Первая глава.
23 марта 2021 г., 00:36
Холодно. Морозный, пронизывающий ветер чувствуется даже сквозь куртку, пробирается к шее через не застёгнутый ворот, задувает в уши. Если бы юношу, стоящего на карнизе, волновало бы хоть что-то, кроме того сколько он будет лететь до земли, то он бы, наверное, посетовал, что завтра непременно появится боль в горле, и нос будет заложен ещё минимум неделю.
Здесь, на балконе шестнадцатого этажа, ветер сильнее, чем внизу. Слышен неустанный поток машин, опустишь взгляд и сможешь насладиться его красотой – ночь, разноцветная полоса мчащихся куда-то автомобилей, среди грязного, серого убожества середины зимы, когда снег выпадает редко, а те сугробы, что лежат во дворах и вдоль дорог, слишком напоминают кучи мусора. Слышна вечеринка в одной из ближайших квартир. Парень зябко поёживается. Слышно как открывается дверь в квартире, где идёт вечеринка. Задумчивость молодого человека сменяется решимостью, и он уже было хочет шагнуть вниз, но тут на балкон входит парень в серой толстовке, на которой нарисован дементор, а под ним: «Шоколадку хочешь?». Это сбивает с толку. Парень присаживается на карниз, пара движений, в руках появляются пачка сигарет и зажигалка. Щелчок, лицо сидящего на секунду освещает вспышка пламени. Насмешливый взгляд кажется издевательским.
– Самоубийство не выход, – жадный затяг.
– С чего ты взял?
– Думал об этом много, – ещё затяг. – Будешь? – протянутая пачка.
Быстрый кивок. Шаг обратно, на балкон.
– Лёша.
– Максим.
Вместо протянутой правой руки – пачка Winston. Вместо крепкого рукопожатия – дрожащие от холода тонкие пальцы, достающие сигарету. Зажечь не получается ни с первого, ни с третьего раза, ветер с упорством Минздрава не даёт закурить. В конце концов, Лёша не выдерживает – выхватив сигарету, прикуривает от своей и суёт обратно.
– Спасибо.
Мягкий кивок головы, всё тот же насмешливый взгляд.
– Расскажешь?
– О чём?
– Ты не просто так сюда пришёл.
– Сигареты закончились. Чем не трагедия.
Лёша фыркнул.
– А если серьёзно?
– Смысла не нашёл.
– В чём?
– В жизни.
И тут парень начинает хохотать. Громко, беззаботно, будто рядом с ним сейчас не стоит несостоявшийся самоубийца и не рассказывает о причинах своего решения. Он вроде успокаивается, поднимает взгляд на Максима, видит в глазах того непонимание вперемешку с серьёзностью, и снова начинает смеяться.
– Серьёзно? Нет, правда? Дитё, тебе лет сколько? Я понимаю, если бы тебе было лет сорок, тогда – да, депрессия и прочее на тему: «Смысла в жизни нет», но сейчас-то?! Ты сейчас вообще об этом думать не должен. Я знаю ваш возраст, тебя от таких мыслей должно отвлекать всё, что движется. И вообще, ты…
– Так говоришь, будто тебе сорок! – огрызается в ответ Максим. И задаётся вопросом, почему не злится на незнакомого парня, который учит его жизни? Сколько криков было, когда подобным занимались кто-то из его знакомых, а здесь лишь лёгкая обида, и то из-за напоминания о возрасте.
– Мне 21, ребёнок, – ухмыляется Лёша. Макс присматривается. «Мда, он может меня поучать, сколько ему будет угодно, мило»
– Ты ненамного меня старше!
– Ага. Года четыре разницы. Всего-то.
«По мне что, так хорошо видно, сколько мне лет?!»
– С чего ты взял, что мне 17? Ты слишком самоуверен.
– На самом деле, ты выглядишь, лет на пятнадцать, но тогда ты бы не решился на столь отчаянный поступок, да и из дома тебя бы никто так поздно не выпустил, – снова ухмыляется, в глазах плещется смех.
