Chill out

— Чонгук? Ты дома? Тэхён скидывает сумку в коридоре, разуваясь там же, и проходит вдоль комнат к самой последней слева. Обычно Чон сразу встречал его после работы у входа, или сидел на кухне, делая уроки и также дожидаясь своего хёна, но в этот раз ни там, ни там Тэхён его не встретил, хотя обувь стояла на месте. Это заставило его разнервничаться, потому что если Чонгук не дома, то где? На улице уже довольно поздно и почти полностью стемнело, а он даже не предупредил его о том, куда идет. Они съехались совсем недавно — младшему исполнилось семнадцать, когда он решил поступать в колледж, и это была очень удобная для обоих случайность — на тот момент они встречались уже около года, а квартира Тэхёна удачно находилась буквально в десяти минутах ходьбы от учреждения. Чонгук сначала стеснительно отнекивался, говоря, что не хочет мешать Киму и садиться ему на шею, но тот строго заявил, что уютная квартира, между прочим, его парня, намного удобнее и практичнее, чем комнатка с незнакомцем в общаге. С начала их сожительства прошло пару месяцев, и Тэхён хочет заметить, что пробуждение по утрам никогда еще не было таким сладким — младший часто прижимался к нему во сне, а утром, после пробуждения, смущенно мычал в поцелуй, стоило Тэхёну заметить, что это довольно милая привычка. Проще говоря, не жизнь, а сказка. — Чонгук? Ты там? — Тэхён дергает ручку, которая оказывается заперта. — Чонгук-а? Все в порядке..? Он хмурит брови, пару раз стуча по стенке двери, когда в нос резко ударяет сильный сладкий цитрусовый запах апельсинов и лимонов. Тэхён непроизвольно вдыхает глубже, прислоняясь головой к двери и чувствуя, как от вкусного аромата по телу растекается приятное тепло. Он судорожно выдыхает, еще раз дергая ручку, которая все также не поддается. — Чонгук, открой, пожалуйста. Я волнуюсь, — голос к концу немного дрогнул, так как ему показалось, что запах на секунду усилился. Он сглотнул слюну, заставляя себя не погружаться в него слишком сильно. У Чонгука, видимо, первая течка. От этой мысли что-то приятно кольнуло в паху, но чувство возбуждения быстро притупилось, так как волнение за младшего было всё же сильнее. За дверью послышалось тихое шуршание и едва слышные шлепки босиком об пол, а после замок скрипнул и ручка поддалась, слегка приоткрывая дверь. — Хён... Чонгук выглядел ужасно возбуждающе. Его черные смоляные волосы спутались и отдельные пряди торчали в разные стороны, губы припухли, как если бы он их сильно закусывал все это время, а щеки, шея и кончики ушей мило покраснели. Из одежды на нем была только старая тэхёнова футболка для спортзала — которая наверняка пропахла его запахом и потом, и была на несколько размеров больше самого Чонгука, заставляя казаться его еще меньше, чем он есть. Тэхён сглотнул скопившуюся слюну, приоткрывая дверь больше и аккуратно заходя внутрь. — Как ты себя чувствуешь, малыш? — почти шепотом спросил Тэхён, прикрывая за собой дверь и пытаясь не вдыхать пропитавший всю комнату любимый запах апельсинов слишком глубоко. — Все в порядке? — Да, хён, я... — всхлипнул Чонгук, сжимая край тэхёновой футболки и не поднимая взгляд. — У меня... я хочу... хён, пожалуйста? — почти простонал в конце он, все же смотря в глаза напротив и немного сводя ноги. — Ох, милый, — Тэхён приобнял его, укладывая руки на чужой талии и ощущая, насколько горячая чужая кожа даже через слой ткани. — Ты уверен? Это твоя первая течка, все в порядке, если ты чувствуешь себя плохо, то я могу уйти... Чонгук вздрогнул, сжимая чужие плечи. — Нет! — Альфа вскинул на него вопросительный взгляд, стараясь не смотреть на чужие оголенные ключицы. — То есть, все хорошо, хён, не уходи... — тот спрятал свою голову в изгибе чужой шеи, глубоко вдыхая знакомый