Штормовое предупреждение

       В предрассветный час было слишком тихо и мирно: военное положение ни разу не походило на учения. Настоящая война страшна в первую очередь изнурением.        Ривен никогда не думал, что вляпается в такое до выпуска.        Но ни один человек не мог находиться в напряжении постоянно — и на посту он едва ли не спал. Только упрямство и понимание, что атака может начаться в любой момент (никто не верил, что Айси великодушно последует слову и не будет нападать до срока), заставляли его подавлять зевки.        Пленка барьера стала невидимой, открывая вид на темные тяжелые облака, едва тронутые рассветными лучами где-то за ними… Меньше суток назад Тимми выдвинулся со внучком Саладина и Мишель, приложившей руку к созданию барьера, и Ривен все еще раздумывал, не ошибся ли, оставшись в стороне. Прижавшая Саладина к ногтю старуха откровенно пугала: в её присутствии все инстинкты орали аварийной сиреной межпланетного шаттла.        Только вот в итоге они — Тимми, Мишель, внучок — сейчас действовали, что-то делали, даже если это считалось отвлекающим маневром, а он тут просто терял время в изматывающем ожидании.        Конечно, скоро ситуация могла поменяться, но…        Но слишком много было «но»!        Только вот Ривен и себе с трудом признавался в ощущении, что многое проходит мимо него. В команде он ни с кем близко не сошелся — да и команда развалилась на глазах, особенно после того, как Тимми сдружился с Мишель. Забавной, колкой, ни разу не подлой… Ривен в принципе не страдал иллюзиями насчет ведьм: рос вблизи их квартала, видел всяких… да и старик дело говорил. А Мишель — классная девчонка, если Тимми из-за дружбы с ней наконец взял яйца в кулак и перестал быть таким мямлей. К тому же, именно благодаря ей Ривен познакомился с Микой — как после такого не чувствовать благодарность? Не встать на ее защиту, не задумываясь, как Тимми, как даже непонятный заносчивый тихушник Хелия, когда собственные сокурсники, которых всегда учили действовать наперекор нервам, от страха двинулись достаточно, чтобы задуматься над словами Айси?        Да отчислить с меткой о ненадёжности в личном деле мало после такого позора!        …но именно из-за Мики Ривен и колебался вчера, а сейчас ветроцикл возможности уже унесся. Мика просила его не рисковать, не ввязываться в авантюры, и на любую другую он бы уже вспылил, встал бы в позу и назло бы полез в пекло… Но не на Мику. Даже вся гордость, весь его говнючий — о чём он прекрасно знал — характер не мешали Ривену признать, что он буквально ест с ее рук. И он это сказал бы гордо даже посреди полной столовки! Потому что Мика… ну, ух… Мика! Она и поцеловать могла, и в нос дать, и на его языке объяснить, почему он — бревно с недоразвитым эмоциональным диапазоном…        Ривен с улыбкой вздохнул. Понимание, что его девушка в безопасности в одном из убежищ, помогало не сходить с ума и не бросаться в крайности. Вот старик наверняка отсиживаться не стал…        К лучшему, пожалуй, что он не пошел с Тимми и Мишель, там и без него отряд нормальный такой подобрался. Он бы, даже со всеми своими шикарными навыками (сам не похвалишь — от других не дождешься, особенно теперь), им мешал больше, чем помогал. Притирка в команде — не его… Так он и признает, что не идеален, — нельзя быть шикарным во всем!        Через час после рассвета его сменил на посту полицейский: часть из спасённых на вылазках (не считая гражданских) отправились по убежищам, но большинство осели в Фонтане, чтобы помочь в обороне и поддержании дисциплины.        (Про старика — ни слова. Ни один. Вот уж точно — не стал отсиживаться…)        Спать оставалось всего ничего: к обеду должна была явиться припадочная, словам которой не верили даже другие ведьмы. Ривен прекрасно помнил надменную девицу, выступившую в защиту Мишель: только безмозглые будут выполнять требования Айси, — сказала она и теперь ходила у второкурсниц Башни кем-то вроде лидерки, останавливала перепалки со спецами и давила истерики.        К удивлению многих (и лёгкому охерению Ривена, за время осады в будущих коллегах успевшего разочароваться… ну, не больше, чем с начала поступления, но почти так же сильно), за эти пару дней ведьмы показали, что в Башне учат не одним пакостям, а сами пакости могут и пригодиться. Некоторые помогали в лазарете (после рейдерского захвата его их паучихой-медведьмой), некоторые вкладывали наиболее эффективные против армии атаки в вытащенные из дальних углов музейного хранилища экспонаты оружия, оставшиеся, пожалуй, со времён драконьих наездников… Некоторые даже оказались способны на защитные амулеты — вот уж чего больше от феечек ожидали.        Наблюдать за треском шаблонов товарищей было почти приятно.        …Ривен проснулся от воя сирены, с матом и без ощущения отдыха вытряхнулся из постели. Как знал — не раздевался: накинул плащ и подхватил оружие. В коридоре уже стоял топот, сходили с ума системы отопления, работая на максимуме: белый снег обманчиво мягко кружил над внутренним двором и балконами.        У ворот замка собрались преподаватели, директор Саладин, директриса ведьм, полицейские и старшаки. Ведьмы и специалисты тоже спешили туда, и Ривен с трудом протиснулся в первые ряды, расталкивая локтями — на него даже не ругались, позволяя выйти вперед и смотреть на исторические события с лучшего ракурса… или уходя с линии атаки.        За воротами и барьером… Все нападения Армии Тьмы показались вдруг шуткой по сравнению с той Армией, что он увидел сейчас. Фигуры тварей заполняли всю дорогу до горизонта — и все пробелы между стволов деревьев в лесу вокруг, но на переднем плане высился гигантский трон из едва копошившейся массы, на котором восседала, как ледяная статуя, беловолосая девица. Над её головой парила корона. С шипастых наплечников струился вниз полупрозрачный плащ.        Когда-то Ривен, может, присвистнул бы и выдал что-то похабное — но, во-первых, по сравнению с Микой другие не котировались…        А во-вторых — девица на троне была именно что лед.        На таких смотрят, но руками не трогают.        За троном Айси (на вчерашней проекции она такой пафосной не выглядела) едва высились несколько платформ с людьми. Вероятно, уголовниками?        В воздухе между ними и Фонтаном висел огромный ледяной циферблат. Белые стрелки отсчитывали секунды. Демонстративно. Напоказ.        Тик-так.        Никто не проронил ни слова, пока стрелки не остановились на полудне. Подспудно ожидаемого звона не последовало — всё тонуло в тишине внезапной зимы. — Я вижу Гриффин, но не Мишель и Стамиру. Ты так и не образумился, Саладин? — голос Айси разносился в этой тишине с неестественной громкостью; холодный, полный превосходства тон не поглощался выпавшим снегом, уже собиравшимся в сугробы вокруг. — И можешь не искать их здесь вовсе. Они покинули Красный Фонтан вчера, и мне неведомо, где они сейчас.        Саладин стоял с гордо выпрямленной спиной, сжимая посох. Его голос, сильный, пусть и по-старчески сухой, разносился так же громко — какие-то магические усилители звука, должно быть; Ривен лучше разбирался в технике.        …Треск льда почти оглушил: циферблат раскололся, его острые осколки и часовые стрелки со свистом полетели в сторону Саладина — но разбились о барьер, осыпав всё вокруг искрящимся крошевом. Айси сжала подлокотники трона; ее лицо помрачнело, ушло с него самонадеянное торжество. — На что ты надеешься, говоря мне это таким тоном?! Все еще думаешь, что можешь не склоняться передо мной?! — яростно прошипела она — и вдруг расхохоталась. В ледяных глазах отобразился недобрый огонь. — О, и Гриффин. Бледная тень самой себя, мне видится, что ты вознамерилась умереть своей смертью раньше, чем я до тебя доберусь? — Прекрати, Айси. У меня еще хватит сил поставить зарвавшуюся ученицу на место! — каркающий, хриплый голос Гриффин ничего не говорил о ее состоянии, но Ривен директрисой Башни и не интересовался.        Он в принципе её не видел где-либо, кроме как в кабинете вчера.        Выпад директрисы Айси не понравился: она обрушила еще несколько копий на барьер. Тот с достоинством выдержал… Ведьма ухмыльнулась с предвкушением, небрежно взмахнула рукой — и весь снег с округи начало закручивать в три гигантских сверла… медленно леденевших. Приобретавших остроту. Они ввинтились в барьер с оглушающим скрежетом, заставлявшим внутренности вибрировать.        Снег повалил вперемешку с черными хлопьями, упала температура, злобный ветер начал раскачивать кроны деревьев. Барьер мигал и вспыхивал, испаряя хлопья, но острые наконечники продавливали сияющую поверхность всё сильнее — уже до трещин.        Ривен сжал рукоять меча. Твари обрушатся на них, стоит барьеру рухнуть.        Морозный воздух царапал лицо и — при вдохах — легкие; он переминался с ноги на ногу, пытаясь заставить себя привыкнуть к скользящим подошвам — лучше уж сейчас, чем посреди боя. Всё будет сложнее, чем раньше…        …дай Дракон, чтобы всё было просто «сложнее»…        Взрыв.        Саладина и Гриффин разметало в стороны, прямо в скопившийся у ворот снег. Ледяные сверла замерли, не разбив барьер…        В оглушающей тишине Ривен смотрел на директора.        Этого не могло случиться. Это было неверно, трижды и три раза перешёптывайся все по углам или нет. Это не…        Атака не могла прийти извне: траектория, направление, барьер, в конце концов!..        Саладина атаковали со спины.        Преподаватели вышли вперед. Они найдут идиота, посмевшего предать сейчас!        Кодаторта, подошедший к Гриффин, мягко коснулся ее руки… и застегнул антимагический браслет.        Ривен, конечно, со своего поста больше следил за атакой Айси и за Армией, подбиравшейся к барьеру, он не видел всей картины, но… разве это Гриффин атаковала Саладина?        Айси захохотала. — Ах, ну что за представление для меня?        Ее ледяные глаза сверкали торжеством.

***

       Еды на столе не было, так что Флаувер спокойно на него приземлилась и даже не подумала, что Тьюн опять станет ворчать о потерявшей приличия молодёжи: раз не используется, значит, не станет грубостью расхаживать по нему. Кроме того, как и у любой пикси, у неё за пределами поселения была исключительно чистая обувь!        Она даже статью бы на тему написала, потребуйся такая. — Я тебе не доверяю. Из-за тебя Миша почти сутки провела в лазарете Алфеи — помнишь, когда ты стрелял в нас? А еще ты играешь под Такламаном, — Блум била в лоб, ее голубые глаза почти сияли, но внутри тлела углями магия.        Флаувер тяжело вздохнула. Прошло слишком мало времени, чтобы ее фея обучилась тонкостям ведения допро… интервью. Беседы. Чего она добилась агрессивной атакой? Нельзя вывести из равновесия объект допроса… да даже интервьюируемого таким, если он предварительно открыто продемонстрировал свою позицию по отношению к ним. Нельзя — когда давление не пугает, просто потому что давить не на что. Даже на обмен «честность в ответ на честность» такими словами не выведешь.        