Недостойная

      Эрен не помнил точную дату, когда все началось, и его крыша отправилась в кругосветное путешествие, не пообещав даже вернуться. Но он помнил детали.       – Чем это ты пахнешь? – Эрен усмехнулся, порывисто вздохнув. Недавно пришедшая с вечеринки Николь, обыденно пахнущая всем самым вредным и дешевым из фудкорта, теперь пахла немного иначе.       Тонкий шлейф сигарет с ментолом разбавили нотки свежескошенной травы. В добавок ко всему от нее веяло старыми пыльными книгами и грецкими орехами. Все это ну никак не ассоциировалось с уличной Ник.       – Что? – Вебер также принюхалась. – А, это. Там было много человек. Одна течная омежка даже... представляешь?       Девушка усмехнулась, кажется, окунувшись в воспоминания.       – Ты ее подцепила? – этот факт отчего-то разочаровал Эрена. Обычно они с сестрой не спорили насчет пассий, так как предпочтения у каждого были разные. Но этот запах... Эрену казалось, что он въелся в подкорку. Хотелось вдыхать его еще и еще.       – Нет, – девушка махнула рукой куда-то в сторону, – не мой типаж. Кажется... её знакомые решили подшутить над беднягой и напоили. А тут внезапно... течка. Жуть.       Вдруг наваждение сменил гнев. Несвойственные в данной ситуации эмоции овладевали Йегером, и он не мог понять почему. Но инстинкты вообще никогда не спрашивают разрешения.       – И что с ней... стало?       – Я отвезла её на такси домой, – Николь потихоньку теряла интерес к разговору, листая ленту в соц.сети, – от греха подальше. А потом пошла тусить, но-о уже в клуб.       На этом разговор закончился. Николь забыла об этом уже через пару минут, но Эрен помнил о нем до сих пор.

***

      Уже неделю Эрен ходил, как не в себе, размышляя о судьбе хрупкой омеги. И его это, если честно, весьма напрягало.       Он ее даже в глаза не видел! Но воспоминания об этом крышесносном запахе не отпускали юношу. Эрен стал чаще засиживаться под дубом, лаская рукой мелкие травинки, примятые к земле, в тени они всегда были влажными. В библиотеке выбирал самую замызганную и потрепанную книжку и листал ее в течении получаса.       Когда на кухонной полке со сладостями стали появляться дробленные грецкие орехи, Эрен понял, что влип.

***

      – Ты помнишь ее адрес? – внезапно спросил Эрен у сестры поздно вечером, пока они оба курили у приоткрытой форточки. Он уже открыл было рот, чтобы уточнить вопрос, но Николь его перебила:       – Улица Бронкса, дом 15, квартира 9, – Эрен только и смог, что коротко выдохнуть, удивленно хлопая ресницами. Николь, к тому времени, сделав последнюю затяжку, бросила окурок в форточку, – не за что.

***

      Эрен блуждал около дома уже четверть часа, отчего-то ужасно беспокоясь. Ему было до жути неуютно от собственного состояния: обычно самоуверенный в себе юноша сейчас же мялся как какой-то нашкодивший школьник. Он альфа, в конце-то концов!       Собравшись-таки с духом, Эрен выступил из тени дерева и направился к дому. Он шел уверенным шагом, растянув губы в обыденной ухмылке, но весь его настрой улетучился, стоило почувствовать сладкие нотки в воздухе у квартиры под номером девять.       Острый слух альфы уловил легкую поступь девушки: она пританцовывала, кружилась в легком танце. А еще напевала скудную мелодию, изредка посмеиваясь над глупой шуткой, что услышала по радио. Эрен никогда не ощущал такого контраста: травяной запах смешался со шлейфом яблочного пирога, который она, похоже, готовила, в то время как сам Эрен пах дешевыми духами с тяжелым мускусным ароматом и пеплом, что осел на кончиках пальцев. Она двигалась, словно балерина на сцене, так воздушно, будто еще шаг - и она взлетит, в то время как сам Эрен всегда шагал широко, немного неуклюже, словно косолапый медведь. Она была такой.... другой.       И это сводило Эрена Йегера с ума.       Внезапно её голос прервался, как и не смешные шутки по радио. Все стихло. Эрен напрягся.       Запах этой омежки усилился, и юноша почувствовал, что его волосы на затылке буквально встают дыбом, а сердце отбивает чечетку. Он вдыхал глубоко, но ему все было мало... Еще, еще, еще, распахнуть эту чертову дверь и уткнуться в ворох густых волос, а после вдыхать-вдыхать-вдыхать всю оставшуюся жизнь.       Эрен настолько окунулся в свои ощущения, что не сразу заметил, как замок входной двери щелкнул. Понял, что потревожил хозяйку лишь тогда, когда она показалась на пороге.       – П-простите?       Эту омежку привел сюда инстинкт, не иначе. Карие глаза смотрели с трепетом и легким вожделением, алый румянец украшал бледное лицо. Губы брюнетки были чуть влажные, но она машинально облизывала их раз за разом, будто ощущала острую нехватку воды. Легкие кудри, обрамляющие лицо омежки, только добавляли шарма этой милой девушке.       – Я... – вся речь, что была уготована Эреном до этого, улетучилась из головы в один миг. Во внезапно опустевшей черепной коробке только и витал этот сводящий с ума сладкий аромат. Альфа чувствовал остаточные нотки недавно прошедшей течки. Клыки показались сами собой.       Не контролируя себя, Эрен шагнул вперед, чем слегка испугал девушку, но та не отступила. Они оказались ближе, чем нужно бы, но это устраивало обоих.       – Может тогда чаю? – вдруг спрашивает омега, не отрывая восторженного взгляда от изумрудных глаз, что потемнели от этого мягкого мелодичного голоса. – Я, кстати, Астрид.       – Само собой, – голову все также кружит от переизбытка чувств, но Йегер находит в себе силы усмехнуться, – Эрен.       В дальнейшем юноше предстояло пройти испытание терпением, ведь Астрид, пусть и омежка, но, прежде всего, девушка высоких моральных принципов...       И все же, ради Астрид Косстер Эрен готов был ждать целую вечность.