терпкий запах хвои, что не скрылось от Кима, который уже не мог контролировать ощущение жжения в собственном паху. — Я хочу, чтобы ты остался и... сделал с этим... что-нибудь. Пожалуйста. Чонгук такой мягкий, податливый и нуждающийся, что у Тэхёна медленно отключается способность трезво мыслить. Он снова вдыхает насыщенный цитрусовый запах и касается губами чужой мочки уха. — Ты невероятный, — шепчет он, царапая зубами кожу. — Такой сладкий. Ты уверен, что я могу сделать это с тобой? — Д-да, я уверен, хён, — он прижимается ближе. — я хочу тебя. — Я тоже хочу тебя, детка, — он отстраняется, заглядывая в глаза напротив, а после оставляет влажный поцелуй на щеке. — Подожди секунду, ладно? Я сейчас вернусь. Он выскальзывает из чужих рук прежде, чем те его остановят, выходя из комнаты и забирая в нижнем шкафчике ванны смазку и презервативы. Тэхён предполагал, что течка у младшего может случиться совсем скоро, так как тому уже исполнилось семнадцать, поэтому успел подготовиться еще во время его переезда. Сейчас должен был быть их первый раз (он начал встречаться с Чонгуком когда тому было всего шестнадцать, и несмотря на уже тогда очевидную истинность, Тэхён пообещал себе, что первый раз у них произойдет не раньше, чем во время первой течки младшего или его совершеннолетия). По возвращении Ким увидел, что омега уже сидел на своей кровати, сведя ноги вместе и буравя взглядом дверь, из-за которой тот собственно вышел. — Все в порядке? — спросил Тэхён, садясь у кровати на пол между чужих ног, мягко проводя по бедрам руками. Смазка и презервативы были отложены в угол кровати, что не скрылось от взгляда младшего, заставляя того непроизвольно покраснеть еще сильнее. — Выглядишь встревоженным. Ты боишься? — Не совсем, хён. Это же ты, — выдыхает Чонгук, зарываясь своими пальцами в чужие вьющиеся волосы. — Ты же не сделаешь мне больно, верно? — Солнце, — улыбнулся Тэхён, оставляя нежный поцелуй на чужой коленке. — я никогда не сделаю тебе больно, не сомневайся. Ты веришь мне? Тот смотрит на него со всей своей решимостью. — Верю, поэтому не боюсь. — Умница, — Тэхён приподнимается, влажно чмокая того в губы. — Я люблю тебя, помнишь? Я не сделаю ничего, что тебе бы не понравилось, малыш. Чонгук смущенно хихикает, притягивая своего альфу к себе и сам целует пухлые губы. Тэхён мычит в поцелуй, укладывая свои руки на чужой талии и нежно сжимая её. Поцелуй выходит медленный, сладкий и возбуждающий. Тэхён не спеша проводит по чоновым губам, толкаясь меж и раскрывая их, чтобы протолкнуться своим языком глубже с характерным чмоком. Он прижимается ближе, опрокидывая Чонгука на кровать и нависая сверху, все также продолжая глубоко целовать. Ким чувствует, как собственное возбуждение неприятно давит на ширинку брюк, но игнорирует это, слишком поглощенный чужими тихими вздохами и едва слышными стонами, что все чаще срываются с пухлых губ. Он поднимает руки выше, начиная поглаживать бока, живот, а после едва ощутимо задевая пальцами соски. — Хён... — стонет Чонгук, слабо выгибаясь от нежных прикосновений и хватаясь за чужую шею. — пожалуйста. Тэхён улыбается, спускаясь поцелуями по линии челюсти, к шее, оставляя после себя влажный след. Чонгук мычит, когда Ким всасывает кожу на впадинке между ключицами, слегка прикусывая их, а потом медленно зализывая место укуса. Он касается подушечками пальцев чужих сосков, нажимая на них и легко потирая, что заставляет Чонгука всхлипнуть и всего сжаться. — Ты такой сладкий, малыш, — шепчет Тэхён куда-то в живот, оставляя на нем едва ощутимые поцелуи. — Так приятно пахнешь, — он прикусывает кожу там, где совсем почти незаметно выпирают косточки таза, а после оставляет пару засосов вокруг. — Я бы тебя съел. Пальцы слегка приподнимают кромку трусов, на