– А если предположить, что моим родителям глубоко плевать, где я и что со мой?
– Пфф, посмотри на себя! Чистая, далеко не дешёвая одежда, наушники, очки в дорогой оправе. Твои родители тебя, небось, на руках носят! Не уверен, но, возможно, именно сейчас твоя мама обзванивает всех твоих друзей, а папа все морги и больницы, потому что твой телефон не отвечает. Так ведь?
– Нет. Я сказал, что ночую у друга, и мама, после долгих уговоров, согласилась меня отпустить.
– Не боишься, что она позвонит другу, и его мама тебя выдаст?
– Не выдаст. Она думает, что я у отца. А друг – что у девушки.
Лёша снова начинает хохотать.
– А девушка?
– А девушки нет. Я – гей.
– Как у тебя всё запутанно, противный! – Лёша резко меняет голос, делая его очень высоким на последнем слове, словно гей из дебильной американской комедии, и снова смеётся.
А Макс, видя веселящегося парня, не может сдержать улыбки. Тема развода родителей до сих пор была для него болезненной, а о его ориентации вообще никто не знал, но с Лёшей ему почему-то было легко обсуждать эти темы. Он чувствовал, что этому человеку может рассказать обо всём, и тот его поймёт.
– Холодно, – наконец отсмеялся Лёша, – пошли ко мне, выпьешь.
– Я сюда не просто так пришёл.
– Ты не знал, в чём смысл жизни? Я тебе расскажу.
***
Квартира оказалась типовой студией, правда несколько больше размером, чем обычно. Сразу за входной дверью гостиная. В левом углу Макс разглядел небольшую кухню, отделённую от основной комнаты, барной стойкой. Внутри было шумно – повсюду были люди. Максу казалось, что здесь было как минимум полгорода, хотя он прекрасно понимал, что маленькая квартирка не вместила бы столько. Люди сидели, стояли, пели, танцевали, пили. Какое-то существо, неопределённого пола, с огромной серьгой в ухе и миловидным личиком, но абсолютно плоское и в мужской одежде, сидя на подоконнике, невозмутимо поглощало целый торт в одно лицо. Максиму почудилось, что он разглядел кадык на тонкой шее существа, но тут кто-то перекрыл ему обзор. В правом углу он заметил, даже на вид очень удобное, кресло, в котором, не обращая внимания на шум, безмятежно спала…скала. По-другому этого парня было трудно описать. Это была огромная гора мышц, затянутая в чёрную водолазку и чёрные же джинсы. Лицо его закрывали ярко рыжие до плеч волосы. Больше разглядеть кого-то достаточно хорошо Максу не удалось, Лёша уверенно тащил его к двери справа, на ходу здороваясь с людьми. Он открыл дверь, пропуская Максима внутрь и заходя следом. В комнате было темно, но это быстро исправили хозяин комнаты и выключатель. – Почему здесь никого нет? – спросил Макс. – Это моя квартира, но не моя вечеринка. – Разве? – Я не люблю шум и большое скопление народу. В отличие от моего брата. – Здесь две кровати, это и его комната тоже. – Он не часто здесь ночует. Я уверен, что и сегодня уйдёт. Может, с кем-нибудь, кто не захочет прекращать вечеринку, в клуб. Может, с девушкой, которая не знает, что это его квартира, к ней. – И часто он устраивает подобное? – Макс неопределённо махнул рукой в сторону двери. – На самом деле, нет, раза два в месяц, – Лёша шагнул ближе, и Макс поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Они были тёмно зелёные, с яркими коричневыми прожилками. – Почему мы стоим? – спросил Лёша, резко делая шаг в сторону и подходя к дивану, на ходу снимая толстовку, под которой оказалась синяя футболка, обтягивающая мускулистые плечи. – А? Что? – Макс, будто