Ты что, совсем умом тронулся, придурок?

Мин сидел в ванной ещё пару минут, пока жар не перестал бить по вискам, после решив что ему нужно найти Джина и дать ему пиздюлей. -ДЖИН, СКОТИНА СУТУЛАЯ, А НУ ИДИ СЮДА- находя старшего в комнате лежащим с чипсами, набросился на него и начал избивать подушкой, в шутку естественно, при другом раскладе люлей получит Мин. Он не то чтобы был не рад тому, что наконец поговорит с Хосоком, чтобы выяснить какого хера между ними происходит, но хотел признаться сам и не так быстро. Сейчас же ему наступит пиздец, ибо Чон не отлипнет от него не под каким предлогом, говоря что-то вроде «моя киса меня любит» и будет прижимать к себе чуть ли не до хруста костей, чтобы не сбежал никуда. -БЛЯЯЯЯЯТЬ, ЮНГИИИИИ- пытаясь остановить брата, ржал старший, роняя пачку, наверняка придется убирать, ну или «всасывать в себя прямо с кровати». Ор стоял на весь дом, соседи было начали стучать в двери, но парни запыхались и обессиленно упали на кровать, раскидывая руки, тяжело дыша. -Ты сука, Ким Сокджин, запомни это. -Да ладно тебе, мелкий, теперь все лучше чем если бы ты тянул ещё десять лет и Чон в конце концов нашел бы кого-то другого- усмехается, констатируя факт. Услышав звук открывающейся двери, Мин подскочил так, будто его током под 220 шибануло, и рванул в другую комнату, чтобы спрятаться там от этого злощастного Чон Хосока. Но его реакция оказалась быстрее, он бросил пакеты с продуктами и приблизившись одним шагом, успел поставить ногу в почти закрывшуюся дверь, слыша с той стороны разочарование в виде вздоха и удара головой, видимо, об стену. -Ты там самоликвидироваться решил просто потому, что я хочу поговорить с тобой? Так не пойдет, кис, ну-ка- с силой он распахнул дверь, напоследок бросив- Джин, не мог бы ты на время включить на полную громкость что-то в наушниках? У меня есть планы, на этот тощий зад- в ответ слыша «Я поставлю свечку на задницу своего брата!», победно улыбаясь и закрывая за собой дверь, ищя взглядом Мина, который конкретно охуевал от заявления старшего. -Ты чего спрятался то? Бояться меня начал? — найдя его в углу дивана, медленно начал подходить, повисая сверху, ставя руки по бокам от его головы. -Нет, иди нахуй, Чон- с серьезностью в тоне, ладонями пытался его отодвинуть, но тот и сам отошёл. -Это было грубо с твоей стороны- садясь в другой угол дивана, скрещивая руки на груди- я же просто шутил- в той же манере отвечал. -А…- открыл рот младший, чтобы извиниться, но тот снова начал, тяжело вздыхая, прикрыв глаза и массируя переносицу. -Знаешь, в таком случае, я лучше пойду, просто скажи, когда захочешь поговорить- даже не кинув взгляд в сторону Мина, поднялся. Ему и правда было обидно от слов парня, раньше он говорил это в шутку, потому старший и не воспринимал это всерьез. -Сядь обратно- приказал младший, явно не собиравшийся выпускать того из комнаты. -Схуяли? — он пытался, сделать вид что злится на парня, у него, судя по реакции, хорошо получилось, Юнги весь сжался, будто и не было той смелости секунду назад, метнул «гневный» взгляд, окончательно встал, собираясь уходить. «Чертов Чон Хосок, сам напросился, пиздец тебе», также быстро встав, Мин дёрнул его на себя, усаживаясь сверху, также грозно смотря- копирует. «Как же быстро меняются его эмоции, прелесть» -Еще одна попытка отсюда съебаться и живым тебя не найдут- грозил Мин, тыча своим указательным в грудь снова отвернувшегося от него Чона. «Вот так да? Ладно». Он схватил его за щеки, поворачивая лицом к себе, но тот даже так не смотрел в глаза. -Посмотри на меня- никакой реакции. -Пожалуйста- ничего. -Я люблю тебя- это можно было бы посчитать волшебным заклинанием, потому что Чон сразу посмотрел на него, в его глазах черти плясали, выдавая радость, но сам он всё ещё был хмурым. -Хочешь знать почему я не соглашаюсь быть твоим парнем? — младший придвинулся чуть ближе, заводя руки за чужую макушку, обнимая. Как только он почувствовал тепло на спине в ответ, тихо продолжил. -Ты ведь знаешь про свою репутацию в институте? Ты в буквальном смысле обтрахал половину, при этом бегая за каждым, кто тебе нравится, даже если тратил на это несколько месяцев, в любом случае добивался своего, а потом бросал. Думаешь я мог бы стать исключением? Вот и я так не думаю, моя реакция на всю твою заботу вполне логична, не считаешь? Меня много раз бросали, даже избивали иногда, поэтому я почти никого к себе не подпускаю и не доверяю. Теперь понимаешь? — он отдалился от него, чтобы заглянуть в глаза, надеясь на ответ, перебирал и накручивал на пальцы черные волосы. -Ты все ещё думаешь, что я собираюсь бросить тебя? Исходя из всего что ты сказал мне- да, то нам больше не о чем говорить, прости- он поднял младшего, сажая рядом, только теперь уходя. Он больше не будет пытаться, парень уверен- младший все равно не изменит своего мнения, и Чон прекрасно это понимает, сам ведь виноват, к чему теперь все это?