которых уже виднелось пятнышко от смазки, заставляя Чонгука смущенно хныкать и сводить ноги. — Посмотри на меня, Чонгукки, — шепчет Тэхён, поднимая взгляд на чужое покрасневшее лицо. Чонгук неуверенно приподнимается на локтях, смотря на своего парня, который сейчас находился непозволительно близко к его промежности, что заставляло того чувствовать себя как никогда уязвимым. — Не стесняйся меня, я люблю тебя. Ты самый красивый, — шепчет он, поднимаясь и оставляя на чужих губах целомудренный поцелуй. — Хочу тебя попробовать. Перевернешься на живот? Пожалуйста? Чон неуверенно кивает, переворачиваясь так, как ему сказали, а после удивленно вздыхает, когда чувствует, что его боксеры медленно стягивают вниз. — Невероятный. Теплая ладонь ложитcя на одну из половинок, слегка сжимая ее, выбивая из Чонгука тихий стон. Тэхён кладет свои руки на чужие бедра, а после ведет ими вверх, доходя до ягодиц и сжимая их. Он разводит их в стороны, открывая себе замечательный вид и любуясь, как много смазки выделяет розовая дырочка младшего. — Ты такой великолепный, малыш. Хочу сделать тебе приятно. Чонгук дергается, чувствуя щекочущее дыхание на своей промежности, и удивлённо ойкает, когда что-то теплое и влажное касается его там. Все лицо мигом наливается пунцовым цветом, когда он понимает, что прямо сейчас Тэхён его вылизывает. — Что ты... — бормочет он, заводя руку за спину, но натыкаясь лишь на копну волос. — А-ах, хён... Он стонет, чувствуя, как чужая слюна смачивает его задний проход, смешиваясь с естественной смазкой. Ему кажется, искусственная смазка им сегодня не понадобится от слова совсем. Тэхён проталкивает свой язык глубже, делая плавные движения внутрь, а после незаметно добавляет один палец, продолжая работать и им. Сверху слышится приглушенный протяжный стон, а после Чонгук выгибается, оттопыривая задницу и просит большего контакта. — Ты такой нетерпеливый мальчик, — мурлычет он, отстраняясь и заменяя свой язык вторым пальцем. — Такой раскрытый для меня, да, детка? — Ким добавляет третий, плавными движениями входя и выходя в чужой анус. — Тебе нравится, когда хён делает вот так? Когда трахает твою сладкую попку своими пальцами, м? Чонгук гортанно стонет в подушку, а его уши стыдливо заливаются красным цветом. Он никогда бы не подумал, что его хён будет таким разговорчивым и пошлым в постели, хотя соврет, если скажет, что его это не заводит. Наоборот, ему кажется, что собственное тело сейчас просто напросто расплавится от чужих горячих прикосновений. Боже, как он жил без этого раньше. Младший издает еще один протяжный стон, когда одну из его половинок грубо сжимают. Тэхён наваливается на него своим весом, придавливая телом к постели и продолжая неспешно разрабатывать чужую дырочку пальцами, слыша, как хлюпает и вытекает от этих действий смазка. — Так хочу тебя, малыш. Как думаешь, ты уже готов? — он шепчет ему на ухо, слегка прикусывая ушную раковину и обжигая горячим дыханием шею. Чонгук скулит, ерзая на кровати и чувствует, как собственный член трется об грубую ткань простыни. — Я-я... хён... — он стонет, когда длинные пальцы резко входят в него по самые костяшки, заставляя выгнуться. Другой рукой Тэхён придавливает его спину к кровати, с ухмылкой наблюдает за чужой реакцией. Ким повторяет грубое движение пальцами несколько раз, входя и выходя на всю длину и буквально вбивая их, а после сгибает, касаясь простаты, отчего Чонгук вскрикивает и бурно кончает прямо на ткань наволочки и собственный живот. — Боже, какой же ты горячий, — продолжает нашептывать Тэхён, переворачивая омегу на спину и нежно оглаживая чужие бока. Чонгук сам не заметил, как вцепился в широкие плечи своего парня и притянул старшего к себе, касаясь его губ. Тот незамедлительно