Curse of the night

*** Профессор покинул кабинет, оставив там ничего не понимающего Малфоя. Что он только что сказал? Что это вообще значит? Почему везде и всегда все, что связано с ним связано ещё и с Грейнджер? Это заклятье так повлияло на всех? Или что-то действительно поменялось? Что-то по отношению к ней со стороны Драко и что-то по отношению к нему со стороны Гермионы? Конечно судить лишь по словам их учителя нельзя. Он может сказать, что мать его угодно. Зачем? Зачем сейчас он думает над тем, что он чувствует к Гермионе чёртовой Грейнджер? Да, той ненависти, что была раньше уже нет, он остыл по отношению к ней. Чистокровные перестали быть кем-то, кто сильно выделяется из массы. Линия между ними стёрлась. Многих посадили в Азкабан после войны, а остальные пытаются реабилитироваться в глазах общества. Но как это может повлиять на его отношение к девушке, что он презирал столько лет? Было ли это презрение? Или он уверял в этом лишь себя? Все те запреты и правила, что были в его голове с детства настолько въелись в мозг, что поглотили весь здравый смысл имеющийся там. Насколько можно быть эгоистичным, чтобы видеть в человеке лишь то, что течет у него по венам? Да, он сам был таким. Сам презирал за чистоту крови, но виноваты ли они в этом? Виноваты в том, что родились не в той семье или не в тот день. Никто не идеален, а уж он точно. Как говорил отец парня, «Быть как все, значит прогибаться под их систему.» Он всегда отличался от остальных отцов. Если у других была хоть толика любви к своим сыновьям, то у Люциуса ее не было от слова совсем. Наверное поэтому новость о том, что папашу упекли в Азкабан за то, что он приближенным к Темному Лорду совсем не опечалила его. Возможно где-то в глубине души у Драко осталась та часть его души, что беспрекословно продолжает слушать отца и следовать его правилам всегда и постоянно, но она так глубоко, что увидеть ее дано не каждому. Лишь тем, кто видел его таким. Его прошлое ужасно, он знал об этом. Кровь стыла в жилах, когда он задумывался над тем, что было бы если бы он стал настоящим пожирателем смерти. Он бы убивал людей. Стал таким, как все. Стал бы как отец. Прогнулся под систему. Люциус противоречит своим же словам, в этом есть что-то ироничное, ведь он всегда утверждал, что Малфои правы и они сами по себе. Им никто не указ. Тогда почему, как только Темный Лорд восстал он перестал говорить об этом? Парень старался отгонять от себя все эти раздумья. Он здесь и сейчас. Он не такой, как его отец или кто-либо другой. В душе он совершенно другой, у него ужасный характер, но люди просто не знают его настоящего, а он боится показать его. Столько лет он был лишь образом. Тем, что хотел видеть в нем отец. Идеальный наследник для рода Малфоев, а без всего этого пафоса он просто никто. При таком раскладе оставаться мудаком было самой выгодной позицией для Драко, как бы сильно он ненавидел этого себя. Возможно тот самый Лже-Драко из кошмара это и есть он? Та его личность, которую терпеть не может, абсолютная его противоположность. Во сне он словно делился на две половины. Лже-Драко вовсе не Лже. Он и есть настоящий Малфой. *** С мыслями об этом, парень покинул кабинет. В коридоре было полно людей, все они куда-то спешили и сбивали с ног, это бесило его еще больше. Почему после уроков все такие активные и радостные? И Драко понял почему. Сегодня состоится матч Гриффиндора с Пуффендуем. Ставить матчи в начале года было не самым лучшим выбором, по мнению Малфоя. Нет достаточного времени для того, чтобы подготовиться и отработать тактику. Совершенно бессмысленно. Но для Гриффиндора и Пуффендуя как раз. Никто из этих команд не умеет нормально играть, они вечно набирают команду так, словно тыкают пальцами в первого попавшегося, садят на метлу и пускают в свободный полет. Но сейчас он бы отдал все, лишь бы направиться на матч, вместо того, чтобы идти на четвертый этаж, где Блейз и Пэнси наверняка уже заждались его. Он слишком глубоко ушел в свои мысли и начал думать о том, о чем не думал никогда. Это открыло ему взгляд на многие вещи совершенно с другого ракурса. Возможно это как-то поможет разобраться в чувствах, но сейчас это уходит на второй план. Заклятье. Заклятье, что лежит на нем и Грейнджер. От него надо избавиться как можно скорее. Сегодняшняя ночь будет одна из худших, ведь не спать два дня подряд Драко не намерен. Преодолев препятствие в виде учеников, что гурьбой выбегали на улицу, лишь бы занять самые лучшие