В страстных объятьях уборки

-Я бы хотел извиниться за ту ночь. Повёл себя, как полный мудак, — Леви не смотрел в глаза Микасы, не мог. Ему было ужасно противно от самого себя, противно что он так нагло воспользовался ею. — Да, не помешало бы извиниться за бутылку виски, — Аккерман всё же решился поднять на неё свой взгляд. –А за остальное… — Микаса сделала паузу, словно прокручивала в своей голове воспоминания, чувства и правильность своего поступка, — ведь это произошло по обоюдному согласию. Да, Микаса была абсолютна честна, она не противилась этому, вероятней всего из-за алкоголя. После она ощущала себя грязной и использованной, ведь для Микасы близость была истинным проявлением любви, для одного единственного, так она считала до этого момента. Всё то время, что она провела дома, пыталась избавиться от этого мерзкого чувства, что у неё, не полностью, но получилось. Благодаря Саше, с которой она неплохо сдружилась, которая помогла ей очистить саму себя. Нет, Микаса не говорила, что это произошло именно с ней, она старалась начать из далека. -Саша, как ты считаешь, секс без любви — это неправильно? — словно ища спасение своей замученной души, спросила Микаса. -А почему нет? Если оба человека захотели и решились, думаю ничего в этом такого нет, взрослые люди, как-никак, — Браус пожала плечами. — Нужно относиться ко всему проще, иначе так сойти с ума можно, если корить себя за любой поступок. Только за всё ты должен нести ответственность, как взрослый человек, — она улыбнулась. Именно этих слов Микасе не хватало. Всё время она грызла саму себя, считая, что поступила неправильно, что не нужно было поддаваться минутным желаниям. А тут, как будто легче дышать стало, словно цепи стыда спали с её хрупкой души. Леви не знал, что сказать, наверное, впервые в жизни, когда он не мог подобрать слов. А то что сказала Микаса, это его еще больше обескуражило. -Прости, пожалуйста, с того дня, как я очухался, я не мог даже нормально спать… -Совесть мучала? — Микаса слегка усмехнулась. Леви растерялся. -Да. -Сэр, я не зла на вас, то что было, то прошло. Мы взрослые люди, поэтому давайте просто забудем об этом и всё, — Микаса хотела поставить на этом точку раз и навсегда. -Да, — мужчина потёр свой лоб. — Может тебе, что-то нужно? — азиатка отрицательно покачала головой. -Премию всё равно выдам; за моральный ущерб, — Микаса и этому начала противиться, но Леви был категоричен. -Можно идти? -Конечно. Удачи тебе. -Взаимно.

****

Остановившись около магазинчика; Жан, Микаса и Саша вышли из фургона, дабы купить себе немного еды после трудового дня. Конни с ними не было, он взял больничный, так как приболел. -Ух, я так голодна, готова съесть сразу десять хот-догов! — Саша пускала слюни от представления того, как она сейчас знатно перекусит. -Не лопнешь? — Жан закатил глаза. -Ты что не знаешь меня? — беря на понт, сказала Саша. -В том и дело, что знаю и не понимаю, как ты столько сжираешь?! Микаса, поправив свой красный шарф на шее, тихо плелась за ними, можно было подумать, что она в этой компании абсолютна лишняя, но это не так. За время работы с ними она привыкла к их шумной троице, она была в основном слушателем, иногда вставляя своё мнение, но оно никогда не оставалось не выслушанным. Микаса для них была своя. Резко остановившись, Саша подбежала и остановилась около чужой машины. — Смотрите, — словно увидев лампу Джина, протянула Браус. –Какая огромная! Глаз Жана начал нервно дёргаться, ну что за идиотка, а не подруга. — Саша! Хватит тыкать палкой в эту собачью какашку! — строго прошипел Жан, от чего на секунду Микасе показалось, что он похож на отца, который строжится на своего ребенка. На лице Микасы появилась лёгкая улыбка. -Был бы здесь Конни он бы меня понял, — Саша надула щёки, на которых появился небольшой румянец, словно маленькое дитя. Жан устало выдохнул. -Пойдём, а то твои хот-доги разберут, — после чего он направился ко входу, а за ним поплелись, не понятая Саша, и Микаса. -Спасибо за покупку! — последнее, что они услышали, выходя из магазина. Браус была невероятно счастлива, хот-доги были свежими и выглядели невероятно аппетитно, слюни так и текли. -Саша, ты же хотела взять больше? — спросила Микаса. Шатенка неловко потёрла свой затылок и нервно посмеялась. — Просто у меня деньги на нуле, а зарплату ещё неделю ждать. Я думала мне пару лишних хот-догов Жан купит, — и снова надутые щёки. Жан выпучил глаза, ну нахалка. -Ты мне ещё прошлый должок не вернула, когда поела за мой счёт на приличную сумму, — брови девушки недовольно изогнулись.  — Сказала же верну всё! -Не сомневаюсь, — произнёс Кирштайн. — Вы меня извините, девчонки, я отойду, — расплывшись в улыбке Жан покинул этих двоих. Девушки завернули за угол магазина, где стоял их фургон. Саша с аппетитом дожёвывала хот-дог и всё бы ничего, но неожиданно Микаса словила панику. Сама, не понимая от чего, но в груди всё сжалось, что стало трудно дышать. И предчувствие её не подвело. Зайдя в фургон, со всей силы прямо в живот ей прилетел удар, от чего Микаса отлетела на приличное расстояние. Саша вскрикнула от неожиданности, всю еду, что была в руках, она уронила. Из машины выбежал мужчина среднего возраста, держа в руках сумку, принадлежащую Микасе. Она это уловила и бросилась за вором что есть силы, не смотря на боль в животе. Там не было денег или чего-либо дорогого, кроме одной вещи — фотографии её родной семьи, единственная фотография что у Аккерман осталась. Грабитель уступал девушке в физической силе, это было очень заметно. Микаса его нагоняла, а тот в свою очередь выдохся. Понимая своё положение, мужик решил нанести последний удар. Микаса догнав его, схватила за капюшон. И тот, достав из кармана перочинный ножик замахнулся, Аккерман попыталась увернуться, но не успела. Остриё резануло скулу девушки, после чего боль прошлась с головы до ног, но она не думала его отпускать, не взирая на кровь, стекающую по щеке. Браус прибежала на помощь и с ноги нанесла мужику удар в челюсть. Микаса почувствовала головокружение, ноги подкосились и хватка ослабла, вор воспользовался этим, бросив сумку, сбежал. Жан вначале не понял, что произошло, но увидев Микасу с окровавленной щекой, ужаснулся. -Что здесь произошло? -Грабитель напал на Микасу, она попыталась его остановить, но он ранил её! — её голос срывался на крик, Саша истерила. — Простите, что оставил вас, Микаса прости, — Жан чувствовал себя ужасно виноватым, если бы он не оставил их одних этого не случилось бы. Микаса взглянула на парня опустевшим и усталым взглядом, но она его ни в коем случае не винила. -Ты ни в чём не виноват, Жан. Да, и рана не серьёзная, — Микаса крепко сжала сумку, за которой так старательно гналась, словно за последним глотком воздуха. -Пошли Микаса я обработаю твою рану. Залив антисептиком и заклеив рану повязкой, Саша виновато посмотрела на Аккерман. -Рана глубокая. -Ничего страшного, как говорится - до свадьбы заживёт, — азиатка всячески пыталась разрядить обстановку и весь этот хаос вокруг себя, всё с ней хорошо, а рана пустяк. -Надо сообщить в полицию, — высказал Жан. -Не стоит, — обреченно произнесла Микаса. -Как это не стоит?! — парень вскипел, — Мало того, что этот урод хотел красть ваши вещи, так он ещё ранил тебя! -Рана не серьёзная, сумка у меня, а тратить на это своё время я не хочу, — категорично выразилась Микаса. Жан непонимающе посмотрел на азиатку, почему она так относится к этому? -Саша ты запомнила лицо преступника? — холодно спросил он. Браус закатила глаза, вспоминая лицо вора. -Да, общая картина есть, но я не особо всматривалась, не до этого было, — проскулила девушка. -Уже хоть, что-то. А ты Микаса, — Жан повернулся в её сторону, — в любом случае пойдешь с нами в полицию. Аккерман выдохнула. -Пустая трата времени, Жан. Кирштайн фыркнул. Непробиваемая девчонка. -Ладно, в первую очередь, давай мы довезём тебя до дома, тебе нужно отдохнуть. Микасе очень не хотелось, чтобы Эрен её видел в таком состоянии. Ей не нравилось, когда он лишний раз за неё начинал волноваться. Ведь она дала обещание своей приёмной матери, что будет всегда защищать Эрена. Получилось всё так, как Микаса не хотела. Эрен, увидев прекрасную картину, начал взволнованно расспрашивать что с ней случилось. Аккерман же как всегда отнекивалась, говоря, что всё в порядке и пострадала только её щека. -Зачем ты вообще побежала за этой чёртовой сумкой? — резко выразился Йегер. -Ничего не чёртова…-Микаса бросила кроткий взгляд на сумку, висящую в прихожей, –Там была фотография моих родителей. Эрен не понимающе посмотрел на неё. -Так зачем ты её таскаешь с собой, положила бы дома и всё было бы хорошо, — он сложил руки на груди. — Она