ответил на поцелуй, углубляя его и позволяя ощутить вкус смазки на языке. — Как себя чувствует мой малыш? — Превосходно, — отвечает Чон, невольно потираясь снова вставшим членом о бедро старшего. Парень своим пахом почувствовал, как крепко у Кима стоит. Это было очевидно — Чонгук весь тут такой течный и трахательный, стонет, хнычет, просит, а главное — позволяет, но Тэхён никуда не спешит, медленно растягивая его и лаская, давая привыкнуть. Чон чувствует легкий укол вины, поэтому переворачивает парня над собой, с легкостью седлая его сверху. — Кто-то у нас такой нетерпеливый. — Кто-то просто очень медленный, — фырчит Чонгук, чувствуя, как снова безбожно сильно возбужден. — Эй, я тут о тебе забочусь, — обиженно тянет Тэхён, приподнимаясь и целуя того в губы. Чонгук медленно отвечает на поцелуй, прижимаясь задницей к вставшему члену, который хорошо ощущался даже через брюки. Он потянулся пальцами к пряжке ремня, медленно расстегивая её, а после и вовсе снимая, также не спеша расстегивая ширинку и проскальзывая под нее ладонью. Парень мычит в поцелуй, явно наслаждаясь тем, что делает младший, поэтому немного приподнимает бедра, позволяя спустить свои брюки вместе с боксерами. Чонгук слегка отодвигается, полностью снимая чужую одежду вместе с бельем, а после удивленно охает, когда видит немалых размеров член. — Нравится? — самодовольно тянет Альфа, качнув бедрами и заставляя Чонгука покраснеть еще сильнее. — Всё твое. Чон пихает его в плечи, бормоча дурак, а после надавливает на них же, заставляя парня удивлённо опуститься обратно на подушки. Он касается чужой возбужденной плоти, проводя по ней несколько раз рукой, размазывая предэякулят по всей длине, а после наклоняется и невесомо целует головку. — Чёрт, малыш, — хрипит Тэ, когда Чонгук своим аккуратным ротиком заглатывает в себя почти половину длины, слегка давясь, но не отстраняясь. — Ты такой восхитительный. Младший довольно мычит, посылая по члену волны приятных вибраций, от которых Тэхён сдавленно стонет, а после начинает посасывать головку, водя свободной рукой по остальной части члена. Он пытается привыкнуть и пробует взять глубже, чувствуя, как на его язык выделяется очередная капля предэкулянта. Кимовы руки зарываются в мягкие волосы, слегка оттягивая и массируя кожу головы, поощряя к действиям. Внутри Чонгука тесно, горячо и влажно, отчего очень хочется сжать в руках темные локоны и трахнуть этот очаровательный ротик с покрасневшими губками по самые гланды, прекрасно зная, что младший позволил бы. Но это Ким попробует позже, не сейчас. Тэхён низко стонет, когда Чонгук сглатывает слюну, сжимая своей глоткой его член. Он притягивает того за волосы и несдержанно целует в губы, сталкиваясь своим языком с его. Младший прижимается пятой точкой к возбуждению альфы и нетерпеливо пару раз проезжается промежностью по стволу, чувствуя, как чужие руки сжимают его задницу. — Чёрт, Гук, если ты продолжишь, клянусь, я... — договорить ему не дают нетерпеливые губы на его, которые медленно опускаются к шее, вдыхая терпкий запах у ключиц и слегка их прикусывая. Тэхён стонет в чужие губы, когда чувствует, что его член обхватывают у основания, раскатывая презерватив по всей длине, а сам Чонгук приподнимается на коленях, чтобы направить сочащуюся смазкой головку в свою влажную дырочку. Он предварительно проводит по ней кончиками пальцев, проверяя, достаточно ли она влажная, а после плавно насаживается на твердый член. — Блять, — выдыхает Ким, сжимая пальцами чужие бока и борясь с желанием насадить омегу на себя. — чёрт, ты такой узкий, малыш, такой горячий, я... чёрт. Они оба стонут, когда член полностью входит внутрь и их бедра соприкасаются. Чонгук рвано дышит, чувствуя, как слезятся собственные глаза от остроты