Мы же утонем вместе, как ты обещал?

На часах 10:55. За окном был жуткий мороз. Солнце освещало комнату через белый тюль. Лучи падали на кровать и лицо юношу, оповещая его о том, что пора вставать. Будильник звенел 10 минут назад, но он решил забить на него болт. Суббота всё-таки. Увы, встать пришлось, ибо дело нельзя было отложить. Слава приподнялся на локтях и потёр глаза. Осмотрев комнату, Михайлов заметил, что пора бы обновить стену с граффити, которая выцвела и стёрлась. В комнате стоял запах имбирного печенья, что так ненавидел Слава. Его мать часто его готовила, несмотря на то, что её сын неоднократно просил больше никогда его не готовить после смерти отца. Слава ненавидел имбирное печенье. Встав с кровати он одел розовую поношенную футболку и пошёл на кухню. В холодильнике так много еды, а есть не хотелось. Уже два дня юноша только пьёт воду с лимоном, но это скоро пройдёт. Рано или поздно, Слава будет проходить вечером мимо любимого кафе и закажет там острую шаурму, с которой ему в подарок дадут банку безалкогольного пива, потому что там работал Бумагин, которому было не жалко заплатить за эту несчастную баночку 99 рублей. Сегодня нельзя оплошать, поэтому все 5 таблеток были успешно выпиты. Немного покривившись от горького вкуса, юноша сел за стол, включив перед этим телевизор. Взглянув на телефон, он увидел уведомление. Это было сообщение от его лучше друга. Даниил Бумагин Привет чел, давно не писал, чо как дела? 11:00 Вячеслав Михайлов Йо привет, всё норм. Прикинь что случилось 11:05 Flashback Ночь. На часах ровно 1 часа ночи. Очередная прогулка Вячеслава перед сном. Ветер сдувал шарф, из-за чего было трудно идти. Он бил по лицу, но музыка в наушниках заставила забыть обо всём. Он шёл в неизвестном направлении, смотря только себе под ноги. В это время на улице не было ни души. Так тихо и так спокойно. Лучше бы так было на душе. Тревоги покидали его на время. И это время было прекрасно. Когда же он всё-таки поднял голову, в пяти метрах от него кто-то лежал на снегу, будто мёртвый. Можно было подумать, что это бездомный решил отдохнуть, но проверить нужно. Прищурясь, он понял что это и вправду человек, а не мусорный мешок. Подбежав он узнал в нём своего одногруппника. Голос застыл в глотке, вместе с ногами. Перед ним лежал Глеб, мать его, Голубин. Тот самый Глеб, с которым хотят спать не то что все девочки в институте, но даже пацаны. А про дружбу я уже молчу. А сейчас, он лежит в крови и задыхается, лёжа на спине в ссадинах и порезах. Слава начал паниковать, и быстрым темпом набирать скорую. Замёрзшие пальцы били по экрану телефона, пока не набрали нужный номер. Фонарь погас, но ненадолго. Его свет был противно жёлтого цвета. Михайлов слышал лишь длинные гудки. Наконец то кто-то поднял трубку. — Алло, здравствуйте, нужно срочно скорую на Пирятенскую 36, — чить ли не крича в трубку говорил Слава — Что у вас случилось? — спросил женский голос на другом конце трубки. — Мой друг, я нашёл его в снегу без сознания и всего в ранах. Ему срочно нужна помощь! — уже крича в трубку просил Михайлов. Он прижал ладонь к щеке блондина. Тело было холодным, как у трупа, и бледным, как мрамор. — Назовите свой адрес ещё раз, пожалуйста. — А-адрес? Ах да, Пирятинская 36, срочно! Flashback end Даниил Бумагин Ох ну нихуя себе. И что с ним щас? 11:07 Вячеслав Михайлов Он сегодня должен выписаться, и я ему так тип помочь должен. Крч из больнички забрать. 11:08 Даниил Бумагин Ого, а когда это вы скорешились? 