Снежное чудо

      Проверяя свой телефон на входящие сообщения, Пак понимает, что медлить больше времени нет. Знакомое имя появляется перед глазами, а руки начинают дрожать. «Спокойно, это лишь смс, не более. Все будет нормально». Этими словами он всегда успокаивал себя, если было тревожно. Ведь, казалось бы, ничего такого — просто сообщение брату, с которым поссорился несколько лет назад.

Flashback

      Яркое солнце пришедшей не так давно весны, ослепляет и дарует силы не только растениям, но и людям. Тихо идя домой по широкой тропинке, обрамлённой ручейками и подтаявшими сугробами, тринадцатилетний мальчишка радуется тишине, которая стала такой редкой в его жизни. Отец начал часто пить, и это выливалось в скандалы и ссоры родителей. Иногда он слышит, как мама тихо плачет в ванной комнате, и от этого так грустно.       В их маленькой семье всегда было яркое счастье, которого хватало на всех. Солнечная мама и надежный папа, веселый и ответственный старший брат. Все бы ничего, но сначала брат уехал учиться по обмену в США, а после уже начал пить и папа. Все начиналось безобидно, но после смерти дедушки довольно быстро участилось. Порой, в пьяном припадке он мог разбить несколько вещей, накричать на всех вокруг и уснуть где угодно. Иногда он и вовсе не появлялся, а мама, приходившая вечером с работы, безжизненно смотрела в никуда, садилась на кровать и, не раздеваясь, долго обнимала Чимина. В том возрасте он очень хорошо понимал маму, но совершенно не мог определить, что с папой. Голодный и грязный после гуляний на улице, тихо сопел ей в шею и обнимал ее в ответ, сам не понимая, какую безмолвную поддержку излучал. Они были опорой друг для друга, единственными близкими, рядом.       Папа не был плохим человеком, иначе бы семьи и вовсе не было. Единственное, в чем парень безоговорочно уверен и о чем родители всегда говорили — они с братом были плодами любви двух людей. Бабушка, кстати, говорила также. После двух дней такого поведения отца мама чаще всего просила присмотреть за Чимином папиных родителей: бабушку Ару и дедушку Хёну. У них, к слову, с мамой были довольно напряженные отношения, как стало понятно потом. После того как Чимин приходил со школы и делал уроки, они часто водили мальчишку в театры, кино и зоопарки, пытаясь отвлечь от ситуации в семье, однако, Чимин часто слышал горькие для уха комментарии от бабушки, что его мама сама до этого довела отца, что она стерва, и наверняка были причины такого поведения папы. Дедушка же молчаливо соглашался. Стоило маме прийти в выходные погулять и поболтать с сыном, то в ее адрес летели фразы, мол: «Совсем забыла о ребенке?» «Могла бы и поторопиться.» «Ты ему ничего не купила? Не стыда, ни совести!».       Но по сбившемуся дыханию, растрепанным волосам и нежной улыбке было понятно, что мама всегда торопилась, как могла, и мальчик ее тоже очень ждал. Обычно после ее прихода парень быстро одевался и под аккомпанемент ворчания бабушки Ары они быстро уматывали в какое-нибудь кафе. По дороге долго болтали и смеялись и, несмотря на все невзгоды, мама всегда солнечно улыбалась, говоря очень ласково и тихо. Она всегда покупала сынишке мороженое и всякую вкусную, но вредную еду, поправляла шарф, если спадал во время бега, и крепко обнимала на прощание.       Так прошло недели три. Чимин подружился с ребятами в их дворе, в школе был, как всегда, общительным и активным. Ничего необычного, он даже успел заскучать, как ему звонит мама и спрашивает, хочет ли он поехать с ней домой сразу после школы, на что мальчик с радостью соглашается. В приподнятом настроении, спустя время, он выходит из школы, и каково же его удивление, когда он видит явно радостную маму, махающую рукой из желтой машины, за рулем которой был какой-то непонятный дяденька. Осторожно обходя лужи, Чимин садится в машину, они едут в неизвестном направлении. Мама весело о чем-то щебечет и расспрашивает о его делах, а в мыслях парнишки удивление парадоксальное.       — А куда мы едем? — между делом интересуется Чимин.       — В наш новый дом, — легко и воодушевленно отвечает мисс Пак.       Приехав на место, где запах сирени и тюльпанов смешивался, Чимин с матерью спокойно зашли в квартиру. Взрослый мужчина зашел тоже. Поставив чайник, мама наконец сказала:       — Что ж, милый, время тебе все объяснить.       Заварив всем троим чай, села перед мальчиком за столом, а мужчина — чуть правее.       — Чимин, ты же помнишь в каком состоянии папа? — с некоторой тревогой спросила она.       — Угу, — кивнул в ответ, он не мог не помнить. Все крики и пьянки он не только помнил, но и ярко порой вспоминал. Но к чему все это?       — Так вот… Я решила, что мы с твоим папой не сможем больше жить вместе, - теребя край свитера, произнесла. — Твой папа стал совсем другим человеком       Чимин ещё больше загрустил, еле сдерживая грусть внутри. Нос слегка защипало, а глаза начали слезиться, но мальчик лишь опустил голову.       — Прости меня за это, но я обещаю, что выиграю суд и мы с тобой будем вместе, всегда-всегда! — дрожащим шёпотом произнесла, печальными глазами ожидая реакции.       — А братика, а братика мы с собой возьмем? — единственное, что удалось из себя выдавить.       Подавленный Чимин столкнулся с новыми реалиями в своей жизни. Тысяча и один вопрос роились в его голове, словно пчелы: братик, папа, мама, будущее, развод. Что будет дальше, знал тогда, наверное, только Бог.       