Тебе, кстати, не идет без меня

      Студенты Хогвартса даже не успели заметить, как после шумного Хэллоуина, осень сменилась зимой, которая с каждым днем приближала такие желанные Рождественские каникулы на радость не только ученикам, но и профессорам.       За несколько дней до отправки домой в общей суматохе Сириус и Марлин, а следом за ними и Джеймс сообщили о своем решение сдать ЖАБА в этом году. Некоторые профессора отнеслись скептически к этому заявлению студентов, но необходимую литературу для подготовки все же выдали. — Лицо Макгонагалл стоило видеть, — усмехнулся Блэк, на следующие утро за завтраком рассказывая о реакции профессоров. — Кажется Мини до сих пор думает, что мы так пошутили над ней. — А может не стоит так торопится? — неуверенно спросил Питер, оторвавшись от еды и посмотрев на своих друзей. — Увы Хвостик, но еще один год обучения уже не входит в наши планы, — улыбнувшись, покачала головой Марлин. Ремус хмыкнул на заявление друзей и продолжил что-то читать, когда в зал влетели совы, доставляя студентам письма от родственников.       Сириус не обратил на это внимания, принявшись о чем-то шептать на ухо своей девушки, от чего та тихо посмеивалась, спрятав лицо в руках. Неожиданно перед старшим Блэком опустил красивый, величественный черный филин, который заставил гриффиндорца шокировано переглянутся с младшими сестрой и братом, которые также узнали филина и испуганно смотрели на стол красно-золотого факультета. Бродяга отвязал письмо, и птица сразу же улетела, не дожидаясь ответа. Юноша нахмурился, распечатывая письмо от человека, который пару лет не общался ни с кем из семьи. «Дорогой внук, Я осведомлен о ситуации в семье и твоих отношениях с магглорожденной девушкой. Памятуя просьбу лорда Поттера и понимая твое состояние, я дал тебе время и не тревожил. В связи с гибелью моего племянника, твоего дяди Альфреда, я считаю, что данного мной времени было достаточно. Настоятельно прошу исполнить мою просьбу и немедленно приехать ко мне во Францию, не дожидаясь наступления каникул. Необходимые письма для Дамблдора и твоего декана уже отправлены. Твоя невеста должна приехать вместе с тобой, я желаю с ней познакомится.

Твой дед и лорд древнейшего рода Блэк,

Арктурус Кастор Блэк.»

— Говорит, что это просьба, но по факту приказ, как же это на него похоже, — пробормотал Сириус, поднимаясь из-за стола и направляясь к профессорам за разрешением на отъезд, перед этим отдав письмо Марлин.       Порт-ключ, который вместе с письмом отправил дед, должен был активироваться вечером не задолго до ужина. К этому времени почти все вещи уже были собраны, а Доркас взяла на себя смелость дать подруги последние наставления перед отъездом. — Знаешь в другом случае я бы также посоветовала тебе оставить и разговоры на Сириуса, так надежнее, — вздохнула слизеринка, подавая подруги последнее платье. — Но только не в этот раз. Лорд Арктурус слишком непредсказуемый человек, к тому же он не любит притворство, поэтому просто будь собой и не забывай, что Сириус все еще остается наследником рода, а ты его девушка. В нашем мире это очень много значит.       Маккиннон тоже тяжело вздохнула, надевая свое пальто. Она была одета в свободную блузку и темные свободные штаны, размышляя над тем, стоит ли переодеваться в платье. Она подняла чемодан в воздух и, попрощавшись с подругой, спустилась вниз, где ее уже ждал Сириус, который настороженно беседовал о чем-то с мрачным Джеймсом. — Готова? — спросил Блэк, обратив внимание на спустившуюся блондинку.       Девушка кивнула, и мародер тут же вызвал двух домовиков, приказав перенести вещи его спутницы. Джеймс еще что-то прошептал лучшему другу, и пара гриффиндорцев покинула гостиную, отправляясь к воротам Хогвартса, где Сириус обнял девушку за талию и активировал порт-ключ.       Молодая пара оказалась на небольшом холме, тропинка от которого тянулась глубоко в лес, а с самого холма открывался красивый вид на небольшую деревушку внизу. — Очень уютно, — заметила Маккиннон, взяв своего парня под руку и вместе с ним направляясь по тропинки. — Когда мы гостили у дедушки с бабушкой будучи детьми, то всегда убегали на этот холм, чтобы сбежать от надоедливого внимания взрослых или со скучных балов, — улыбнулся воспоминаниям Сириус.       