Я был солдатом. / Ich war Soldat.

Некоторое время назад. По той же дороге, по которой днём ранее приехал Рихтер, ехала техника: танк Т-34-85 с эмблемой КССО и грузовик Опель-Блиц с небрежно закрашенным подобием железного креста. У ворот военной базы они остановились. Из люка показался сероволосый парень в танковом шлеме и крикнул: — Боец, открывай ворота, пока мы их не выломали! Везём подарочки! — Есть, товарищ лейтенант! Один из бойцов в срочном порядке устремился открывать ворота, через которые проехала группа техники. К высадившемуся с танка командиру танка подбежал прапорщик. — Здоровеньки, Виктор. Что, опять что-то скомуниздил? — Привет, «Учёт». Нет, я это что-то реквизировал у противника. Пошли ребят, чтобы разгрузили. — Понял. Бойцы, разгружай! В кузове грузовика были деревянные ящики, надписи на которых были написаны на немецком языке. Поставив один из ящиков на землю, прапорщик решил его осмотреть, а заодно и вскрыть монтировкой. — Так-с. «Штурм… гевер». Оружие? — Ага. Полковник приказал. Был небольшой конвой, мы его разгромили, а что осталось — привезли сюда. — Неплохо. Дерзко как всегда. «Учёт» вскрыл ящик и достал из него штурмовую винтовку Stg-44. Вид у неё был превосходный, словно только сошла с конвейера оружейного цеха. — Хорошая игрушка. Стреляет винтовочными патронами калибра 7,62. Скорострельность составляет 600 выстрелов в минуту. — Слушай, прапорщик, ты тут пока разбирайся, а мы танк в ангар загоним и побежим в столовую. Голодные, как собаки. — Да, конечно. Полковнику не забудь потом доложить. Порадуй батю. — Обязательно. Братцы, в машину. Пора на парковку. — Есть, товарищ лейтенант! В ангаре Виктор и двое ребят вытащили из танка два прострелянных тела. Их осторожно положили на пол и накрыли брезентом. Виктор взглянул на бездыханные тела и тяжело вздохнул. Парни стянули шлемофоны. Целую минуту они молча стояли и трупов погибших товарищей, потом он произнёс: — Что же я скажу полковнику? «Задание выполнили, но двух ребят потеряли. Простите меня.» Эти ружья явно не стоили. На плечо Виктор один из двух выживших подчинённых положил руку. — Мы пойдём с тобой. Вместе будем отдуваться. — сказал механик-водитель Рома. — Ни Юрки больше нет, ни Серёги, — грустно подытожил наводчик Лёва. — Спасибо вам, ребята. — он положил шлемофон на броню и расстегнул воротник. — Ну, это… Пойдёмте пока в столовую, потом к полковнику. На голодный желудок башка плохо соображает. На выходе из ангара ребят подловил один на вид весёлый паренёк и поздоровался. — Здорова, ребята! — весело из поприветствовал он, сверкая своими зелёными глазами. — С возвращением! Я тут ваш танк увидел и сразу побежал к ангару. — Привет, Вась. — кисло ответил Виктор. — Жаль, что мне сейчас не до твоего оптимизма. Впрочем, как и остальным. — А что-то не так, Вить? — сразу поменялся в лице Теркин. — Позже объясню. Я есть хочу очень сильно, пошли с нами в столовую. — Я уж думал, ты никогда не предложишь. Идём, там котлета с гречкой и компот сегодня в меню. — Хоть что-то хорошее за сегодня. — сказал Лева. Виктор резко толкнул входную дверь и столкнулся с незнакомым ему лицом. Им оказался блондин с шинели и с вещмешком. Виктору он показался очень знакомым, но не мог точно вспомнить откуда. Но что он тут делает? Здесь, в этой столовой? — Не понял? Какого чёрта…? — А, виноват, я сам тороплюсь. Я побежал. Незнакомец поспешил удалиться. — Эй, а ну вернись! Стой! Но он не остановился, а лишь сильнее устремился в неизвестном направлении. — Вить, кто это был? — спросил у Виктора Василий. — Не знаю… Но мне почему-то показалось, что я его уже где-то видел… — Дежавю? — Наверное, Вася. Ладно, моем руки, и за стол? — Читаешь мысли, Витя!

***

      Ребятам организовали почётный залп. Тела обоих положили в деревянные ящики. Парни построились проводить своих ребят. Чуть позже. Кабинет командира Корпуса. — Здравия желаю, товарищ полковник. Докладывает Лавриненко, — салютировал Виктор Соколову. — Вольно, Витя. Садись. Виктор сел за стол. — У нас пополнение, прислали нового офицера. Он будет главным инструктором для нашей пехоты. Опыт солидный. — Понял, товарищ полковник, — спокойно ответил танкист. — Вот, — Соколов протягивает ему небольшую папку с личным делом лейтенанта, — Его личное дело. Полистай сейчас же, ознакомься. Виктор взял в руки папку, на которой были всего две цифры: семь и один, а под ними маленькая надпись «НКВД. Архив. Совершенно секретно». Озадаченно танкист начал разглядывать бумаги, большинство текста которых были закрашены то ли маркером, то ли чёрной краской, нечто скрытое от чужих глаз. Но кое-что для себя парень сумел разузнать и разобрать. Имя: Александр Рихтер Личный позывной: Семь-Один Должность: командир взвода пехоты, военный инструктор Боевой опыт: Северная кампания (подробности операции засекречены) Краткая характеристика: Имеет германское происхождение. Характер — приближающий к нордическому, стойкий. Опытный пехотинец. Хорошо обращается с оружием. С подчинёнными и товарищами поддерживает хорошие отношения. Имеет лидерские качества, безукоризненно выполняет свой служебный долг. Виктор внимательно рассматривал чёрно-белую фотографию: блондин, шрам на щеке. «Так вот, кто ты такой» – промелькнула мысль в его голове. — Что-то не так? — спросил Соколов у танкиста, заметив его пристальный взгляд. — Никак нет, товарищ полковник. Просто, я с ним столкнулся у столовой, но он убежал, и я ничего не смог выяснить. — Ясно. Так вот, к я всё это, хочу, чтобы ты за ним присмотрел. Парень для нас новый, за ним нужен глаз.       Лавриненко вопросительно посмотрел на начальника. В дверь постучали. — Войдите. В кабинет вошёл молодой человек примерно одного возраста с Виктором. Они замерли напротив друг друга. — А вот и он. — Здравия желаю, товарищ полковник, — поприветствовал командира Корпуса Рихтер. — Здравия желаю, лейтенант Рихтер. Садись. — Спасибо, товарищ полковник. Я постою. — Хе, ну ладно. Знакомься, лейтенант. Это лейтенант Виктор Дмитриевич Лавриненко, командир нашей первой группы и командир танка Т-34. Хороший стрелок, хочу заметить. Рихтер протянул руку Виктору. — Приятно познакомиться, товарищ лейтенант. Меня зовут Александр Рихтер, но предпочитаю, чтобы меня звали по фамилии. Виктор не сразу, но протянул руку для рукопожатия. Он долго разглядывал его лицо. — Виктор. Полковник обратился к танкисту: — Лавриненко, будь добр, покажи нашему другу, что да как. — Так точно, будет исполнено. — Ах да, жду от тебя отчёт об операции за два часа до отбоя. Свободны. — Есть, товарищ полковник. Ну, пошли, лейтенант. Два офицера устремились прочь.