Holding the world in my hands

Лань Сычжуй избегал взгляда приемных родителей, с нетерпением ожидая их ответа. Их продолжительное молчание, похоже, не сулило ничего хорошего. Они не собирались давать им своё благословение? Но они ведь были счастливы, когда он и Цзинъи начали встречаться. Женитьба была лишь следующим логическим шагом в их отношениях… Лань Цзинъи всё ещё не разгибал поклон, когда Лань Ванцзи наконец заговорил. — Когда вы собираетесь жениться? — спросил он и Цзинъи, наконец, разогнулся и сел на пятки. Он был удивлён, увидев, что на глаза Вэй-цзяньбэя навернулись слёзы. Цзинъи неуверенно посмотрел на Сычжуя. — Сначала мы думали пожениться летом, но тогда моя мама не сможет присутствовать на церемонии. Так что середина осени или начало зимы были бы лучшим вариантом для нас. — Мгм, это невозможно, — заявил Лань Ванцзи, и оба мальчика потрясённо посмотрели друг на друга. — Ханьгуан-цзюнь, — предупредил Вэй Усянь, по щекам которого действительно текли слёзы. Он схватил руку мужа и обнял её. Конечно, и Сычжуй, и Цзинъи были недовольны таким ответом. — Отлично. Тогда мы собираемся сбежать, — выпалил Цзинъи, Сычжуй кивнул. Вэй Усянь рассмеялся, прежде чем снова заплакать. Такая эмоциональность Старейшины Илин немного нервировала. — Вы не будете сбегать, — холодно ответил Лань Ванцзи, убедившись, что с мужем всё в порядке. Лань Сычжуй сглотнул. — Говорит тот, кто именно так и сделал, — мятежно заявил Цзинъи, скрестив руки на груди. — Муж мой, — умоляюще начал Вэй Усянь. Лань Ванцзи глубоко вздохнул. — Мгм. Вэй Усянь улыбнулся Лань Чжаню, и схватил Сычжуя за руку. — То, что ваш Ханьгуан-цзюнь пытается сказать, не значит, что мы не одобряем вашу свадьбу, — мягко начал он, оба мальчика вздохнули с облегчением. — Конечно, мы рады этому и будем рады присутствовать на церемонии, если вы пригласите нас, но поздняя осень и начало зимы для нас не подходят. Сычжуй нахмурился. — Вы будете на ночной охоте? Разве её нельзя отложить? В конце концов, если мать Цзинъи будет присутствовать на церемонии, он хотел бы, чтобы его отцы тоже были там. Вэй Усянь усмехнулся им обоим. — Цзинъи, Сычжуй, мы пока не хотели рассказывать вам об этом, потому что всё это для нас очень неожиданно, но мы с вашим Ханьгуан-цзюнем ждём ребенка. Лань Цзинъи выглядел впечатлённым. — О, так вы собираетесь усыновить нового ребенка? — Нет, он прямо здесь, — просиял Вэй Усянь, показывая на свой живот. Оба мальчика растерянно посмотрели на Лань Ванцзи. Тот же просто обнял Вэй Усяня за талию и притянул ближе. Лань Сычжуй недоуменно нахмурился. — Но как? Лань Цзинъи покачал головой. — Сычжуй, я же говорил тебе, что прикасаться к налобным лентами друг друга очень рискованно! Услышав это, Вэй Усянь так громко захохотал, что почти упал с колен мужа. Лань Ванцзи аккуратно притянул его обратно. — АХАХА, ты правда думаешь, что младенцы зачинаются от прикосновения к ленточке? — Пап, ты что, шутишь? — спросил Сычжуй несколько минут спустя, когда Вэй Усянь наконец насмеялся вволю. — Нет, — через некоторое время ответил Лань Ванцзи. Это значило, что слова Вэй Ина всё же правда — Лань Ванцзи был не из тех, кто шутит над такими вещами. Откровенно говоря, Лань Ванцзи вообще не был из тех кто хоть над чем-то шутит. Сычжуй нахмурился. — Это значит… — Это значит, что у тебя будет младший братик или сестричка, А-Юань! — взволнованно сказал Цзинъи. — Именно поэтому я сейчас так эмоционален и хочу пресной ланьской еды, — заявил Вэй Усянь, который, казалось, был на грани того, чтобы снова заплакать. Лань Ванцзи нежно поцеловал его в макушку. — Мы обсудим ваши свадебные приготовления в ближайшее время, мальчики, а пока вы должны оба возвращаться в свое общежитие. В противном случае вас обоих накажут за то, что вы вышли на улицу после комендантского часа, — предупредил Вэй Усянь, и оба парня улыбнулись друг другу. — Спасибо, Ханьгуан-цзюнь! Спасибо, Вэй-цзяньбэй, — пробормотали оба мальчика, вставая. И, несколько раз поклонившись из уважения, взявшись за руки, вышли из Цзинши. Как только они вышли на улицу, Лань Ванцзи осторожно вытер слёзы, что всё ещё были в уголках глаз его мужа. Затем Вэй Усянь приподнялся и нежно поцеловал мужа в губы. — Итак, что мы делали, прежде чем они нас прервали? — вслух задумался Вэй Ин, прежде чем обнять мужа за шею. — Ах да!