11:08 Вячеслав Михайлов Да мы не скорешились пока что. 11:09 Дании Бумагин Пока что? Ну хорошо, потом посмотрим))) 11:09 Он пообщались ещё минут 7, после чего Слава пошёл на балкон, взяв с собой пачку «Hilton Gold». Сигареты хорошие и почти не оставляют запаха, вот только продавались они не везде. На балконе было холодно, поэтому по пути Михайлов захватил плед своего брата, который уже женился и обзавёлся дочкой. Плед он оставил как подарок младшему брату. Эту вещь он привёз из Штатов, когда учился там. В нём очень тепло, но вот только он был длиннее самого Славика, из-за чего скейте волочил его за собой. Зайдя на балкон Михайлов открыл пачку в которой было всего 2 сигареты. — Да ёп твою мать. Опять идти покупать, опять даказывать продавщице что мне уже 20 лет, хотя я покупаю там сиги чаще чем кто либо, — возмущался юноша, после чего взял и зажёг сигарету. Единственное что грело руки Славы, дак это огонёк от розовой зажигалки. С неё часто сыпались блёстки, оставляя следы на руках. Сделав затяжку, легкие заполнились едким дымом, к которому так привык юноша. Он мог не курить неделю, а потом за 1 день скурить пачку. Выпустив дым, Слава опрокинул голову назад и закатил глаза. На душе был очень тяжёлый камень. Он хотел иметь рядом человека, с которым можно было пообщаться в любой момент, без лишних вопросов обнять, высказаться. Но где такого найти? Да, у Михайлова был Бумагин, он это не то. С ним можно выпить, покататься на скейте, попасть в полицию, и это круто, но и тепла хотелось тоже. «Друзья» менялись часто, но один всегда был рядом. Да, Панк говорил сотни раз, что Михайлов может ему выговориться и поплакаться в плечо, но грузить друга не хотелось. У него и так всё хуже, а тут ещё и чьи то проблемы. Нет уж, спасибо, я вытерплю. Но когда-нибудь Слава сможет понять, что если ему предложили — не нужно отказываться. Докурив, кареглазый потушил окурок об стекло балкона. Часы показывали 12:30. «Я что, так долго курил?». *** Глеб проснулся ещё в 09:16. На завтрак была какая то каша, которая сразу же попала в мусорку, прямо с тарелкой. Уж очень она была противной. Голубин решил не терять времени и начал собираться. Сложив всё в рюкзак, он решил переодеться. Выбор пал на чёрные скинни джинсы и чёрный худи. Громоские ботинки дополняли образ. Вдруг Глеб вспомнил, что забыл положить блокнот. Завязав волосы в хвост, он достал блокнот из тумбочки у кровати. Когда он его достал, из него выпало фото. На нём был Слава обнимающий Голубина. Фото было сделано на полароид, а внизу надпись «Будь со мной в свой худший год». Это фото сделала их одногруппница, подписал её сам Михайлов. Фото было сделано на природе, где они хорошо подвыпила. Настолько хорошо, что после того, как было съедено почти всё мясо, все кроме девочек пошли охотиться на белок. К счастью безуспешно. Хорошо, что они сняли домики, а не взяли палатки. На фото стояли около речки в обнимку. Они не отличились, и тоже хорошо так выпили. В ту ночь Глеб почти затащить Славу в постель, чему младший под действием алкоголя не был против, но ничего не вышло. Какая то девочка позвала его на танец и русый согласился. Смотря на то, как Михайлов кого-то обнимает в танце, у Голубина была одна мысль: «Чем я хуже этих кукол?» Возможно, Слава и не помнит всего этого, но вот Глеб помнит. Помнит его тёплые руки, обвившие шею, помнит пьяную улыбку младшего, помнит как он обнимал его за тонкую талию, помнит как он нарисовал звёздочку на запястье Голубина. Глеб бы отдал всё, чтобы вернуться в тот день и не пустить Михайлова танцевать с другой. Может быть, сейчас бы он не был в больницы с травмами, а ютился бы под боком своего счастья, где то на