***

«Мне что теперь каждый раз его останавливать надо теперь? Я же предупреждал о попытках уйти». «Если этот черт сейчас уйдет, то наверняка не вернётся». «Да хуй я его выпущу блять». «Действительно думает что я не смог довериться ему?». «Я уже несколько раз продумал план твоего убийства за последние несколько месяцев если ты меня бросишь, а ты, чертов Чон Хосок, просто уходишь?» К тому времени, как младший рассуждал в голове, Хосок уже переоделся и начал обуваться, как на него накинулись, обнимая всем телом, останавливая, глупый способ, зато действенный. -Отпусти- расстроено говорил старший, взявшись за чужие ребра, давя большими пальцами в попытках отодвинуть, но к нему прижались ещё сильнее. -Нееет. Мое- он практически поставил Чона перед фактом, тем самым озвучивая что теперь он ну никуда не смахается. Хосок снова засиял, «Мой котик» -А если я против? — улыбается во все тридцать два старший. -Не пизди, старый- бубнел Мин, весящий как коала. -Нарываешься? — ухмыляется, сжимая ягодицы Юнги, слыша в ответ довольное мычание. -А ты руки не распускай, пока не получил, я ещё не давал согласия. И вообще это не я собирался исчезнуть спустя пол года попыток, понял? -Как скажешь, но если хочешь знать, я люблю черные хвостики и колготки в сеточку, ну вдруг ты захочешь меня порадовать- он дошел до кухни, усадив того на стол, приближаясь к уху- и я уже представлял как трахну тебя в этом- шепчет, облизывая мочку, заставляя Мина краснеть. -Хосок, извращенец блять- уткнулся лбом в чужое плечо, посмеиваясь. Его двумя пальцами приподняли за подбородок, смотря в глаза. -Правда любишь меня? — щурясь, не веря тому, что ранее сказал Мин, спрашивает, приближаясь. Тот упорно отказывался смотреть на старшего, бегая глазами по чему угодно, по картине на стене и узорам на обоях, но только не по тому месту где стоит Чон. -Смотри на меня- прошёлся языком по чужим губам, проникая внутрь, гуляя руками под большой футболкой, задевая соски, надавливает на них, вырывая из уст сдавленный полустон. -УХ ТЫ Ж БЛЯТЬ- У Джина, вышедшего из-за угла со стаканом, вода из носа полилась, заставляя сильно кашлять и сгибаться в три прогиба, дабы начать дышать. Парни отстранились друг от друга, принимая форму струны, думая что это их спасет. -Вы, суки, откуда тут взялись?! Я думал что вы в комнате трахаетесь уже! В этом доме даже пожрать спокойно нельзя! А ну укатились оба отсюда. Господи, за что мне это, смотреть как собственный брат прогибается под своим мужиком, ужас- проходя мимо, продолжал проклинать все и вся, «как старик, честное слово». Они смеясь, ликвидировались подальше от глаз брата. Мин улегся на диван, как почувствовал помимо своего, вес ещё одного тела, руки которого оглаживали его эрогенную зону- сгиб колена, заставляя ерзать. -У тебя что, член горит меня трахнуть? — хмуря брови, все же смотрит в глаза, рефлекторно раздвигая ноги под напором чужих пальцев на его бедрах. -А ты я смотрю, не особо против, да, котик? — в ответ цоканье и взятые в плен губы Чона. Поцелуй получился тягучим и спокойным, оба вкладывали в это все свои чувства, от бывшей недосказанности до признания. Мин лениво посасывал каждую губу старшего, медленно начиная вводить язык. Он аккуратно поднимался, чтобы оказаться над Чоном, продолжая изучать рот парня, изредка кусая. Младший отстранился первым, дабы отдышаться, встал, направляясь к двери. -Ты куда? -Сюрприз хочу тебе сделать, жди. Мин игриво улыбнулся, удаляясь в ванную, где из ящика достал то, о чем ему говорил Хосок: «Я люблю черные хвостики и колготки в сеточку». Юнги является бисексуалом, и в сексе практиковал многое, начиная с игрушек разных размеров и форм, заканчивая БДСМ практиками. У него были даже так называемые папики, и каждый со своими кинками и фетишами, вот Мин и покупал на их деньги всякие безделушки, став постоянным покупателем в секс-шопе, смешно, но