выпавший на пару минут из реальности, захваченный взором Лёши, вернулся на грешную землю. – Садись, говорю, – глаза у Лёши, снова насмешливые, будто не они минуту назад были в паре сантиметров от глаз Макса. – Ты что– то говорил о выпивке, – Максим специально садится на кровать, почему-то сидеть на небольшом диванчике, прижимаясь бедром к бедру Лёши, кажется не лучшей идеей. – Да вот подумал, не мал ли ты для неё? – ухмыльнулся Лёша. – Не думаю, что ты здесь что-то решаешь, – произносит Максим, вставая и снимая с себя куртку. Он кинул её на кровать и, практически бегом, вышел из комнаты. – Эй! Куда?! – доносится из-за закрывающейся двери. Макс пробирается сквозь толпу, направляясь к той самой барной стойке, привлёкшей его внимание вначале. Там чего только не стояло: неопределённое количество коньяка, разнообразной степени стоимости, три или четыре бутылки мартини, три полупустых ящика с пивом, а так же невообразимое разнообразие вина, и красное, и белое, и сухое, и сладкое, и полусладкое. Макс потянулся к единственной и, почему-то, ещё не открытой бутылке виски, когда к нему подошёл молодой человек, сильно напоминающий Лёшу. – Добрый вечер, – сурово произнёс он. – Здравствуйте, – вежливо ответил Максим. – Ну и кто ты такой? – всё так же сурово спросил незнакомец. – Человек, – попытался пошутить Макс, которого, на самом деле, до чёртиков раздражал этот парень. – Вижу, что не пчела. Ты откуда тут взялся? – собеседник просто отказывался поддерживать нормальную беседу, очевидно желая нарваться на драку. – Прилетел, блять, – огрызнулся окончательно выведенный из себя Максим. – Пришёл. – Я последний раз спрашиваю, – начал было раздражающий фактор, но тут к ним, щуря карие глаза, подошло то самое существо с подоконника. – Павел, успокойтесь! Я видела, его привёл Алекс, минут десять назад. «Кто? Алекс? Это вообще…стоп. Лёша. Алексей. Алекс. Понятно». – Он же покурить выходил?! Когда он успел… – Я откуда знаю? – меланхолично произнесло существо. Хоть оно и говорило о себе в женском роде, Макс почему-то всё ещё сомневался в половой принадлежности Этого. – Может, я всё-таки пойду, – устало спросил Максим, хватая ближайшие два стакана с толстым дном, бутылка уже была у него в руках. – Иди, иди, – всё так же хмуро произнёс Павел. – Сходи с ним до Алекса, уточни, на всякий случай. – Я тебе что, почтовая сова, посылки относить? – вроде возмутилось существо, но как-то безразлично, и спокойно пошло в комнату. Макс оглянулся, чтобы увидеть реакцию Павла на такое заявление, но тот уже скрылся в толпе. – Что-то ты долго,– сообщил Лёша открывшейся двери. – О, Ирка, ты тоже здесь? – он с улыбкой обнял меланхоличное существо, которое, казалось, проснулось при встрече с ним. «Всё-таки девушка» – усмехнулся Макс. – А ты чё встал? Стол вон двигай, – Лёша махнул в сторону журнального столика, стоящего у стены, и обратился к девушке. – Ты когда прилетела? Почему я не знаю?.. Максим подвинул стол к дивану и открыл бутылку. – Лёша, прошу прощения,– прервал он их беседу, замечая мимолётную складку между бровями парня,– но могу я задать Ире один вопрос? Лёша расхохотался. – Смотри, каким вежливым стал! Да, пожалуйста! – Ира, я очень извиняюсь, но следуя из вашего имени, я решил, что вы – девушка, но, – глаза Иры блеснули, – по вашему внешнему виду сложно опознать ваш пол, вы..? – Ой, какой ты сейчас ей комплемент сделал! Ира улыбнулось. – Я – девушка. Просто, как и многие лесбиянки, я