Целительный звонок

       Весна. Солнце с каждым днём греет всё сильнее. Сугробы медленно тают. По дорогам бегут ручьи. В воздухе пахнет теплотой, мягкостью, пробуждением. Птицы прилетают из отдалённых уголков петь свои серенады. Кастиэль устало бредёт в аптеку. Грустный, одинокий, вынужденный заботится о своём старшем непутёвом брате.        Габриэль вообще довольно часто бывает невыносимым придурком. Кастиэль уже сотни раз твердил ему одеваться нормально, тепло, как все адекватные, нормальные, заботящиеся и беспокоящиеся о своём здоровье и самочувствии люди. Но так нет ведь! Он будто бы назло брату одевается абы как, аргументируя это тем, что внешний вид и презентабельность куда важнее. Ну да, как же. Скажи это своему вечно больному горлу и лёгким, висящим на волоске от воспаления.        И это уже не говоря о том неприятно огромном количестве денег, которые они ежемесячно тратят на всю эту кучу лекарств, антибиотиков, витаминов и прочее. Кастиэль с величайшим сожалением всё чаще и чаще отказывался от некоторых горячо любимых, но относительно дорогих продуктов, как, например, авокадо или красная рыба. Ох, а еще книги… Мужчина просто жить не мог без них. Приятный хруст новых, ещё жестких страничек. Запах чернил, навевающий лишь приятные воспоминания родом еще из далёкого детства. Интригующие воображение иллюстрации на обложках и непосредственно внутри. Стоит ли говорить про сами захватывающие, увлекательные истории, которые книги таят в себе?..        Увы, ему приходилось практически каждый раз откладывать покупки столь дорогих его душе вещей по вине Габриэля. Тому невыносимо и бессмысленно часто было необходимо покупать различные «шмотки», которые мало того, что временами были до ужаса и мурашек по коже откровенными и лёгкими, так еще и сам Габриэль обычно надевал любые из них от силы пару раз, а затем они бесследно исчезали. Кастиэль понятия не имел, куда его брат девает свои шмотки, но судя по тому, что денег у них не прибавлялось, и половых тряпок ярко-ядовитых тонов и в блёстках он не находил, то логичнее всего было предположить, что Новак-старший кому-то раздавал эту безвкусицу. И было бы лучше для его здоровья и жизни, если он жертвовал эти вещи нуждающимся в какие-нибудь организации, иначе Кастиэль за себя не ручался. Жить вдвоём на студенческие стипендии в крохотной квартирке и так далеко не просто, что уж говорить о постоянных чрезмерных тратах ни на что…        Кастиэль с тяжёлым вздохом остановился напротив входа в аптеку, совсем недавно открывшуюся прямо рядом с их домом. Хоть что-то радовало: теперь ему не придётся ходить пешком через два квартала ради лекарств для брата. Он рассматривает некоторое время зелёное оформление витрины и яркий, мигающий, неоновый, медицинский крест, после чего достаёт свой мобильник и проверяет количество денег на карте…        Что ж, кажется им придётся чуть-чуть поголодать недельку, пока не пришлют очередную стипендию… Либо Кастиэль может не покупать все эти лекарства, и тогда Габриэль скорее всего загнётся с температурой, и это звучало бы невероятно заманчиво, не будь младший таким заботливым братом. Габриэлю определённо точно повезло с ним, чего нельзя сказать об обратном. Кастиэль проклинает день, когда он родился и стал младшим братом. Ну, либо день, когда родился Габриэль. Одно из двух.        Снова тяжело вздохнув, он прячет сотовый обратно в карман, после чего всё-таки заходит внутрь относительно небольшого помещения. Помимо продавца внутри находился всего один человек. Это был парень, наверное, лет двадцати, весьма высокий и мило болтающий с тем самым выше упомянутым продавцом.        Однако привлёк внимание Кастиэля не этот парень, а именно сам мужчина в белом медицинском халате поверх обычной фланелевой клетчатой рубашки. У него даже почему-то складывается впечатление, что этот мужчина, скорее всего являющийся его ровесником, помимо прочего еще носит исключительно джинсы, напрочь игнорируя официальную одежду.        