, что может дать волю ужасу, который будет наполнять твоё тело. Иногда рассудок может подчиниться несуществующим глупым вещам, даже не осознавая, что это — лишь иллюзия бурного воображения, которая тихо смеётся где-то в уголке над происходящим. Что ж, иногда страх — прекрасное чувство. Он помогает справиться с переживаниями. Страх перед стихиями — не самый главный кошмар человечества, но страх неизвестности, одиночества — противоположны.

***

      Вы когда-нибудь задумывались, что боитесь встречаться с тем, с чем ты не знаком? Что ты никогда не видел и не чувствовал. А то чувство, когда ты лежишь в мягкой постели, закрывшись тёплым одеялом, выпив перед сном стакан тёплого молока с мёдом, но что-то мешает тебе погрузиться в царство снов; вроде бы всё в порядке, но моральный груз валится тебе на плечи, давящий самые глубокие раны подсознания, можно списать на страх. Ты ворочаешься, не можешь найти удобное положение, в голове пауки плетут паутину дум, от которой не так просто избавиться. Начиная от самых нелепых вопросов до воспоминаний, которые царапают разум. Именно это и ощущает Стар Баттерфляй, лёжа на кровати с балдахином, укутанная в пушистое одеяло с россыпью звёзд, которое девушка притягивает к себе, скрываясь от колющего кожу холодка, подобно холодной стружке мороженого. Сейчас она на Земле, в дали от своего родного измерения, в неизвестности.       Мьюни стало жертвой очередной войны между монстрами и мьюманами. Уже который век эти две расы сталкиваются в пламенном огне своей вражды. Отвратительная политическая обстановка заставила Стар вернуться на Землю к Марко, ибо так хотела её мать. Только вот это не избавило принцессу от проблем своей жизни, а лишь добавило новые. Ей самой хотелось разрешить проблемы Мьюни, она, как никак, будущая королева и должна постоять за своё государство, но её родители так не считали. Либо они знали, как бы решала проблемы их дочь, либо они боялись за её безопасность. В любом случае, никакой из вариантов не нравился Баттерфляй. Блондинка долго боролась за права монстров в королевстве, но в итоге разожгла войну.       Выглядывая из окна своего замка, девушка смотрела на горящие здания простых граждан, которые были ни в чём не виноваты. Со вздохом она продолжала наблюдать, слышать крики мьюманов и монстров от атак со стороны двух рас, но ничего не могла сделать. Ничего. Стар чувствовала себя самой бесполезной принцессой волшебного измерения. Она бы пустилась в бой, но… Её что-то остановило. Это даже не выговоры королевы, которая была бы в ярости, увидев свою дочь на поле боя, ибо когда наследница слушала Мун? Да никогда. Только безысходность разрушала благородство династии. Блондинка не должна была отстаивать интересы одних лишь монстров, она должна была понять обе стороны. И как бы то ни было, именно Стар винила себя в данной катастрофе. Размышляя о будущем, она не могла ничего распознать раньше времени. Мысли приходили обратно на Мьюни. Что сейчас с её родителями? Друзьями? С самим королевством? В ближайшее время оставалось только строить догадки о происходящем в другом измерении, однако не всегда эти размышления заходили в положительное русло. Мантра о том, что «всё хорошо» уже давно не срабатывала.       Вновь перевернувшись на другой бок, подальше от окна, откуда лунный луч ослеплял небесные глаза Баттерфляй, принцесса сомкнула свои сапфиры, сильно зажмурившись, совершая ещё одну попытку заснуть. Накрыв голову подушкой, в слух ударило завывание ветра, бьющегося в окно с большой силой. Странно, что блондинка только сейчас обратила внимание на такую условность. Выглядывая из-под пышной подушки, волшебница поняла, что луна давно скрылась в мрачной дымке, лишь слегка отбрасывая полоску света до кровати. Кажется, что на самом деле наследница погрузилась в дрёму, а проснувшись заметила изменения за окном. На секунду небо осветила короткая вспышка, слегка ослепляя обладательницу сапфировых глаз. Проморгавшись, Стар приподнимается на локтях, всматриваясь в темноту. Снова вспышка. Раскрыв рот в немом крике, девушка накинула одеяло на плечи, поднимаясь с постели и подходя к окну. За освещённым небом последовал протяжный рёв грома, напугавший принцессу до застывшего на лице ужаса: блондинка пошатнулась, так не вовремя подскользнувшись на свисающей части одеяла. Она падает на край кровати, вскрикнув от неожиданности. Её золотистые пряди спали на лицо, прикрывая новую волну разрядов молний. Такой звук она слышала, когда корпус замка Баттерфляй был разрушен армией монстров. В этом месте находилась Мун, так что Стар охватил дикий поток страха, увидев обломки. Благо, никто не пострадал, но страх за близких до сих пор преследует наследницу. Что сейчас с её родителями? Опять эти мысли пробрались в чертоги разума. По щекам начали катиться тонкие струйки слёз, скатываясь по характерным сердечкам.       От новой волны раскатов, Стар закрылась одеялом. Она опять испугалась несуществующей реальности, а вот эмоции вовсе не иллюзия. Спрятав лицо за ладонями, принцесса убеждала себя, что это сон, что она на Мьюни вместе с родителями, а война просто её ночной кошмар. Только это опять не срабатывало. Оптимистичная принцесса-бунтарка превратилась в трусливого кролика, пугающегося любого шороха. Очередной раскат грома раздался эхом по комнате, отражаясь в висках. Веки смыкаются сами собой, дрожь проходится по телу, а глаза вновь наполняются кристальными слезами. На Мьюни не бывает грозы. Это тот самый страх неизвестности, даже, казалось бы, нелепый.       Нервы принцессы не выдерживают, и она срывается с места, стараясь не смотреть на окно, в которое так настойчиво бьётся ветер. Открыв дверь, Стар выбегает в коридор, минуя несколько дверей, останавливается около входа в комнату Марко. На мгновение Баттерфляй останавливается, ибо не хочет нарушить личное пространство друга, но всё выходит совсем не так. Да и когда у волшебницы всё шло по плану? Легонько постучав кулачком в дверь, девушка приоткрыла её. Что же может делать нормальный подросток почти в два часа ночи? Марко спокойно спал в своей кровати, посапывая, от чего на лице принцессы мелькнула улыбка. Он не боится грозы, а просто спит, не обращая внимание на происходящее за окном.       — Марко? — шепнула блондинка, вступая, как будто на минном поле, в покои Диаза. Одна дощечка предательски скрипнула, выдавая присутствие девушки, — Ты спишь? — ответ парня был очень невнятным, что-то похожее на «сплю», только Стар не останавливалась, — Можно… Войти? — робко промямла Баттерфляй, ступая ближе к кровати друга, пока новая вспышка не осветила спальню.       — Да, конечно, заходи, — сквозь сон произнёс Марко, перевернувшись на другой бок.       — Мне... Мне страшно… — ещё тише промолвила принцесса, шумно сглотнув, — Можно я… Останусь? — девушка понимала всю нелепость происходящего, что только что сказала. Хочется исчезнуть, провалиться сквозь землю, чтобы никогда не поддаваться воле эмоций. Она уже хотела уйти, ведь сама не понимала, зачем пришла, но…       — Да, конечно, — эта фраза сработала, как факел, который зажёг сознание волной надежды. Странно, что лучший друг способен одним словом вновь составить карточный домик души, хоть это и выглядело как пофигизм, дабы сон больше не был потревожен, но Стар только улыбнулась, подходя ближе и устроившись на краю кровати, тихонько, чтобы не потревожить сладкий сон Марко, укрылась одеялом. В этой постели так тепло и уютно, что все проблемы улетают в стратосферу, дав положительным чувствам дать верх, но смущение периодически возникало, заливая щёки Баттерфляй румянцем, что розовые сердечки скрывались в нём. Диаз снова что-то просопел, переворачиваясь и невольно обнимая подругу, как мягкую игрушку. Такое положение окончательно ввело блондинку в поток лёгкого стыда, но все сомнения разбиваются о камень: уже через секунду принцессе удаётся расслабиться и прикрыть глаза. Буйство природы всё ещё смыкало лёгкие, однако рядом с лучшим другом они не были страшны. Тепло проходило до самого сердца, разогревая всё тело, погружая, наконец, в царство спокойствия. На долю секунды комнату осветило не ярко-белым светом, а красным. Правда, этого Стар уже не заметила, ибо провела остаток ночи в своих снах.