В то время маленьким детям казалось, что их никогда и ничто не сможет разлучить и они всегда будут рядом друг с другом, но судьба как всегда решила все иначе никого не спросив.       Двое гриффиндорцев неспеша шли по лесной тропинки. Блэк рассказывал какие-то детские воспоминания, связанные с этим местом. Впереди уже показался большой величественный замок, как Сириус дернул девушку на себя, скрывая их обоих в тени ветвистых деревьев. — Что такое? — обеспокоенно спросила блондинка, неожидавшая такой резкой перемены настроения. — То, что я сейчас сделаю может показаться полным абсурдом и я знаю, что мы очень молоды, — вздохнул Бродяга, кинув взгляд на французскую резиденцию своего рода. — Я не знаю чего хочет дедушка и единственный способ тебя обезопасить лишь один. Но это не только способ безопасности, потому что я уже не могу представить свой мир без тебя. Когда я нашел тебя еле живую в доме твоих родителей, а после сидел у твоей кровати и смотрел на такую бледную, у меня в голове что-то словно поменялось. Марли, я больше не хочу тебя терять, поэтому…       Сириус неуверенно достал из кармана пальто небольшой футляр и опустился на одно колено перед девушкой. Та шокировано смотрела на своего парня, пытаясь понять, реально ли это происходит. — Я люблю тебя, — уверенно произнес Блэк, раскрывая квадратную коробочку. — Ты выйдешь за меня? — Ты прав, мы слишком молоды для такого, — улыбнулась Марлин, вглядываясь в любимые серые глаза. — Но у нас война и когда если не сейчас? Да, Сириус, я выйду за тебя.       Блэк облегченно выдохнул, поднимаясь с колена и притягивая гриффиндорку к себе за талию, накрывая ее губы своими. Оторвавшись от любимых губ, юноша надел на пальчик Маккиннон аккуратное золотое колечко с небольшим бриллиантом в виде сердца по центру.       Через несколько минут пара возобновила свою дорогу к замку. Стоило им подняться по ступеням к главному входу, как перед ними сразу появился домовик, сообщая, что хозяин уже ждет их в малой столовой, а вещи доставлены в комнаты молодого хозяина Сириуса.       Бродяга крепче сжал руку своей уже невесты. Та кинула взгляд на руку с кольцом, но решила доверится парню, будучи уверенной в том, что он знает, что делает.       Арктурус сидел во главе стола, что-то читая. Он оторвался от своего дела, посмотрев на вошедших. Марлин присела в легком реверансе, а старший из братьев Блэк слегка склонил голову в знак приветствия. Старший маг указал двум шестикурсникам на два накрытых места рядом с собой, не отрывая взгляд от старшего внука. — Знаешь, дорогой мой внук, — выждав несколько минут, заговорил Арктурус, — я принял твое поступление на Гриффиндор, вопреки всем традициям, но… — Если ты так переводишь тему на мою девушку, то бесполезно, — прохладно заметил Сириус. — Я люблю ее и сделал предложение. Ах да, прости мне мои манеры. Прошу знакомится, Марлин Астра Маккиннон, моя невеста. — Очень приятно, юная леди, — кивнул мужчина, спокойно посмотрев на девушку. — Твои отношения твое дело. Если любишь, то люби на здоровье. Я позвал тебя, чтобы познакомится с твоей избранницей и обсудить твой статус в роду.       Маккиннон быстро перевела взгляд на своего парня, тот еле заметно посмотрел на свою руку, убеждаясь, что перстень скрыт, после чего вопросительно изогнул бровь, смотря на деда. — Вскрой перстень, я уже обо всем в курсе, — все также спокойно проговорил Арктурус. — Мне сообщили о болезни Ориона и самочувствие Сигнуса, я проводил ритуалы, но они не помогали. Неожиданно Ориону и Сигнусу стало лучше, но с учетом смерти Альфреда, прости за напоминание, это могло произойти только при условие твоего возвращения и вступления в права. Домовики мэнора не ответили на мой прямой приказ, а это значит, что мне они более не подчиняются. — Не понимаю к чему это, — хмыкнул Сириус, сжав ладонь Марлин. — Я связался с предками, Сириус.       Бродяга тяжело вздохнул, понимая, что дед действительно знает правду. Предки о смене главы молчать точно не станут. — Я не знаю, как это произошло, — вздохнул старший внук мужчины. — После ночи в мэноре, перстень сам появился на моем пальце.       