ему даже карту вип клиента дали. В том самом ящичке находились анальные пробки с различными хвостами и без, портупеи, чулки и колготки, кляпы и даже наручники. Казалось бы, что может прятать у себя дома первокурсник института? Дохуя оказывается, не у каждого опытного такое есть, а у Юнги коллекция, чем вполне можно и повыебываться. Парень потратил около двадцати минут на подготовку, цепляя на себя черную юбку, под которой пряталась пробка с хвостиком и колготки в крупную сетку, закрывая все это большой черной футболкой Хосока, которая теперь по видимому принадлежала ему. На его шее красовался фиолетовый ошейник, пока что без поводка, «потом как-нибудь». Покрутившись перед зеркалом ещё пару минут, специально, чтобы старший ждал и соответственно хотел ещё больше увидеть его, он прошмыгнул обратно в комнату, аккуратно запирая дверь. Старший, увидев Мина полностью таким, каким он мечтал все полгода, встал и подошёл чертовски близко, фиксируя чужие руки над головой, облизываясь. -Не надейся что я буду добрым, ты заставил меня ждать столько времени- прямо сейчас, Мин открыл для себя новую сторону Чона: «он любит доминировать, а я значит, в роли аля послушный малыш, ладно, извращенец, так уж и быть, но это ненадолго. А ещё не любит ждать, как мило, ахах».        И почему то именно в этот момент «девственница» внутри Хосока испарилась, подобно дыму сигарет, его движения руками стали более резкими и уверенными, отдаваясь нотками страха и возбуждения внизу живота. Чон очень доверчивый и тянется ко всем, кто даёт ему хоть каплю внимания, пытаясь спастись от одиночества и пропасти внутри, его бабушка учила улыбаться даже если смотрят с ненавистью, «это оттолкнет их от тебя, такие люди не любят сильных, а ты у меня сильный мальчик, тебе уже десять!» — она восхищалась своим внуком, отдавала ему все. Но умерла от рака спустя пять лет, оставляя ребенка в огромной мраморной и пустой комнате, с высокими потолками, как в бальных залах дворцов, где обычно по легендам водились призраки, где холодно и больно, так и мир Хосока рухнул в этот мрак, оставляя в темноте. Родители же вечно в разъездах, даже не звонят, оставляли какое-то время с няней, а потом и вовсе одного на несколько недель или хуже месяцев, отправляя деньги. В Юнги он влюбился вообще неожиданно для себя, пытался отогнать эти мысли, но в итоге сдался, уже проявляя знаки внимания и заботы, а не пошлые и глупые подкаты, от которых только и плакать. С остальными он также? Нет, только с Юнги он так общался, как он говорил себе обычно: «есть в нем что-то, чего нет в других, он даёт мне надежду и не пройдет секунды он тут же забирает, оставляя только приятное тепло», да ладно там тепло, Хосок весь горел от смущения, когда младший отворачивался, только вот парню это знать не обязательно.        Мин посчитал своим долгом подразнить старшего и почувствовав что хватка ослабла, прошмыгнул под его руками, усаживаясь на самый конец большого черного дивана, тем самым увернувшись от нагло блуждающих горячих рук под его футболкой, которые оглаживали выступающие ребра и соски, и от губ целующих каждую родинку на шее. Благо комната была довольно просторной, но темной, все как любит младший, и бегать как ребенок, под тусклой фиолетовой подсветкой не составляло труда. -И чего ты от меня бегаешь, я не понимаю, поймаю ведь и пиздец тебе, кошка- Чон пару раз пытался его поймать под дикий ржач младшего, «весело ему, сучка, я со стояком тут бегаю, а он веселиться», пусть ему и самому было не в тягость поиграть по правилам студента, вскоре остановился и сделал голос как можно ниже и серьезнее, складывая руки на груди, смотря на темный силуэт. -Нахал! — возмутился, «Вот гнида, а раньше я котиком был, вообще охуел», наконец успокоившись, его эмоции сменились больше на негодование, «с чего бы это», чем на злость и обиду. -Эй, за что? Это я ещё и нахал.