Так или иначе, Новак старается игнорировать расползающееся по телу тепло, пробудившееся только от одного взгляда на заинтересовавшего его шатена. Он стоит некоторое время в стороне, чуть прячась за углом и делая вид, что увлечённо изучает что-то на прилавках, просто чтобы привести мысли в порядок и возможно дождаться ухода высокого длинноволосого парня… Да, Габриэль, наверное, пришёл бы в восторг при виде этих волос…        Кажется, его желания были кем-то услышаны, так как вскоре молодой парень действительно уходит, подгоняемый продавцом-фармацевтом, и из последнего Кастиэль делает вывод, что они весьма близки: быть может друзья, братья или, например, любовники… При мысли о последнем Новак чуть хмурится, грустно вздыхая. Все горячие парни его возраста обычно либо уже заняты, либо исключительные гетеро, а еще чаще всё вместе. Так что ему не привыкать, хоть это и не отменяет неприятного зудящего чувства в груди. Что ж, родился и вырос романтиком — страдай. Родился и вырос романтиком-геем? Страдай вдвойне.        — Простите, я могу Вам помочь? — окликает его приятный, бархатистый голос, от которого по шее бегут мурашки, да и сам Кастиэль чуть подпрыгивает от неожиданности, вмиг теряя всю свою уверенность, с которой еще не так давно заходил внутрь аптеки, — Извините, не хотел подкрадываться, — примирительно улыбается шатен, с нескрываемым любопытством и немного задумчиво смотря то на Кастиэля, то на прилавок, около которого они стоят.        Новак тоже решает туда посмотреть, тут же зацепляясь взглядом за небольшую табличку «Средства для поднятия потенции у мужчин». Его глаза шокировано распахиваются, а щёки покрываются ярким румянцем. Он тут же поворачивается к продавцу, изумлённо-испуганно таращась на него, после чего начинает отрицательно мотать головой, пытаясь вернуть себе дар речи.        — Нет-нет-нет! Я не… Это не то, что Вы подумали! — он чувствует, как к его щекам приливает всё больше крови, но ничего не может с этим поделать, внутренне сгорая со стыда и стараясь подавить дико сильное желание развернуться и просто выйти из этой аптеки, никогда больше не возвращаясь, — Я просто стоял, правда, я не… — он всё так же изумлённо переводит взгляд с различных тюбиков и разнообразия коробок с таблетками на фармацевта и обратно, зачем-то при этом оправдываясь.        — О. Ну, да, разумеется, — мужчина мягко, будто бы поддерживающе или снисходительно улыбается, медленно кивая несколько раз, после чего наклоняется чуть ближе к брюнету, будто хочет рассказать что-то и… — Знаете, вы уже восьмой мужчина за неделю, который просто случайно встал постоять рядом с этим прилавком, — он склоняет голову чуть в сторону злосчастной витрины, смотря на неё едва ли не по-отечески, после чего оглядывается по сторонам насчёт наличия в помещении других клиентов, но не обнаружив оных, снова оборачивается к Кастиэлю, — Мы абсолютно одни, я специализированный фармацевт и тоже мужчина, Вам совершенно нечего стесняться, — он выжидающе смотрит на Новака, одобрительно чуть-чуть приподнимая брови и уголки губ, чем действительно вызывает доверие.        Проблема разве что в том, что у Кастиэля вовсе нет той проблемы, о которой подумал… «Дин Винчестер» — гласит бейдж на халате аптекаря. Кастиэль невольно подмечает, что Дин и правда носит джинсы, причём слегка потёртые, чем они придают некоторую домашность своему владельцу.        — Да нет же, — Новак тяжко вздыхает, из последних сил стараясь взять себя в руки и объяснить всё как следует, — Я пришёл за лекарствами от простуды. Просто Вы уже были заняты с… клиентом, — Кастиэль говорит эти слова неуверенно, за что мысленно бьёт себя по лицу, одновременно с тем не переставая молить всех известных ему богов о том, чтобы он перестал краснеть перед этим горячим парнем, — Я просто не хотел помешать. Я не присматриваю ничего из… этого, — он взмахивает рукой в сторону прилавка, не оборачиваясь на него, чтобы не смутиться снова еще больше. Хотя не то чтобы под внимательным взглядом очаровательного фармацевта вообще можно было расслабиться.        Шатен смотрит ему в глаза несколько долгих секунд с лёгким прищуром, после чего окидывает его медленным, будто бы оценивающим взглядом с ног до головы, едва заметно кивая каким-то своим мыслям и вновь очаровательно улыбаясь, заставляя Кастиэля плавиться и еще больше желать провалиться под землю сию секунду.        — Ладно, как скажешь. Тогда идём, — он разворачивается, направляясь в сторону кассового прилавка, через который ловко перепрыгивает, не удосужившись просто открыть его и зайти как любой адекватный человек. Однако в голове Новака крутится лишь мысль о том, что, помимо природного обаяния, «медик» еще и хорошо физически сложен.        Оказываясь по разные стороны прилавка, они смотрят друг на друга некоторое время, пока шатен не приподнимает выразительно брови, заставляя Кастиэля вернуться с небес на землю и вновь залиться краской. Боже, ну ведь не подросток уже, и всё равно ведёт себя как под гормонами.        В конце концов поборов карман своего плаща и выудив из него телефон, Кастиэль зачитывает, немного тараторя от нервов, список медикаментов. Отрываясь взглядом от небольшого экранчика, он может наблюдать за чуть нахмурившимся и едва заметно шевелящим губами фармацевтом, который вскоре разворачивается на пятках, начиная будто бы порхать по рабочему помещению, вытаскивая одну за другой коробочки с таблетками, пакетики с жаропонижающими и прочую лекарственную лабуду, которая Кастиэля уже в общем-то и не волновала. А зря.        Раздобыв всё продиктованное, Дин складывает один за другим медикаменты в пакет, заодно суммируя их стоимость на калькуляторе. Закончив, он поворачивает нехитрый аппарат к Кастиэлю, и от вида кругленькой цифры мужчина с трудом удерживает свою челюсть на месте, не давая ей отвалиться. Он, конечно, слышал о кризисе и повышении цен и всём таком прочем, но не думал, что настолько…        — А по студенческому скидки есть? — неуверенно роняет Новак, растерянно глядя на мужчину в халате, но тот лишь разводит плечами, извиняющееся улыбаясь, хоть это и не его вина, что у Кастиэля нет денег. — А если я дева по гороскопу? — он делает вторую попытку.        Винчестер смотрит на него несколько долгих секунд нечитаемо-удивлённым взглядом, после чего всё-таки начинает бегать глазами по помещению, слегка задумчиво хмурясь и уже собираясь сказать что-то, но Кастиэль понимает, что, кажется, облажался, так что опережает его.        — Ну, может, есть хотя бы более дешёвые аналоги? — он, если честно, уже практически готов умолять или сделать что угодно, лишь бы получить эти чёртовы лекарства и уже уйти наконец-таки домой, где сможет спокойно сгореть со стыда под насмешки и едкие комментарии Габриэля.        — Есть, — задумчиво протягивает продавец, чуть покусывая нижнюю губу, — Но…        — Какие? — обрывает его на полуслове Кастиэль, уже откровенно снедаемый чувством собственного ничтожества и откровенного стыда.        — Смерть, — мгновенно выпаливает мужчина, с лёгкой насмешкой наблюдая за реакцией сначала побледневшего, а затем вмиг снова побагровевшего синеглазого брюнета.        Кастиэль сглатывает, сконфуженно опуская взгляд в пол, и слабо кивает, отходя от прилавка на пару шагов назад, разворачиваясь и направляясь к выходу. Придётся Габриэлю обойтись и без этой чертовой кучи таблеток, ничего, переживёт, не маленький.        — Постой! Дева! — окликает его мужчина, немного глупо улыбаясь, и подзывает обратно к прилавку. С того места, где стоит Кастиэль, ему видно, что фармацевт что-то пишет на крохотном клочке бумаги, но он не может разглядеть что именно тот чиркает, — Там мой номер, — подмигивает ему Дин, кидая листок в пакет с лекарствами, — Можешь забрать их бесплатно, но только при условии, что ты скажешь мне своё имя и клянёшься позвонить мне и сходить на свидание, — Винчестер зажимает кончик ручки между губ, растягивая их в соблазняющей улыбке, и Новак уверен, что это самое милое и чертовски горячее зрелище из всех, что он когда-либо видел за все свои двадцать шесть лет жизни.        — Кастиэль, — неловко выдыхает он, неуверенно беря пакет в руки, не в силах оторвать взгляд от шатена, — Я позвоню, Дин— кивает парень, глупо улыбаясь ему в ответ.        Покинув аптеку, он решает забежать в местный магазинчик и прикупить небольшую сладкую награду для Габриэля в знак благодарности. Если бы Кастиэль знакомился с чрезмерно сексуальными фармацевтами каждый раз, когда отправлялся за лекарствами, то цены бы ему, как брату, не было бы…