Ты умрёшь... А может нет.. А может да

Наэги кашляет, пытаясь скрыться за чашкой кофе, но всё попытки тщетны и розы рвутся наружу, принуждая его закрывать рот рукой и чувствовать как дрожат ноги, от его жалких попыток подняться. "- Ты заболел, Наэги?" - презрительно спрашивает наследник, брезгливо морщась и тоже держась за напиток, как за спасательный круг, но у него явно совсем другой повод. "- Так уйди и не заражай меня"?" - изменившимся, насмешливым голосом спрашивает счастливчик, начиная прикрываться достаным платком и бросая кроткий взгляд на ручку запачканной чашки, понимая, что пить из неё больше не стоит. По крайней мере, с этой стороны уж точно. А в другую разворачивать не стоит. Увидят. Тогами изумляется, слыша такую речь и не представляет, что даже примерно сказать, но низкорослому и не нужны ответы. Он просто вновь задаёт вопрос: "- Я ведь угадал, Тогами-кун? Ты это хотел мне сказать?" Блондин скидывает свои брови и чёрт бы его побрал, но Наэги точно уверен, что в жесте этого человека впервые не было высокомерия. Это бред или реальность, и их ситуации станет хуже? Академия рухнет под ними и они умрут раньше, чем совершится новое преступление? "- Нет, балбес. Я просто хотел сказать, что тебя вылечу" "- Просто?" - платок перемещается к носу, но держат его так, как будто всё совершается ненамеренно "- С каких пор Абсолютный Наследник делает всё так просто и безвозмездно? Скажи ещё, что никогда мне этого не припомнишь и ничего с меня не возьмёшь" "- Скажу ещё, чтобы ты шёл переодеваться и в душ. Поскольку я не намерен отвлекаться на ожидания тебя из ванной, когда приступлю к лечению. И запомни: мойся будто в последний раз. Тщательно и будто бы напоследок" Какая истина в его словах. Вот кто настоящий прорицатель заместо Хагакурэ-куна. "- Как щедро с твоей стороны предупредить о таком, Тогами-кун. Ещё бы пальчиком погрозил бы на "запомни.." и прочим. Эффектней бы выглядело. И ты перепутал порядок фраз" "- Наэги!" "- Я понял, Тогами-кун" - уже оказавшийся в полоборота у входа счастливчик уходит совсем, напоследок засовывая руки в карманы и усмехаясь тому, что пальцем всё-таки погрозили, когда подскочили с криком фамилии, а когда он уже идёт по коридору, наследник быстро и пренебрежительно выдёргивает перчатку из своего внутреннего кармана костюма и не надевая её на руку, а держа всего двумя пальцами, начинает изучать привлёкшую чашку ушедшего, поведением с которой он заработал всё внимание, прямо как с другой посудой на протяжении всей недели, и на которой оставил разбавленно-земляной след, будто бы стёртой, серой грязи. ******************** Странно, но едва они приступили к лечению, ситуация стала хуже. Макото почти не вставал, и слёг с высокой температурой и широкой улыбкой, настолько не соответствующей всей ситуации, что Тогами часто орал, называя его симулянтом, но в итоге сжимал кулаки и сдавался, стоя полностью красным от гнева и некого стыда, поскольку улыбка так и не сходила с лица шатена, а его коричневые глаза начинали излучать какую-то тёплую радость. "- Зачем меня лечить, Тогами-кун?" - в один из таких дней спросил заболевший, когда блондин забыл о своей гордости и приличии, начиная отбирать одеяло у замёрзшего тела и лезть под кофту, обработанными спиртом руками. Естественно, сопротивления не было. "- Потому что ты заболел, идиот" - огрызнулся самоназванный доктор "- Мне не нужны ещё одни потери в этом мерзком лагере, надоедливых Абсолютных, с низчайщими талантами мира" Макото покачал головой, переводя бездумный взгляд на занятого собеседника: "- Ты растираешь? Почему я не чувствую?" Тогами сжал зубы и не ответил. "- Я просто хочу сказать, что тебе не нужно лечить меня, Тогами-кун. Потому что ты сам моё лекарство" Это было сказано мягко, без предисловия, но прошибало на пот и казалось странным. Это вызывало дрожь и вздрогнув от этого, Бьякуя слегка поднял голову, смотря на однопленика сквозь стёкла сползщих очков. Тот вызывал жуть более широкой улыбкой, при этом ясно давая понять, что уверен в своих словах и они никакой не бред, что делало только ужаснее, ведь блондин не знал что ответить и как это понять. "- Не догадался, Тогами-кун?" Синеглазый проигнорировал снова. "- Ты слыхал о Ханахаки?" ******************** Голубые глаза странно мелькают перед взором, словно испорченный телевизор. "- Ты ещё жив?" Макото открывает глаза, надеясь на стакан воды для больного горла, пересохшего от