ощущений, а после медленно качается, заставляя член внутри пройтись по простате. — Хён, так хорошо... — хрипло стонет он, жмурясь от приятного чувства заполнености. — Люблю тебя, хён, — шепчет, прежде чем приподняться и со шлепком опуститься обратно. — Боже, детка, что ты со мной делаешь... Тэхён медленно переводит свои руки на чужие соски, сжимая их между пальцами и вырывая еще один стон из чужих уст, пока Чонгук пытается медленно подниматься и опускаться на твердый член, заполняя себя до конца и мелко подрагивая каждый раз, когда головка проезжалась по простате, заставляя его дырочку еще обильнее истекать смазкой. Он ускорился, из-за чего по комнате начали разлетаться едва слышные звуки хлюпанья смазки и шлепков кожи о кожу, покрываемые тихими и не очень стонами. Чонгук самозабвенно насаживался на Тэхёна, делая кругообразные движения и опираясь руками на чужую грудь. Омега вскрикнул, когда Ким сжал его бедра и с силой насадил на себя, попутно зацеловывая чужую шею. — Хочу пометить тебя, детка, — промурлыкал Тэхён, приподнимаясь и предупреждающе прикусывая место за ухом. — Хён... — всхлипнул он, невольно жмурясь от ощущений, так как его продолжали насаживать до основания, постоянно стимулируя простату. — Позволишь мне, м? Дашь мне сделать тебя полностью моим? — рыкнул он, сильнее сжимая чужие бедра и ускоряя темп, от чего Чонгук лишь громче заскулил, сильнее обвивая крепкую шею. — Д-да, я хочу... я люблю тебя, хён, — всхлипнул Чон, сжимая в себе член старшего до звездочек перед глазами. — Я тоже люблю тебя, малыш, — ответил Ким, прежде чем с силой сомкнуть зубы на чувствительной коже, где шея соединялась с плечом. Чонгук выгнулся, зашипев от резкой боли и кончил себе на живот от того, как приятно смешалась острая боль со сладким наслаждением и осознанием того, что теперь он меченый, меченый своим альфой, который сейчас аккуратно зализывал место укуса. Тэхён бережно спустил Чонгука, укладывая его на бок около себя, а после пристраиваясь сзади и нежно целуя в загривок. — Придержи для своего альфы ножку, ладно, милый? — пробормотал он, приподнимая чужую ногу и заставляя Чонгука перехватить ее под коленом. Чон с ужасом чувствовал, как снова начинает возбуждаться от низкого голоса около своего уха, в полной мере осознавая все "прелести" течки, которая заставляла его тело желать больше и больше. Ким сложил руки на тонкой талии омеги, прижимая к себе, а после медленно входя в него снова. Чонгук ахнул, ощущая приятную заполненность и обернулся, чтобы поцеловать своего альфу в губы. — Жаль, что ты пока еще не готов к сцепке, — прохрипел Тэхён продолжая вбиваться в хрупкое тело. — Я так хочу свой узел в тебе. — Тэ... — Мм, интересно, сколько щенков мы смогли бы зачать? Двух? Или трёх? — он коснулся члена младшего, начиная медленно надрачивать его, и тот заскулил от того, насколько он был сейчас чувствительным. — Я приму всё, что ты мне дашь, милый. — Я... Ах, хён... — Чонгук почувствовал, как снова близится к разрядке. — Все в порядке, детка, — он чмокнул того в линию челюсти. — Я знаю, еще слишком рано. Но ты бы хотел? — Д-да, — прохрипел он, содрoгаясь от медленно наступившего оргазма. Тэхён крепче обнял его за талию, несколько раз глубоко толкаясь, а после входя на всю длину и кончая следом за ним. — Я так люблю тебя, Чонгук-а, — произнес Ким после того, как они уже лежали на кровати сонные и вымотавшиеся. Он повернулся на бок, крепче обнимая своего омегу и утыкаясь носом в место, где находилась поставленная им метка, чувствуя, как запахи приятно смешиваются. — Я тоже люблю тебя, хён, — Чон лениво чмокнул того в уголок губ, удобнее устраиваясь под чужим боком. — Я не спросил, как прошел твой день. Тэхён улыбнулся, закрывая глаза. — Честно? Восхитительно.