Арктурус кивнул на слова внука, переведя задумчивый взгляд на молчавшую все это время блондинку, и принялся внимательно оглядывал ее. — А вы юная леди, точно магглорожденная? — поинтересовался отец Ориона. — Точно, лорд Арктурус, — кивнула Маккиннон, выдержав на себе взгляд старшего мага. — Мы проходили проверку крови, у меня нет магических родственников. — Она новая кровь, дедушка, — заметил Блэк.       После этого заявления Арктурус не произнес больше не слово, весь ужин задумчиво разглядывая спутницу внука, а после также молча удалился, оставляя молодых наедине.       Бродяга проводил деда вопросительным взглядом и, покачав головой, вместе с гриффиндоркой отправился в свою комнату, по дороге показывая ей поместье. — Домовик сказал, что мне приготовлена отдельная комната, — заметила Марлин, когда юноша открыл перед ней дверь. Блэк хмыкнул, насмешливо посмотрев на нее.       Первые дни пара гриффиндорцев провела гуляя по Франции, пересекаясь с Арктурусом лишь во время завтрака и ужина. Тот все время продолжал задумчиво поглядывать на невесту внука, но ничего по этому поводу не говорил. Старший маг поинтересовался ее увеличением и чему-то кивнул, услышав, что девушка является мастером зельеварения, а после попросил ее помочь с организации Рождественского бала, в чем Маккиннон утонула с головой. — Ты чего такой хмурый? — поинтересовался Марлин на следующий вечер, после того как провела довольно много времени за украшением бального зала. — Если по поводу просьбы твоего дедушки, то я не могла отказать ему, это невежливо. — Не в этом дело, хотя такое тоже не в его правилах, — покачал головой Сириус, нащупав на тумбочке свою волшебную палочку и кинув в девушку контрацептивное заклинание. — Родители прибудут на бал, как бы он не рассказал им о твоей маленькой особенности. — Ты о новой крови? — спросила Лина, а после положительно кивка, нахмурилась. — Что в этом такого особенного? — Факт твоего наличия как минимум, — хмыкнул Бродяга, накрутив светлый локон ее волос на палец. — Многие считают всех магглорожденных Новой кровью, но это далеко не так. Большое количество магглорожденных за частую являются потомками вымерших родов, а этих родов очень много по всему миру. Проверка крови не является обязательной процедурой, большинство из них до самой смерти не имеют никакого понятия о своем происхождение. В крови таких волшебников магия была всегда, но либо из-за преступления против нее или против семьи, либо же из-за слишком близки родственных браков в семье начинали рождаться сквибы. В этом случае кровь требуется разбавить. — Брак с магглорожденными? — уточнила гриффиндорка. — Да, но иногда даже с магглами, — кивнул Сириус, задумчиво оглядев свою спальню. — Бывает, что магия возвращается сразу же в детях от такого брака, но в большинстве случаев проходят годы и даже столетия и многие уже не помнят историю своей семьи или же просто ей не интересуются. Таких волшебников нельзя назвать новой кровью, так как в их жилах магия была всегда, но просто спала. — Получается Новая кровь, это волшебники, рожденные магглами, которые никогда не были связаны с магией? — нахмурилась Марлин, не понимая, почему в этом случае Арктурус был так удивлен и почему Сириус за это переживает. — Не совсем, малыш, — покачал головой Блэк. — Твои рассуждения верны. У волшебников с Новой кровью действительно никогда в роду не должно было быть кого-то владеющего магией. Но волшебники с Новой кровью, должны быть, так скажем, благословлены хотя бы одной из трех сестер: Магией, Жизнью или Смертью. — И в чем отражается это благословение? — Если ты хороша в чарах и ЗОТИ, то тебя благословила Магия. Если твоя стихия целительство, то Жизнь. Зелья и темная магия, то ты под крылышком у Смерти. — Почему это если зелья, то обязательно Смерть? — еще больше нахмурилась Маккиннон и, выбираясь из объятий парня и накидывая на себя халатик, подошла к окну. — Ко всем заклятиям и проклятиям есть контрзаклятия, кроме разве что Авады. От зелий умирает больше всего людей, да и эту