дыхания ртом, но разочаровывается, видя что посетитель пришёл без него. "- Видимо жив" "- А может ты симулянт?" "- Опять начал? Хватит, надоел уже" Блондин сердится, но чутка теряет злость. Видимо слова сбили с него негатив. "- Прости, но ты умрёшь" От жара больной выдыхает, создавая иллюзию в глазах здорово, видящего горячий пар изо рта, словно они стояли на холоде, причём очень сильном. Наследник впервые радуется, что носит очки. За стёклами не видно борьбу души, чувств и сожаления, которые могли отобразиться в зрачках. "- Я знаю. Всегда знал, что ты не сможешь ответить обычному парню" Характер изменился уже безвозвратно, по крайней мере, в его ситуации. Настоящий Макото бы сказал ни одного слова таким обычным для людей тоном. Это составляющие девяносто девяти процентов непримечательного низшего слоя народа выделялся из массы своей добротой, которой пользовались как и у остальных, и своим тугодумием, но он имел заискивающий тон, не свойственные другим движения, такие как прикладывания руки к подбородку, когда лицо держалось задумчивым, а его поза столба во время разгадывания смысла улики на школьном суде была просто захватывающе красивой. Тогами не мог не признать. Это цепляло. Но думая о таких деталях, они вдруг казались обычными и отталкивали. Поэтому Тогами не может понять свои чувства и ответит. Поэтому Наэги умрёт, не получив лечения. "- Ты задумался, Тогами-сан?" "- Нет" "- В обычном состоянии сказал бы, что всё время думаешь" "- Пц. Конечно. Я же умнее" Каштановый улыбается спокойной улыбкой. Так жаль, что раньше он делал это меньше. "- Это было бы отличное окончание жизни" Смотрит на штору, подходящую под цвет его кофты. Тогами резко хочет на него наорать, чтобы он разделся, не нагоняя температуру. "- Зато с твоей смертью мы можем узнать куда деваются трупы" "Ответная усмешка": "- Рад, что такой обычный парень может оказаться полезным" ************************* "- Сколько ты уже болеешь?" "- Пятнадцатый месяц" "- Я читал, что люди с синдромом ханахаки имеют максимум жизни четырнадцать месяцев. Видимо тебе повезло" "- Впервые оправдал написанное в письме" - губы слабо, но тепло поднялись. "- Абсолютная Надежда" "- Там было написано, что счастливчик" "- Тц. Подразумевалось, что другого от Абсолютной Надежды ожидать и не стоит" "- Прости" Макото запустил камень в море, отбивая им "блины", потонувшие на середине. "- Может слишком тугодумные идиоты не умирают?" "- Ты же слышал, что сказала Эношима-сан перед смертью" Очкастый смотрел на него вполоборота головы, изображая надменную позу со скрещенными руками, чтобы казаться обычным, не выдавая своего беспокойства за товарища. "- Если ты не умрёшь сейчас, то…" "- То смерть всё равно наступит от отсутствия взаимности, либо от загрязнённого воздуха остатков мира" "- Если мы выйдем на Фонд Будущего, чью волну словили по радио.." "- Воздух меня не спасёт, гхееее" Смотря на отплёвывающиеся цветы с примесью крови, наследник не понимает, почему до сих не исполнил данное себе обещает помочь всем выжившим, после спасения из школы. Конечно, он не виноват в этом. Никто не виноват, если не может ответить взаимностью. Но его совесть перед собой была бы чище, если бы не сомнения насчёт взаимности. Вроде везунчик привлекает, но вроде на него насрать, если тот не проявляет симптомы и старается вести себя как до болезни, для спокойствия и непонимания других. Даже детектив до сих пор не узнала суть заболевания. Кашель парень проглатывает мастерски, а проростки цветов скрыты под одеждой, покрыты бинтами, сбриваются бритвой каждую ночь на стоянке около очага огня. "- Прости, что не смог ответить. Я ломаюсь и я.. Возможно я смогу" "- Твоё сомнение, насчёт моей любви. Самое лучшее, что я мог получить за жизнь" - он мечтательно отвлёкся от моря, устало-мудрёно посмотрев на Тогами "- Если я не успею, то найди мою семью сам. Скажи Комару, что брат её любит" - он разлёгся на камне, в форме звезды, до наступления нового дня закрывая глаза "- Тем более, она давно хотела с тобой познакомиться, с пяти лет читая "Форбс". Может хоть с ней у тебя что-то сложится" - "помолчал, улыбнувшись" "- Только не выдавай меня Токо" "- Обязательно не выдам" - с горьким сожалением подтвердил Бьякуя, завязывая ещё один узел запутанности любви и привязанности, поскольку лучи начинающегося заката красиво освещали удивительно здоровое на вид лицо "- Проснись на утро, Макото Наэги" - тихо добавил он.