Работы с новой подопечной виделся бесконечный океан, но Флаувер не привыкать было — и бросать её, даже если взмолится о пощаде, не собиралась! Сформированные Узы расторгаются лишь в случае, если взаимная нужда пикси и феи одна в другой иссякнет!        К тому же, окружение у неё имелось исключительно сенсационное… — Как будто мне требуется твое доверие, фея. Миша и остальные лучше тебя понимают, как выгодно со мной сотрудничать, — интервьюируемый ухмыльнулся, по-хозяйски развалившись на стуле и закинув локоть на спинку; смотрел он с вызовом — и не было странной ведьмы (она говорила на языке Флаувер, умела рыться в словах и оговорках, хотя и предпочитала сенсации классику! И вела себя так, будто знает, что это такое — писать статьи, хотя бы с чужих слов… и странно ощущалась), чтобы снять напряжение.        Ушел в защиту, очевидно. Флаувер сдержала новый вздох и достала блокнот, делая вид, что занята заметками.        Итак, ход второй… хм. Ход соведущей, да, пусть так.        Соведущая. Принцесса Исиды. Информация — оговорки, нет толком даже слухов: очевидно, и Исида, и Эраклион ведут плотный контроль прессы (взятки? Давление?). Безупречная репутация, дар — фея, домашнее обучение вместо Алфеи, чуть ли не с рождения — помолвка с принцем Эраклиона… Но присутствие на вылазке. Но обращение к страшной-не-жизни — выверенное, точное. Но взгляды на неё подопечной Флаувер, но та беседа…        Естественно, она приглядывалась не только из-за личного журналистского интереса (хотя, опять же, сенсацию найти здесь было можно — и не одну, она чувствовала). Если драконица внутри её подопечной избрала парой Диаспро — Флаувер обязана разузнать всё. — Дарко, ты озвучил, что ты — Видар и совершишь месть Айси за пролитую кровь Видар, — оставив без внимание негодование и недоверие Блум, более дипломатично уточнила Диаспро; ее бледные пальцы едва заметно коснулись крупного камня в кольце на пальце, хотя до этого украшений на ее руках не было.        Интервьюируемый слегка дернул бровью. — Я сказал что сказал. И что? — по-прежнему самоуверенно, лишь с намеком на настороженность ответил он: ухмылка подувяла, не исчезая, впрочем, совсем. — Мазакис, покинув Асгард в тех условиях, лишился права носить родовое имя, и судьба Видар повисла неразрешенной. Ты намерен вернуть родовое имя? — Тон соведущей не изменился: без давления, насмешки или праздного любопытства. Исключительный профессионализм!        Вежливый диалог, словно о погоде, однако демонстрирующий глубину познаний принцессы. Исида и Асгард отдалены друг от друга на карте!.. Особенно с тех пор, как истощились алмазные рудники Асгарда. Лишенные яркой эмоциональной окраски вопросы пробили оболочку интервьюируемого, вводя его в растерянность: верно, подопечной Флаувер стоит начать делать заметки о выборе правильного подхода.        Он уже не защищался, а действительно задумывался над ответом. — Отец… отец сказал, что если я не унаследую родовое имя, то тем более не смогу наследовать его бизнес. — Интервьюируемый слегка скривился, спуская локоть со спинки стула. Его взгляд опустился в столешницу. Другой рукой он крутил между пальцев батончик, который дал ему старший экзорцист по просьбе странной ведьмы (опять же: Флаувер порадовало бы, обрати её подопечная внимание на мизансцену и отметь реакцию интервьюируемого на доброжелательную манеру общению). — Так что да. Я намерен вернуть его, как уважение последней воли. — Соболезную, — сдержанно выразила сочувствие соведущая.        Флаувер мысленно отвесила хлопавшей глазами подопечной подзатыльник. Насколько она успела узнать Блум, та со всей тактичностью только сейчас в полной мере осознала, что значит «Айси убила отца». Эмоциональные порывы слишком сильно вели её подопечную — это можно было оправдать родством со стихией и высочайшим по сравнению с кем бы то ни было сродством с драконами… но что за пикси стала бы Флаувер, делай она подобные поблажки?        