съемной квартире. На часах 13:15. Врач уже заходил к Глебу и сообщил, что тот может на протяжении дня уйти из больницы. Остаётся только ждать звонка от Михайлова. Пробыв в реанимации около 4х дней, Голубин ни разу не позвонил матери. Она, наверное, сильно переживает. Найдя нужный номер среди груды других, он нажал на вызов. Ждать ответа не пришлось долго — Глеб, солнце, ты наконец очнулся, мы так сильно переживали. Ты как? Господи, я теперь тебя вообще не выпущу одного в ночь гулять, — протараторил ласковый женский голос. Мать явно переживала. — И тебе привет, мам. Я очнулся ещё вчера, вот только позвонить забыл. Со мной всё хорошо, меня сегодня выписали, но ты не переживай, мне помогут дойти до дома, ты можешь спокойно идти на работу. — пока Глеб это говорил, он уже был на выходе из больницы. Расписавшись на ресепшене, о том что он покидает реанимацию, Голубин наконец вышел на свежий воздух. — Ну слава богу, а к, — женщина не успела договорить, как её перебил сын. — Слава не Богу, а врачам. — И им тоже. Так тебя кто забирает? Я могу позвонить Евгению, он сейчас дома, сможет тебя забрать. Он так переживал за тебя. — Да что ты, он переживал? Ого, неожиданно, — злость не сходила с лица Голубина. Как он посмел так обмануть его мать, так ещё и делать вид, будто он тут вообще не причём?! — Так, погоди, он дома? Надолго? — У него сегодня последний выходной, так что завтро он выйдет на работу. Что-то не так? — Нет, совсем нет, всё хорошо. Я сейчас уже буду выходить. Давай я тебе позже позвоню? — Хорошо, но всё же, кто тебя забирает? — Эмм. . . Мой, мой друг, точнее одногруппник, Слава Михайлов. — Ладно. Позвони, как будешь дома. Люблю тебя. — Оу, хорошо, пока, удачного дня. Повесив трубку, Глеб уже стоял на пороге больницы. Охранник пожелал удачи и продолжил смотреть советский сериал. Шапка лезла на лоб, из-за чего он раз за разом поправлял её. Простудиться не хотелось. Выйдя из здания, он увидел из далека русую макушку. Это был Слава, он не перепутает его ни с кем. *** «Блять, время уже 13:35, как я мог опаздать?» подумал Слава и ускорил темп. Он уже почти был у порога, и мог видеть Глеба. — Привет, ты как? , — с улыбкой поинтересовался Михайлов. Глебу казалось, что он сейчас упадёт, увидев улыбку младшего, ведь увидеть её — занятие не из простых. Чувство, будто сердце горит, а его тепло растопило весь снег вокруг. — Привет, всё хорошо, но всё до жути болит, — Глеб улыбнулся в ответ, от чего у него заболела левая часть скул. — Тебе помочь? Я могу понести рюкзак, мне не сложно, тем более, у тебя на плече огромный синяк. — А? Нет, не нужно, я сам. Всё хорошо) — Я не верю, давай помогу. Глеб всё-таки послушался и снял рюкзак с плеч, отдав его Славе, задев его руку. Она была такая тёплая и мягкая, что хотелось взять её в ладонь и не отпускать. Это удовольствие продлилось не долго, но хотелось, чтобы оно длилось вечно. — Я вызову такси, какой у тебя адрес? , — Михайлов вопросительно посмотрел на Глеба. — Слууушай, тут такое дело. У меня дома щас эта жирная мразь, а точнее отчим, и я как-то побаиваюсь быть с ним в квартире и. . . — И ты хочешь свалить куда-то? -Да, но вот только куда, я понятия не имею куда. — Нуу, моя мама уехала на 3 дня в Италию по работе, так что можешь у меня хоть всё это время быть, — «блять и зачем я это сказал? Ай, похуй, всё равно хотел с ним подружиться» — Мне нужно переконтоваться только сегодня и завтро до восьми вечера, а потом этот выродок уедет на месяц на заработки. — Хорошо, тогда я вызову такси до «Аллеи», надо купить корм коту и поесть что-то. — Люблю котов.