словно талисман для меня, — братец выдохнул. -Ты последнее время словно сама не своя, — выдал Эрен. — Что так заметно? Он кивнул. *** Леви возвращался домой с кучей бумаг в руках. Сегодняшний вечер ожидался очень «весёленьким», разбор документов под программу «Помешанные на чистоте», что может быть лучше? Но для начала ему нужно хорошо поужинать, сегодня он даже не обедал, что не в его стиле. Так что живот урчал, как паровоз. А ещё с самого утра, он больше не видел Микасу, что показалось ему довольно странным. Последнее время они уходили с работы вместе, выходя из офиса, он обязательно встречал её, а сегодня такого не произошло. Леви показалось это странным, почему-то. Достав из кармана связку ключей и, найдя нужный, мужчина повернул его по часовой стрелке, он отозвался характерным щелчком, это свидетельствовало о том, что дверь открылась. Зайдя в квартиру, Леви ощутил волну одиночества. Положив бумаги и вещи на тумбочку, он разулся. Потянувшись, словно котёнок, он хотел пойти в ванну, но звонок в дверь разбил его планы. -Да, кто это, чёрт возьми?! Леви открыл дверь и перед ним всплыла знакомая картина. — Почему я не удивлён? Это была Петра. Мужчина сразу же заметил, что что-то не так. Девушка была довольно красиво одета: гипюровая белая блузка, бежевая мини-юбка и как всегда туфли на высоком каблуке. Она смущённо заправила рыжую прядь за ухо. -Привет. -Что тебе нужно? — резко спросил Леви, явно недовольным её приходом, девушка это ощутила. — Я хотела тебя пригласить в ресторан, — Петра улыбнулась. Аккерман недоумённо посмотрел на неё. «Она идиотка или прикидывается?» — промелькнуло в его голове. -Нет, — отрезал он. Леви хотел уже закрыть дверь, но Петра не дала ему сделать, подставив ногу между дверью. Мужчина нахмурился. -Мне есть, что сказать тебе. Это не займёт много времени, обещаю. Леви выдохнул. Что же ей нужно от него? Когда она оставит его в покое? -Выбирай всё, что хочешь, — ласково произнесла рыжеволосая, — Всё за мой счёт. -Не стоит, за себя я оплачу сам. -Но я тебя пригласила… Аккерман подозвал официанта, заказ им пришлось ждать не очень долго. Начав трапезу, Леви начал: -Ты хотела мне, что-то сказать. -Точно… — она немного замялась, — Между нами произошло столько всего. Я понимаю, как поступила отвратительно, просто взяв и бросив тебя. Но вот уже, как два года, я не могла перестать думать о тебе. С тем парнем я сразу рассталась. Я думала, что я смогу забыть тебя, но чувство вины и любви к тебе съедало меня каждый день. Мне было стыдно возвращаться к тебе… — рука, державшая салфетку, сжалась с такой силой, что ногти девушки впились в кожу, оставив следы. — Вот оно как, — Леви скрестил руки на груди, — Это то, что ты хотела мне сказать? -Нет…- на глазах Петры навернулись слёзы, она схватилась за голову, — Я-я была беременна от тебя, но узнала об этом когда ушла от тебя. -Что? — зрачки Леви расширились и глаза помутнели, ему показалось, что он ослышался, но своим ушам он верить отказывался, — А где… Петра вытирала слезы с лица. -Я сделала аборт, он заставил меня. И теперь я понимаю какую ошибку совершила, — она коснулась его руки, но Леви резко отпрянул. Он посмотрел на неё с отвращением. -Зачем ты сказала мне это? — Леви вскочил и хотел уйти от этой женщины, но она снова его остановила. Он откинул её руку, — Не прикасайся ко мне. Ты сделала свой выбор, а на что ты надеялась, когда сказала мне это, не знаю. Но ты и правда идиотка. Аккерман развернулся и быстрым шагом направился к своей машине. -Леви! — но он уже не слышал её или не хотел слышать. Петра осталась совсем одна, растерянная и разбитая. Она сама не понимала причину своего поведения и на что, вообще, надеялась, но что сделано - то сделано. Всю дорогу до дому он не находил себе места. Её слова словно нож по сердцу. Сейчас у него мог бы быть ребёнок, от этой мысли ему стало не по себе. Чувство преданного человека ударило с новой силой. В любом случае он имел право знать о беременности… -А какой тогда был бы толк от этого? Мы же расстались…- сказал он сам себе. -Ладно, плевать, -отрезал Леви, — Меня ждёт много работы дома. Приехав домой, он бросил ключи на тумбу, а сам упал на диван. -Интересно, чем сейчас занимается Микаса? — в его голосе чувствовалась усталость и обречённость. Микаса, сидя на подоконнике и вглядываясь в закат, подумала о том же.