Погружение

      Он погружается на дно, — осознание этого приходит к Томуре внезапно, оставаясь сухой пылью на ладонях. Он только что снова убил человека.       Нет чувств, нет скорби и сострадания, стыда и мук совести — ему все равно и от этого делается страшнее.        Он тонет. Он беспорядочно машет руками, стремясь выплыть на поверхность, но попытки тщетны. В конце концов он сдаётся и перестаёт искать помощь в чужих руках и лицах. Томура перестаёт бороться.       Ему все осточертело. Мир вокруг пресный, серый, а слушать чужие разговоры о том, что мир — это просто прекрасное место, невыносимо.       Чужие слова режут без ножа, не ласково оглаживая оголенный нервы. Томура весь один сплошной оголенный нерв — искрящаяся проводка, грозящая превратить весь мир в ад с его бесконечными пламенем и муками.       Томура думает, — я на дне, — когда на его руках умирает Химико Тога, а внутри все ощущается так, как будто не произошло ничего особенного. Щелк, и нет человека, два щелчка — нет двоих.       Лицо уродует кривая усмешка.       Он на дне. Он не больше не борется. Он больше не дышит. Он мёртв. Погружение прошло успешно.