-Знаешь, это обидно.

Один шаг, опустил руки, готовясь, как пантера, схватить свою «добычу».

-Нельзя так, зайка, говорил же что любишь меня, ай-ай-ай

Второй шаг, Чон улыбается, смотря за младшим, который то ли был в ступоре, то ли просто ждал, но не двигался, пока на него надвигались не быстрыми шагами в угловую часть дивана, откуда он уж точно не убежит. Старший одним большим шагом приблизился к тому и схватил его обеими руками и обнял, прислоняясь носом к шее, которая пахла ну уж очень вкусно какими-то ягодами и немного домом. Но тот не вырывался и даже будто замурлыкал, после языком оставляя мокрую дорожку от ключицы до уха, поцеловав мочку, перебирал пряди длинными пальцами на затылке старшего. -Думаешь тебя это спасет? Трюки, которые ты использовал в универе уже не действуют— Чон усмехнулся попыткам смягчить его, но к сожалению или счастью «попку этого гаденыша уже ничего не спасет». Старший отодвинул и поставил его в коленно-локтевую одним рывком, вырывая с чужих губ короткий вскрик от неожиданности. Снизу послышалось недовольное цоканье, но Мин выгнулся в спине, выпячивая зад, из-за чего футболка сползла вниз, цепляя с собой юбку, оголив белоснежные ягодицы, положил голову на кожаное покрытие. Чон мазал губами по изгибам спины и шеи младшего, надавливал пальцами на чувствительные зоны, заставляя закусывать губы, попутно сам скидывал на пол ненужную ткань, чтобы ничего не мешало «проучить» младшего. Мин смирно молчал и ждал, что странно, обычно он бы ерзал и просил уже наконец вставить, как это было в клубах и на встречах с «богатыми идиотами». -Смазку сам искать буду или скажешь?- Хосок полностью освободился от одежды, демонстрируя хорошее телосложение, а особенно фетиш младшего, от которого так и хочется заскулить- руки покрытые венами, длинные пальцы в кольцах во всей красе, мысленно давая себе пощечину, «ну вот нахуя я себя растягивал, сука» -Давай без нее, слишком далеко. -Как скажешь, милашка. Чон пальцами отодвинул ткань, ладонью ведя по колготкам, изредка оттягивая и отпуская с характерным ударом об кожу. Он то и дело изучал формы младшего, дразнил, невесомо касаясь головки чужого члена, задевая пробку, вызывая недовольное мычание, но не начинал, «потерпишь, зайка, месть- блюдо, которое подают холодным». -Хосок, если ты прямо сейчас меня не трахнешь, мы поменяемся ролями- бубнел нижний, кусая и до того распухшие красные губы, изредка виляя бедрами. -Думаю роль наездника тебе пойдет, попробуем в следующий раз, а сейчас, раз ты так просишь…- Чон надавил на скреплённые им запястья младшего одной рукой, другой разрывая колготки с треском, чувствуя недовольство младшего на его поступок, «да куплю я тебе новые, и да, я вкурсе сколько это стоит». -И тебе лучше быть потише, неловко будет если твой брат будет завидовать тому, что Джун так не умеет- старший посмеивался низким и бархатным голосом, двигая игрушку внутри, вытащил под тихие стоны внизу, убирая в сторону. Чон не церемонясь и не теряя драгоценного времени вошёл во всю длину, начиная двигаться, набирал темп. Мин даже на секунду не задумывался