Мама резко встрепенулась на стуле и подалась к нему. Сев перед ним на колени и взяв его ладошки своими руками, она пролепетала:       — Конечно возьмем! Обязательно! И будем все вместе счастливы, — вдох, выдох, будто на одном дыхании с надеждой спрашивает. — Чимин, простишь меня?       Мальчик недолго думает, роняя слезы, он обнимает маму так крепко за шею, как только может. Рыдая на ее руках, что-то лепечет, что никогда не смог бы променять, хоть и любит папу. Она качает и успокаивает на своих руках, они вместе умываются в ванной и идут пить уже теплый чай.       Мама сажает Чимина на руки и извиняется за то, что пришлось все это видеть перед незнакомцем, он говорит, что все в порядке, и теперь школьнику удается лучше его рассмотреть. От мужчины веет уютом и теплом летнего дня. Причем таким робким, что боится пробиться на свет и пустить корни. Для Чимина все это было подозрительно и непонятно, пока они с мамой не договорили и дяденька не обратился к нему напрямую:       — Чимин, я рад с тобой познакомиться. Тебе, наверное, страшно, но не стоит бояться. Я не кусаюсь, — слегка улыбнулся. — Зови меня Минхеком и относись как к дяде. Хочу с тобой подружиться, — протянул руку.       Паренек не оценивал это никак. Вроде не злой, руку вон тянет, дружить хочет. Интересно, мама правда любит его больше папы? Подружиться? Ну, если только ради мамы… Сжав чужую взрослую руку, мальчик ощутил только легкое давление, кажется, дядя и правда старается. Чимин слегка улыбнулся на эти мысли, а мама облегченно выдохнула рядом.       Все шло своим чередом. На следующий день мисс Пак привезла вещи сына в их новое жилище, слегка вымотанная, как потом оказалось, руганью со свекровью насчет возращения внука назад. Она что-то подозревала, но еще не догадывалась, да и вообще старалась поругаться с невесткой, на что та всегда молчала.       Через неделю Минхек предложил устроить пикник в парке и даже купил Чимину новый самокат, чтобы тому было еще веселее. Мальчик был ему очень признателен. Проходило время и парень начинал понимать, что Минхек по своей натуре был довольно робким человеком и чаще всего делал все хорошее молча. А еще школьник заметил, что он уже успел пустить корни в мамином сердце. Было видно, что эти двое любят друг друга, и Чимин был рад.       Как-то на его парте в День Святого Валентина появляется коробка конфет, явно сделанная своими руками. Она в черно-белую полоску, с черным бантом и именной биркой. Осмотревшись и никого не увидев в округе, Чимин подумал, что какая-то стеснительная девочка оставила это. Так мило. В их возрасте девочки либо никому не дарят шоколад, либо старшеклассникам. Интересно, кто бы это мог быть? Решив сегодня не идти в столовую, а перекусить конфетами в классе, мальчик открывает упаковку. Откусывая половину конфеты и пробуя, школьник подмечает, что они очень вкусные. В них ярко прослеживался вкус банана и черного шоколада. Такое сочетание действительно было изумительно. Наверное, это было видно по лицу мальчишки, ведь неожиданно к нему подсел тихий одноклассник, с которым они почти не общались, он сидел через парту от Чимина. Смотря друг на друга какое-то время, Чимин не выдержал первым:       — Привет, — робко улыбнулся. — Хочешь конфетку? — дружелюбно спросил.       — Да, — как-то неуверенно ответил мальчик. — Я бы очень хотел… — под конец сказанного предложения совсем затих и неловко протянул руку.       — Конечно! Вот, держи, — солнечно улыбнулся Чимин и, касаясь кончиками пальцев ладони мальчика, передал конфету. — Попробуй, они очень вкусные.       — Угу, — со всей мальчишеской уверенностью кивнул одноклассник, но тут же смутился.       Он очень старался не показывать, как вздрогнула его рука, когда Чимин ее коснулся. Съев кусочек, он улыбнулся и его лицо посветлело. Он и не думал, что вышло так вкусно!       — Нравится? — смотря на одноклассника, спрашивает школьник. — Я же говорю, что вкусно и, кстати, — выдерживает паузу. — Как тебя зовут?       — Я? Я Ю-юнги, Мин Юнги, — слегка запинается. — Пятнадцать лет через месяц, — не зная, что сказать, ляпнул парень.       — Ого-о-о, — удивился Чимин. — Ты такой взрослый, почти на год старше меня! — восклицая, констатирует факт младший.       — Да, это так, — доедая конфету, произносит старший.       — Ты такой тихий и немногословный… — грустно произносит Чимин. — Почему?       Юнги долго смотрит в окно и ощущает на себе эту пару любопытных глаз. Ну вот и что ему сказать? Правду? Ну, скрывать по факту и нечего.       — Я не люблю общаться с людьми, — спокойно отвечает.       — Тогда почему же… — шестерёнки в голове Чимина начинают неторопливо двигаться. «Ты не такой как все» — думает Юнги, но произносит, конечно же другое.       — Ты меня не раздражаешь, — с легким смешком и доброй иронией говорит парень, смотря на собеседника.       — Хех, есть чем гордиться, — посмеивается Чимин. — Хоть что-то не раздражает деда, — насмешливо бурчит себе под нос.       — Что ты там сказал? — притворно наезжает и поднимает одну бровь, медленно подходя и вытягивая руки как бы в атаке, чтобы защекотать противника.       — Все, все! Молчу, молчу! — смеясь выдает парень, после первой же атаки.       — Ладно, пойду. Урок начинается, — говорит Юнги, утягивая за собой одну из двух конфет, оставшихся на столе, параллельно поправляя капюшон черной худи, в которой он всегда ходит.