Эмоциональность чудесна до тех пор, пока она работает на твое благо. — Выполнить последнюю волю отца — это благородно и правильно, несмотря на возможные трудности. Я могу обещать тебе помощь. Не бескорыстную, — мягко поддержала и сразу же обозначила рамки соведущая.        Расслабившийся интервьюируемый перестал мять шуршащую упаковку батончика и вопросительно посмотрел на неё. Чуть нахмурился, раздумывая, пока она не спешила развивать мысль.        Хорошая линия. — Теневой бизнес тебе едва ли интересен. Алмазные рудники Видар истощены, посольская деятельность на Линфее передана другому роду… какая выгода с меня? — прямо уточнил он, сощурившись, но не закрываясь и не защищаясь.        Блум слегка повернулась к Диаспро, явно собираясь что-то сказать, но сдержалась, когда Флаувер легонько, не больнее зубочистки, ткнула её руку острым грифелем. — Насколько истощены рудники Видар — сложно судить точно: их не проверяла фея минералов или неподкупный специалист, — намекнула соведущая, спокойно разглядывая его. — Однако выгода общения с тобой не заканчивается на роде Видар, Дарко. Теневой бизнес интересует меня в малой степени… ровно в той, в которой в нём звучат имена «Такламан» и «Йошиноя».        Интервьюируемый снова ухмыльнулся, расслабленно дернул плечами и вскрыл упаковку батончика. Откусил, довольно жуя.        Флаувер захотелось сказать подопечной учиться, как вести беседу, но её вмешательство откатило бы назад достигнутый прогресс. Диаспро парой предложений намекнула, что имеет смысл дальнейшее сотрудничество, что в «истощенных рудниках» сокрыта давняя история с подкупленными оценщиками, а после потешила эго тем, что он имеет ценность сам по себе, за счет имевшихся у него знаний и связей.        Хорошая… нет, отличная линия! — Это дела моего отца, принцесса. Я тут и там помогал, когда меня втягивали… Но Такламан особенно взял шефство над Айси, что-то такое говорил, мол, раз ее родители не могут, он возьмется. — Интервьюируемый откусил еще кусочек, хмурясь, будто вспоминая. — Лорд Йошиноя иногда приглашал на приемы меня и отца. — На одном из таких приемов он дал задание похитить принца Ская, Брендона и принцессу Стеллу? — уточнила Диаспро, выдержав паузу, будто давая ему больше времени вспомнить. Или прожевать.        Интервьюируемый вздрогнул, как бывает, когда вспоминаешь ужас или боль. Флаувер замерла, прижав грифель к блокноту. Очень, очень интересно… — Нет. Это… Такламан дал задание. Он был крайне недоволен как фактом провала, так и тем, что мы не собирались хватать Брендона, — не стал юлить или отрицать он, слегка сморщив нос, и снова вгрызся в батончик. Соведущая кивнула, как будто получила для себя деталь паззла. — Если на этом все, принцесса, я пойду: если мы завтра отправимся, я должен выспаться. — Разумеется. Даже если отправление будет не завтра, пока есть возможность, лучше восстановить силы, — дипломатично согласилась Диаспро, не останавливая.        Интервьюируемый вежливо кивнул им — включая Флаувер, что… характеризовало его не менее интересно, — на прощание, но вот по её подопечной мазнул насмешливым взглядом.        Стоило ему покинуть столовую, как Блум едва удержалась, чтобы хлопнуть ладонями по столу. Вместо этого она крепко сжала кулаки. — И что?! — ее полный негодования вопрос без конкретики вызывал почти стыд.        