о «бедном» брате, который наверняка не в наушниках как его просили, рвано дышал и скулил от размашистых и быстрых движений старшего, стараясь не кончить слишком быстро, поджимал пальцы ног и царапал короткими ноготками тыльную сторону руки Чона. -Ауч, котик, аккуратнее, мне больно- усмехается, шутливо обижаясь, немного сбавляя темп, давая отдохнуть. -Хочу быть сверху- озвучивает желание младший, частично восстановив дыхание. Чон, зачесывающий прилипшие ко лбу волосы хищно улыбается, «Все таки хочешь, ладно». -Ну давай- он облокачивается на спинку, раскидывая руки по-хозяйски в стороны. Мин кусает щеки изнутри и зажмуривает глаза. Старший сжимает ягодицы младшего, надавливая , насаживает резким толчком, слыша вскрик, и увидев слезинку тут же сцеловывает солёный кристаллик с чужой щеки . В такой позе член попадает по комку нервов, массируя, чем вызывает ещё более сильное удовольствие, вынуждая выгибаться и стонать старшему на ухо, обжигая сбитым дыханием. -Х…Хосок, я… -М? Старший специально начал двигаться быстрее, чтобы у того не было возможности сказать. Оба уже на пределе, покрыты засосами и укусами, которые врятли получится скрыть даже под водолазкой с высоким воротом. Мин спустя каких-то несколько секунд изливается на торс Чону, обессилено наваливаясь на него всем телом. -Ммм- мычит где-то в районе шеи, трется носом. старший делает завершающие толчки и выходит с характерным хлюпаньем, наблюдая за вытекающей смазкой. -Не засыпай, надо же в душ сходить- обнимает, прижимая ближе. -Да ты шутишь, мы так долго трахались, и ты хочешь чтобы я ещё что-то делал? Ну уж нет. -Не утрируй. -Ну конечно, не твоя же задница потом болеть будет- не прекращал бубнить младший. -Значит вместе пойдем- поднялся с места вместе с висящим на нем Юнги, направляясь в ванную. Старший помог освободиться от грязной одежды, закидывая ее стираться, занося того в душ вместе с собой. -Надеюсь твой брат нас не убьет, мне его жаль, он же вроде со своим расстался- говорил чуть громче из-за шума воды, натирая гелем младшего, осматривал все «повреждения» с гордостью в голове произнося: «Моих рук дело. И ты мой». -Непонял- оборачивается- ты что, подслушивал, охуевший? -Только не начинай. --То есть…-его грубо затыкают поцелуем, с привкусом горького геля для душа, с напором проталкивая язык и кусая. Мин даже не сопротивляется, отдаваясь ощущениям. -Цыц, котик- в ответ на него фыркают и отворачиваются обратно, позволяя помочь.

***

Через минут двадцать, когда Хосок все убрал за ними, дабы не навлечь недовольство своего, как он говорил, будущего родственника, он присоединился к младшему, который тут же закинул на него ноги и свернулся клубочком, дыша в грудь. -Мы же теперь пара?- вопрос глупый, но он ведь не соглашался ещё. -Да, я хочу спать, отстань, зай- Чон готов поклясться что сейчас его сердце сделало сальто, а сам он от счастья до потолка готов прыгать от этого милого прозвища, особенно сказанное из уст Мина, ещё и в его сторону. Весь день они спали, обнимая друг друга, как в тех романтических фильмах, которые смотрели вместе недавно.