места на трибунах перед началом игры, Драко поплелся к лестницам. Сегодня они словно были медленнее в несколько раз, нежели раньше. Он начинал закипать и нервничать. Столько информации, что он таил в себе так просто взять и рассказать им? Разве это правильное решение? Он не знал, он уже ничего не знал. Но изменить это нельзя. Он Малфой. А Малфои всегда сдерживают свое слово. Сейчас Драко должен пойти и сделать то, что пообещал. Все будет так, как будет. Дальше решать самому Мерлину или пресвятой Моргане. Лестница со стуком остановилась у платформы и Драко сошел с нее. Его шаги гулко отдавались от стен, пока он шагал в сторону того злосчастного коридора. Для него не было чем-то новым то, что именно здесь людей почти не бывает в такое время, особенно когда ученики разбежались, большая часть которых сейчас находится на матче, ожидая представления, но сейчас звук собственных шагов вводил его в конфуз. С каждым шагом желание развернуться и уйти разгоралось все больше и больше. Но как только он, засунув руки в карманы завернул за угол и увидел Блейза, что сидел на подоконнике и Пэнси, что стояла у стены напротив и смеялась с какой-то шутки Блейза. Увидев эту сцену, желание уйти испарилось, это же те самые дети, с которыми он играл в детстве, те самые дети, с которыми произошли все его радости и несчастья. Они всегда были с ним и знают его лучше, чем он сам. Конечно он может им довериться. — А вот и наш таинственный Ромео, — Усмехнулся Блейз, спрыгивая с подоконника. — Очень смешно, Блейз, — Иронично произнес Малфой, но все же улыбнулся. — Мы тут подумали и поняли, что действительно слишком много требуем от тебя, ты можешь не рассказывать, мы поймем, если ты так поступишь. Просто, Драко, ты всегда рассказывал нам обо всем и тут резко закрылся в себе, мы начали беспокоится, прости, — Проговорила Пэнси, устремив взгляд в окно, она тоже была слегка обижена на лучшего друга, но не подавала вида. — Нет, это вы простите. Я вел себя, как мудак все это время. Пора бы уже прекратить строить из себя то, чем не являюсь. Я расскажу вам обо всем, если вас это действительно тревожит, но предупреждаю, ничего хорошего вы не услышите. Блейз и Пэнси непонимающе посмотрели на него, они ожидали любого ответа, но не такого. — Прошу не перебивать, — Драко откашлялся и друзьям предстояло услышать все от начало до конца. Все то, что пережил Драко за все это время и все то, что не хотел говорить кому-либо, думая, что справится сам. — Так вот зачем тогда ты просил у Грейнджер эту книгу. — Шепотом произнесла Пэнси, в попытках переварить столь огромное количество информации, что только что залили ей в уши. — Но почему именно вы? И почему тебе снится именно Грейнджер? Это как-то связано с тем, что ты. Не важно. — Быстро окочурился Блейз. Он уже не первый день наблюдает за тем, как Драко косится на нее. Как тогда в Большом зале он наблюдал за Гермионой и хмурился, когда взгляд его падал на Уизли или Поттера, когда она смеялась над их шутками. — Блейз, — Предостерегающе произнес Малфой, сощурив глаза. — Ты влюбился, дурак. — Что ты только что сказал? Я? Влюбился? Неужто в Грейнджер? — Встрепетнув руками изумился он. — Все указывает на это, Драко, я разбираюсь в этом, уж поверь, — Выдала вердикт Пэнси, с улыбкой смотря на друга. Неважна кто она и какие у них отношения с Паркинсон, она рада, что Драко наконец-то нашел себе кого-то. — Вы сговорились? — Изогнув бровь спросил блондин, — Мне кажется или мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать то, что я влюблен в Гермиону мать его Грейнджер? — Потерев переносицу выдал он. Молодей, Драко. Только что ты сказал то, что перевернет твою жизнь с ног на голову. — Значит это так? — Улыбка на лице Блейза начала расползаться до ушей так, словно он был подобием чеширского кота. — Я сказал, что мы говорим не об этом! — Яростно вскрикнул он, давая понять, что тема закрыта. Он понял, что сказал ненужного. Он даже не планировал говорить об этом, слова сами слетели с языка, он будто не мог контролировать это. — Что было на том листе? Ты полностью изучил его? — Спросил Блейз, после того, как друг немного остыл. — Я не успел дочитать его до конца, но думаю там должны быть что-то, что поможет мне и Грейнджер. — Можешь дать мне его? — Попросил Блейз и Драко достал из кармана свернутый пергамент, протянув его другу. — Б.Ф., — Только и сказал Блейз, после нескольких минут анализа содержания сей рукописи. — Что? — Хором переспросили Драко и Пэнси.