***

      Яркие лучики солнца пробирались в спальню Марко, щекотливо освещая лицо хозяина комнаты. На секунду парень морщится от яркого света, который всё настойчивее проходится по его щекам. Диаз наконец распахивает свои глаза, потянувшись и зевнув, он не сразу замечает Стар, лежащую рядом. Задев спящую девушку локтем, брюнет округлил глаза, рассматривая принцессу. Щёки покрылись румянцем; уже вот-вот Марко собирался вслух высказать возмущения, но милый, беззащитный вид подруги заставил парня сомкнуть зубы. Блондинка была настолько мила, как котёнок, что разбудить это произведение искусства совершенно не хотелось. Осознав, что землянин никогда не видел подругу настолько близко, он начал гипнотизировать её взглядом, рассматривая шелковистые длинные волосы, которые заполнили почти четверть кровати, её фарфоровую кожу, лицо с еле заметными веснушками, сердечки на щеках, такие притягательные, что захотелось коснуться их, вновь убедиться, что они настоящие. Стар спала тревожно, это было заметно по её телу, которое дрожало каждую долю секунды. Проведя рукой по её плечу, принцесса медленно раскрыла глаза, на что Марко слегка испугался, сразу отдёрнув руку. На лице блондинки заиграла лёгкая улыбка, такая незаметная, но Диаз смог её распознать. Небесно-голубые глаза снова закрылись, тогда Марко больше не стал тревожить подругу, а лишь тихо встал и вышел из комнаты. Только выкинуть всё это великолепие из головы он уже не мог.