науку с самой древности все связывают лишь с Госпожой. — Допусти, — кивнула Марлин, развернувшись к своему жениху, который присел на подоконник, закуривая. — Но почему тогда мое существование такой удивительный факт? Я понимаю, что магов с новой кровью не так много, но они же есть. — Есть, — в ответ кивнул Сириус, внимательно посмотрев на свою девушку. — Вот только это в основном мужчины, а девушки встречаются максимум раз в столетия, а то и реже. Я не отрицаю того, что многие скорее всего и не знают об этом, но на данный момент факты таковы. За таких мужчин с превеликой радостью выдают наследниц рода, а наследники спокойно берут в жены чистокровную или полукровку с богатой родословной. Тед Тонкс новая кровь. Уверен, Сигнус с Друэллой и слова бы не сказали, узнав об этом. Вот только Меди не распространялась, она полюбила его далеко не за эту особенность. Я тебя тоже.       Марлин покрутила на пальце подаренное Сириусом кольцо, вглядываясь в такие пронзительные серые глаза. — Почему ты боишься, что об этом узнают? Почему никто из вас не объяснил мне раньше, я имела права знать?       Блэк молчал, устремив свой взгляд в пейзаж за окном. Меда и Джеймс много раз говорили ему, что лучше все рассказать и пусть сама Марлин решает, что делать. Но в конце концов именно Андромеда проверяла к чему у Маккиннон лежат способности и тоже ничего не сказала.       Лина хмыкнула, покачав головой. Она собиралась уйти в отведенную ей комнату и подумать обо всем услышанном, но Сириус крепко сжал ее запястья, притянув к себе, и сцепил руки в замок на ее спине, обняв за талию. — Ты не представляешь насколько сильна твоя кровь, — на уровне шепота ответил Бродяга. — Несколько капель и с рода спадет ни одно сильное проклятие. Один Малфой будет охотится за тобой, чтобы с помощью твоей крови снять со своей семьи проклятие, из-за которого у них уже много поколений рождается лишь один наследник. Рождение ребенка-волшебника сам по себе процесс трудный. Зачать получается далеко не с первого раза, выносить еще труднее. У каждой женщины в нашем мире он был далеко не один и даже не два или три. Мне повезло, я родился почти сразу после брака родителей, и то до меня у матери был один выкидыш. После меня еще пять, а после Рега они наверное даже не пробовали и то мать во время беременности с ним на одних зельях была. А у Малфоев лишь один наследник каждый раз и никакой гарантии, что у него будет ребенок, что он вообще может иметь детей. Их род на грани вымирания. Другие будут стремится к браку с тобой, потому что дети сильные будут и многие дары вернутся. У меня племянница-метаморфиня, а у Блэков этот дар последний раз встречался в начале позапрошлого века. Новая кровь самый ценный дар и одновременно самое сильное проклятие.       Лина тяжело вздохнула, выслушивая длинный монолог своего парня. Теперь его опасения она понимала. Перспектива оказаться мишенью для охоты ей казалась далеко не самой интересной. Но ведь об этом можно было бы сказать сразу, она и тогда бы все поняла. — Я не хотел, чтобы ты думала, что я с тобой только из-за этого, — сказал Сириус, выпуская девушку из объятий. — Предложение было сделано тоже не из-за этого, мне наплевать на кровь. Ведь брак с тобой принесет и мне выгоду. Лордом я стал после ночи с тобой, после смешения в рунном рисунки нашей крови, а это прямое обращение к магии. — Я знаю тебя Сириус Блэк, и я бы никогда так не подумала, — покачала головой Марлин, взглянув парню в глаза. — Но сейчас… Сейчас мне нужно о многом подумать, поэтому я лучше переночую в той комнате, которая изначально была приготовлена для меня. Доброй ночи.       Девушка ушла, тихо закрыв за собой дверь. Сириус ударил кулаком по стене рядом с собой, а затем зарылся руками в волосах. В последнем разговоре с дядей Альфредом, тот предупреждал его, что молчание в такой ситуации не приведет ни к чем хорошему, даже предлагал самому поговорить с девушкой. Вот только Сириус не послушался и дядю попросил в это не вмешиваться, решив, что сам со всем разберется. Разобрался. Видимо горькая правда лучше, чем сладкая ложь и молчание действительно не приведет ни к чему хорошему.