***

Цзян Чэн отстранился от своего любовника и странно посмотрел на него. — Что ты только что сказал? — Я сказал, что Вэй-сюн ждёт ребёнка, — повторил Не Хуайсан, мягко улыбнувшись Цзян Чэну, вплетая пальцы правой руки в его влажные волосы. — Я мог бы спросить его, как ему это удалось, и, может быть, мы могли бы попытать счастья и посмотреть, что небеса припасли для нас, да? Цзян Чэн тупо уставился на него и замер. Не Хуайсан несколько секунд вопросительно смотрел на него, а затем хихикнул. — А-Чэн, я не прошу о такой маленькой армии, как мечтает Вэй-сюн! Для меня вполне подойдет один или два наследника. Если Лань Ванцзи сумел это сделать, я уверен, что уж Саньду Шэншоу точно сможет дать мне такую ​​возможность. — Ты в своем уме? — Спросил Цзян Чэн, скатываясь с него. Не Хуайсан нахмурился, садясь на кровати. — Нет, почему? — Вэй Усянь — идиот, если позволяет Лань Ванцзи делать с ним что-то подобное, — выплюнул Цзян Чэн. Не Хуайсан натянул на себя одеяло выше, будто желая скрыть своё обнажённые тело, прежде чем быстро собрал волосы в беспорядочный пучок и скрестил руки на груди. — Я понимаю. Для нас нормально кататься в простынях, когда ТЕБЕ захочется, но не дайте небеса мне ожидать чего-то ещё от этих отношений, верно? — Сказав это, он взял свой сложенный веер и начал яростно обмахиваться. Чжэнгуй, который всё ещё сидел на своем насесте у окна, наклонил голову и перестал петь, чтобы с любопытством посмотреть на них. Цзян Чэн громко застонал, закатил глаза, встал и начал быстро одеваться, чтобы через минуту вырваться наружу.

***

Ещё едва взошло солнце, когда Цзян Чэн без предупреждения ворвался в Цзинши, выглядя ещё более злым, чем когда-либо. Он так грубо распахнул дверь, что удивительно, как она не сломалась. Лань Ванцзи, занятый проверкой работ учеников за своим столом, бросил на него убийственный взгляд, который заставил бы любого выйти из комнаты, но Цзян Чэн лишь без колебаний вошёл внутрь. В конце концов, Лань Ванцзи с самого начала не впечатлял его. — Привет, Цзян Чэн, — сонно поприветствовал его Вэй Усянь, садясь на постели, чем сразу снял часть напряжения. Вероятно, только поэтому Лань Ванцзи не вытащил Бичэнь из ножен, а Цзыдянь всё ещё был кольцом. — Ты с ума сошел? — Зашипел Цзян Чэн. Лань Ванцзи вернулся к проверке работ, но по-прежнему внимательно следил за шиди своего мужа. — Ну, я регулярно теряю рассудок, но пока ум мой ясен, — нахально ответил Вэй Усянь, что, конечно же, заставило Цзян Чэна громко застонать и броситься на него. В одно мгновение Лань Ванцзи поймал Цзян Чэна за край ханьфу. От мордобоя их отделяло буквально мгновение, но Вэй Усянь быстро встал с кровати, чтобы предотвратить драку между ними. Он показал язык своему брату, который закатил глаза и скрестил руки на груди, и поцеловал своего мужа в щёку, попросив того принести ему ещё немного того отвратительного пресного супа, который должны были подавать на последнем заседании совета орденов. Конечно, Лань Ванцзи, идеальный любящий муж, сделал именно то, что его просили. Правда, только после того, как Вэй Усянь заверил его, что брат не собирается убивать его в следующие пятнадцать минут или около того, игнорируя не согласного с этим Цзян Чэна. — Цзян Чэн, что тебя так беспокоит? — Спросил Вэй Усянь, как только его муж ушёл за отвратительным супом. Он сел на пол и жестом велел шиди сделать то же самое. Цзян Чэн избегал его взгляда. — Это правда, что ты беременен ребёнком Лань Ванцзи? — Что? И почему я подумал, что Не-сюн собирается сохранить мою тайну, — надулся Вэй Усянь. — Его проклятая птица сказала мне, — поспешно ответил Цзян Чэн. Несмотря на то, что он был зол на Не Хуайсана, Цзян Чэн поклялся, что не раскроет секрет никому другому. По его мнению, обвинять Чжэнгуя всегда было лучшим решением, да и его шисюн, казалось, всё равно ему верил. — Так как и почему? Вэй Усянь пожал плечами. — Почему нет? А насчет того, как, я тоже до сих пор не понимаю. Но поверь мне, я скоро найду ответ. Цзян Чэн, похоже, не очень обрадовался, услышав это. — Ты — идиот! Мужчинам нельзя носить детей. Как ребенок вообще выйдет? — Ничего страшного, меня просто вскроют. Перестань обо мне беспокоиться, — Вэй Усянь поцеловал брата в лоб. — Разве ты не рад, что у тебя появится ещё один племянник или маленькая племянница? — Ты тупица, — ответил Цзян Чэн, несильно хлопая его по голове. — Разве ты не можешь хоть раз сделать что-нибудь нормальное? Вэй Усянь в отместку хлопнул брата по спине. — Нет, не могу, — подмигнул он. — И поэтому ты так меня любишь.