Флаувер накрыла лоб блокнотом, все-таки тяжело вздыхая и переключаясь из рабочего режима. Сколько труда впереди… — Лорду Йошиное наличие в заложниках Брендона важно наравне с принцем и принцессой, — отозвалась Диаспро довольно быстро, как будто даже не раздумывала над выпаленным Блум вопросом… Как будто понимала интуитивно. Флаувер опустила блокнот, заинтересованно посмотрев на неё. — К чему такое внимание сквайру? — Может, он бастард Эрендора? Ты их вживую видела, тебе виднее, но по фоткам — Скай приемный, — Блум фыркнула; была бы драконицей — вовсе бы дым из носа пустила.        Диаспро посмотрела на нее, не реагируя на грубость или вспыльчивость. — Принцесса Дафна, исходя из твоей логики, тоже приемная? — чуть насмешливо предположила она, но, заметив, как Блум лишь скривилась и пожала плечами, посерьезнела. — Это очень громкие обвинения, Блум. Такое непозволительно громко озвучивать без доказательств. Родословные королевских семей тщательно регистрируются придворными архивариусами: вопросы престолонаследия не терпят двояких ситуаций и различного рода инсинуаций. Как бы ты ни относилась к принцессе Дафне, подобное ты должна пресекать твердо.        Блум расправила плечи, будто набирая воздуха для очередного эмоционального всплеска, но, к радости Флаувер, не стала спорить. — Я понимаю. Может быть, у меня нет блестящего аристократического образования, но понимаю. — Она сложила руки на столе, разглядывая исподлобья Диаспро. — Возвращаясь к Брендону… ты ищешь такие доказательства, так? — проницательно заметила она. Где же была эта проницательность во время интервью? — Это связано с твоим желанием разорвать помолвку со Скаем? Но как факт бастардства Брендона поможет? Или Скай всё-таки приемный, и тогда, вроде как, у сквайра прав на трон больше?        Флаувер снова вздохнула. Как славно, всё же, что единственные разумные поблизости гремели посудой на кухне — и что Диаспро крутила приметное кольцо, а вокруг стола мигали оранжевые искры чар от подслушивания. Подобные разговоры — не сплетни. Скорее уж правительственные заговоры… — Сейчас нет никаких доказательств, — со слабо различимой в ровном тоне досадой признала Диаспро, посмотрев в стену. — Лишь мои сомнения и догадки. Обучение и психологическое состояние принца Ская не соответствует таковому у человека, которого готовят в правители. Значит, либо он будущая марионетка, либо тут замешано что-то еще. Я не хочу быть пиритовой королевой Эраклиона. — И не будешь. Мы разорвем эту помолвку, я пообещала, — уверенно сказала Блум; взгляд ее смягчился, наполнился нежностью и теплом.        Магия в подопечной Флаувер трепетала, но этого все еще слишком мало, уж она со своей стороны Уз могла сказать. Либо еще не время, либо…        Либо не хватало чего-то еще.

***

       С приходом лютого мороза зашевелились не только мы, но и твари Армии: обступили с двух сторон улицы и скреблись так энергично, будто пурга вдыхала в них силы. Как вовремя мы укрепили барьер!        (Что было бы, задержись мы на пару часов? Сверни не туда? Реши проверить одно из убежищ?..)        Ведьмин Круг разместили в аптеке, среди горшков с цветами; там ждали Флора и почему-то — Доркас с Хелией. Кругу нашли место в одинокой клумбе: редким травам пришлось потесниться, уступая место грибам. На шляпках — руны знакомым почерком… Я только хотела встать в Круг, припоминая, как в видео объяснялся принцип работы, как Крис цыкнула. Антей мягко сжал мои плечи, слишком легко отрывая от земли, и демонстративно переставил подальше. — Аль не обрадуется, если ее жер… пациентка без крайней нужды подвергнется столь альтернативному магическому перемещению, — пояснил он, пока сама Крис шагнула в центр.        И не страшно ей собственное творение тестировать?..        