***

Позже, после того, как совет, наконец, подошёл к концу, все главы орденов собрались перед Ханьши, чтобы попрощаться. Ученики их орденов собирали их последние вещи. Лань Цижэнь смотрел на своего племянника и своего несчастного племянника, умудрившегося жениться на ходячем бедствии, пока задумчиво кивал тому, что говорил ему глава Оуян. Вэй Усянь и Цзян Чэн сейчас спорили о чем-то, как делали почти всегда. Не Хуайсан со своим любимым веером в руке и драгоценной птицей на плече надменно прошёл мимо них. Конечно, Вэй Усянь, который не знал, что его брат и лучший друг тайно встречаются и находятся прямо в разгаре ссоры, жестом пригласил своего лучшего друга подойти, что Не Хуайсан и сделал, намеренно проигнорировав присутствие Цзян Чэна. Чжэнгуй посмотрел на Цзян Чэна одним глазом, но тот даже не заметил этого, чувствуя как при виде любовника кровь начинает течь быстрее. — Не-сюн, мне так грустно видеть, что ты уже уходишь. Я надеюсь, ты вернешься поскорее, — заявил Вэй Усянь. Лань Ванцзи кивнул, хотя, похоже, не был слишком расстроен, увидев, что лучший друг его мужа уже покидает Облачные Глубины. В конце концов, Вэй Усянь и Не Хуайсан вместе могли много чего натворить и было очень удачно, что на этот раз они нарушили всего несколько сотен правил. — Что ж, нам обязательно нужно сходить в тот магазин в Цинхэ, о котором я тебе рассказывал, — ответил Не Хуайсан, прежде чем они оба начали истерически смеяться. Цзян Чэн закатил глаза и пошёл прочь от них, прекрасно зная, что в малоизвестном магазине, на который они ссылались, продавали интимные товары. Он просто ждал, пока глава ордена Яо и глава ордена Чжу закончат разговор с Лань Сичэнем, чтобы он мог с ним попрощаться и покинуть Облачные Глубины поскорее. Цзян Чэн подумал, как было бы хорошо побыстрее вернуться в любимую Пристань Лотоса, когда почувствовал, как что-то ударило его в затылок, почти сбивая с ног. Это был Чжэнгуй, который почему-то решил покинуть плечо своего хозяина и вместо этого приземлиться ему на макушку. Цзян Чэн застонал и попытался согнать его, но проклятая птица, всегда ненавидевшая его, попыталась клюнуть руку и пребольно впилась когтями в кожу головы. Чжэнгуй даже рассмеялся, реалистично имитируя Вэй Усяня, и почти все остановили разговоры, чтобы с трепетом послушать это. — Глава ордена Цзян, вам нужна помощь? — спросил глава Яо через несколько секунд, что спровоцировало настоящий ад. — О-о-о-о-о, глава ордена Цзян, — проворковал Чжэнгуй, несколько глав начали неловко кашлять. О, Цзян Чэн действительно собирался убить эту птицу, если она немедленно не заткнётся! Конечно, Чжэнгуй, предугадав, что собирается сделать Цзян Чэн, взлетел. Время, казалось, на мгновение остановилось, пока птица смотрела на Цзян Чэна, а Цзян Чэн смотрел на неё. Чжэнгуй открыл клюв, чтобы сказать что-то ещё. — О-о-о-о, да, глава ордена Цзян, Саньду Шэншоу, твой Сан-Сан очень скучал по тебе, — промурлыкал Чжэнгуй. Где-то позади у главы ордена Яо, казалось, случился сердечный приступ. — О-О-О-О… Да. Да. ДА. ПРАВИЛЬНО ТАМ, А-ЧЭН! Все удивлённо разинули рты, шокировано смотря друг на друга. Все, кроме Вэй Усяня, который начал смеяться, почти падая на землю от хохота.