Я только моргнула — а её уже не было, лишь руны на шляпках грибов слабо светились, да магия вокруг себя вела… странно. Даже если судить по следу в пространстве, это тратит неплохо так — как среднее заклинание, с четверть резерва ведьмы из «Я».        Ну да, Аль меня за такие растраты не глядя отпинает…        Мы не то чтобы затаили дыхание, но Флора сложила ладони в молитвенном жесте, не отрывая взгляда от Круга. Антей меня отпустил, веря, что я теперь не ломанусь проверять (не то чтобы неправильно, но… опрометчиво? Я знала тех, кого лучше бы держать дальше, вот), и уставился на лезвие подозрительно чистого атейма (Крис! Я с ним целый вечер в лесу сидела, я узнаю!), Хелия с живым интересом рассматривал грибы, а Доркас засекала время на телефоне.        Прошло минут пять, прежде чем Крис снова появилась — точно в центре круга. — Вокруг Армии нет, путь до Алфеи чист, — отрапортовала она, а я выдохнула: созданный чуть ли не на коленке путь отхода работал.        До последнего ждала «сюжетного поворота»… А теперь ещё сильнее захотелось проверить, как перемещение ощущается. — Идем будить Сандру? Надо сказать, что можно начать эвакуацию, — предложила я сразу, чтобы не испытывать себя лишний раз.        Крис кивнула, выдёргивая из пальцев Антея атейм и крепя его в пазе разгрузки на бедре. Мы вышли из аптеки на уже запорошенную, хотя прошло не так много времени с начала буйства Айси, улицу. — Давай. Я к наставнице, Антей — к Аль, — распорядилась Крис, легкой походкой шагая по снегу.        Все-таки у Никса неоспоримое преимущество над обычной одеждой: мои кеды скользили… Хотя, судя по темпу, который так же легко взял в противоположном направлении Антей, особым снаряжением могут снабжать и на раскопках? Или учить где-то обеспечивать сцепление магией?        …интересно, а это подходящий вопрос для пар Драма? Дикая природа, перемещение по пересечённой местности, все дела…        Ходьба по воде и стенам ниндзя? Хочу. Даже если умею летать.        Я примерно помнила, куда ушла Сандра, но очень выручало, что ее магия мне запомнилась и ощущалась по-особенному. Что до «разбудить»… Одна из стороживших спальню ведьм, выслушав меня, просто открыла окно: морозный воздух и шум Армии, скрежетавшей когтями о барьер, сработали лучше любого будильника. Невыспавшаяся, злая Сандра перешла в положение сидя, еще глаза не открыв.        А когда открыла — обвела мрачным взглядом комнату и уставилась на ведьму, чьего имени я не знала. — Пришло время эвакуации, ma chérie, — промурлыкала та с каменным, не выдававшим эмоций лицом.        Сандра с силой провела ладонь по векам, растерла красные от недосыпа глаза и поднялась с кровати. — Ведьмин Круг работает? Айси напала? — задала главные для себя вопросы она.        Я неловко улыбнулась, разведя руками. — Круг работает, Айси пока не напала лично, но… бесится.        И ее когда-то почти безопасное бешенство теперь достигает катастрофических масштабов. Чтоб она простудилась наконец…        …Эвакуация проходила спокойно и быстро, никакой паники, давки: выстроились в очередь, держа в руках небольшие сумки. Сначала — обеспечить форпост — переместились Крис, Антей и Сандра. Сразу за ними — ведьма, взявшая на себя нескольких без магии. И ещё одна. И ещё — маленькими группами, в приоритете — дети и гражданские, потом некоторые старики…        Но не все. Да и сами ведьмы вернулись: сначала по паре-тройке, потом — проводившие эвакуированных до Алфеи и сдавшие их с рук на руки остальные. — Сражались семнадцать лет назад с армией Даркара, не сбежим и сейчас! — выдала одна из них, седая, как луна, и бодрой, решительно не старческой походкой вышла из аптеки.        Никто и не возражал, разве что я порадовалась про себя: у нас-то не Феникс, а всего лишь Айси. Да, страшно, но опыта у этой военачальницы, будем честны, что у него кожи на скелете, а это нам только на руку…        От палатки, где по-прежнему размещалась аппаратура, слишком громоздкая для переноса, подбежал раскрасневшийся Тимми. Он чуть не поскользнулся на начавшем покрываться ледяной корочкой снегу, но ловко удержал равновесие. Я все равно пошла навстречу и схватила за локоть, просто чтобы мы оба поймали устойчивость. — Связь с Фонтаном прервалась! Возможно, помехи создает испортившаяся погода — или там битва, и количество магии препятствует сигналу… — облачка пара вырывались из его рта, пока он пытался отдышаться.        Новости откровенно скверные. Меня, пожалуй, слабо утешали только воспоминания о мультфильме, где после падения Фонтана специалисты смогли эвакуироваться в Алфею… но как мы уже от него отдалились! И каково же приходилось не имевшим и такого неидеального знания?        Только бы, если Фонтан не отстоят, все смогли покинуть его…        Армия Тьмы продолжала толкаться и царапаться в барьер, но мы по его периметру, разделившись на небольшие группы, не нашли ни намёка на сбои — и поспешили на рекогносцировку, пока окончательно не околели. Стоило раздобыть теплую одежду и сесть наконец за посохи.        Ближайшим помещением с обогревом (или надышали просто?) оказалась столовая, куда к нашему с Тимми приходу уже набились остальные оставшиеся. Гайд накинул на нас куртки, очевидно, прихваченные из домашнего гардероба Тимми. Я заметила среди разумных макушку Майка, который, судя по крою и цвету куртки, тоже получил гуманитарную помощь от Гайда.        Опередившие нас (и, если честно, почти возмутительно бодрые после ходок туда-обратно; ещё и с пассажирами!) Крис и Антей, бросив на пол что-то вроде пенки, уже организовали с усевшейся на скамейке рядом Флорой небольшой круг-конвейер: Флора делает древесную основу — Антей вырезает атеймом базу из экзорцистского заклинания («И всё-таки особой разницы со скальпелем я не вижу…») — Крис запитывает. Даже пару штук собрать успели…        Оставив Тимми с отцом и Текной ковырять систему связи за одним из дальних столов (и, к своему удивлению, заметив рядом прислонившуюся к стене, прикрыв глаза, Доркас; мониторит округу?..), я присоединилась к их кружку. Подошла Диаспро, с ней — ожидаемо — нашлась и Блум. Флаувер перелетела с ее макушки на мою и скрылась в шухере на голове. Интересно, ей в моих буйных локонах тепло?..        Надеюсь, отсутствие Дарко не значит, что они его где-то прикопали тихонько. Диаспро не стала бы настолько заморачиваться, земли даже в Ведьмином квартале Магикса не так уж много, да и промёрзла она…        По-настоящему ускорились мы, когда ведьмы притащили ранее использовавшиеся для подпитки Сандры накопители, а одна из них ещё и тоже оказалась способна создавать древесную основу. Аль маячила на периферии то там, то здесь, то с аптечкой в руках, то наперевес со скальпелем, без слов напоминая о разумной трате магии после истощения, и потому я чисто создавала экзорцистские заклинания (опять одолженным атеймом; стоит ли завести свой? А что делают, чтобы завести свой? Это как с волшебной палочкой?), передав вкладывание сырой силы остальным. Мы сошли бы за клуб по крафту предметов к фэнтези-ролевке или мастерскую, только вот было невесело и несмешно.        Нет, пораженческих и просто отчаянных настроений в воздухе не витало, но и глупой оптимистичной бравады…        Секретом ни для кого не было: если твари продолжат нападать так, барьер, как бы мы его ни укрепили, не выдержит. Рано или поздно.        И к этому «поздно» в почти опустевшем Ведьмином квартале мы готовили единственное эффективное оружие.