предпочитаю выглядеть не как девушка. – Оу, – Макс хлебнул из горла. – Алекс, где ты его откопал? Кстати, он чуть не подрался с Павленко – твой братик не видел, как ты его привёл, хорошо я была рядом и сообщила ему, что это – твоя новая пассия. – Кто?! – в один голос воскликнули парни. Правда это Лёша воскликнул, а Макс пробулькал и закашлялся, потому что опрометчиво хлебнул виски. – Ой, да ладно вам! А то я не вижу! – Я с ним на балконе познакомился полчаса назад, какая нахрен пассия?! – возмутился Макс. В то время как Лёша воскликнул: – Он несовершеннолетний, это незаконно! – О, так ты всё– таки хочешь его трахнуть, раз успел подумать об этом, да, Алекс? – в глазах Иры блеснул дьявольский огнь. – Да и к тому же, можно встречаться и без ебли. – Это не отменяет моего довода! – Макс скрестил руки на груди, встав, как ему показалось, в независимую позу, но удачно прикрытые отросшей шевелюрой уши запылали. – Ну, этого я не могла знать заранее, согласись. К тому же, что ещё я могла подумать, когда увидела, как Алекс, держа за руку симпатичного паренька, со всей своей прытью тащит его к себе в комнату. Лёша был не так удачлив, из-за коротко остриженных волос, его красные уши были прекрасно видны. Он отобрал у Макса бутылку, и, плеснув в один из стаканов немного, разом осушил стеклянную посудину. Потом налил туда ещё, на два пальца, и сел на ближайшую кровать. – Будешь? – спросил Макс у Иры, отбирая бутылку обратно. – Не, мне ещё Белку домой везти, к тому же я пью абсент. – Он тоже здесь? Блять, в каком космосе я сегодня? – задумчиво протянул Лёша. – От него мозги плавятся, ты знаешь? И…Белку? – Видел парня в углу, в кресле? Макс кивнул. – Вот это и есть Белка, – улыбнулась Ира. – Надеюсь, объяснять, почему Белка, не нужно? Макс улыбнулся в ответ, качая головой. Ира повернулась к Лёше. – А по поводу твоего космоса, хоть бы познакомил с собственной вселенной. – Что?! – снова воскликнул Лёша, Макс отчётливо понял, что, в присутствие Иры, они будут слышать намёки на их отношения ооочень часто. – Максим, – он протянул Ире руку, та схватилась за неё и дёрнула его на себя, обнимая. Чмокнула в щёку, один из коротких тёмных локонов пощекотал висок, зашептала на ухо: – Лови – парень хороший, – и уже громко, отпуская, – поеду я, Белке завтра на работу рано вставать. – Подожди, я с тобой, – вскочил Лёша. Обернулся к Максу, – обидишься, если оставлю на пару минут? – Вали уже.***
Максим был уверен, что ждать ему придётся около получаса, поэтому, не испытывая никаких угрызений совести, залез в карман лёшиной толстовки, присваивая себе ту самую пачку Winston и зажигалку. Окно открылось на удивление просто, не смотря на устрашающую ветхость. Макс уже доставал сигарету, когда вернулся Лёша. – Чё это ты удумал? – сощурил он глаза. – Покурить, – не понимая возмущения Лёши, ответил Макс. – А вот как ты думаешь, я зачем на балкон попёрся, если бы мог здесь покурить? – Ох, я как-то не подумал…извини, – Максим опустил глаза, чувствуя себя нашкодившим ребёнком. – Ничего, – улыбнулся Лёша, и Макс как– то сразу успокоился, осознавая, что тот не сердится, и ничего страшного не произошло. – Просто привыкай, что в моей квартире не курят. Я имею в виду, внутри. – Я понял. – Пойдём, – Лёша пошёл на дверь, натягивая толстовку. Макс пошёл следом. – С ума сошёл?! – снова возмутился хозяин комнаты. – Ну что не так?! – начал заводиться Максим. – Блять, зима! Вот что не так! И тут до Макса дошло, что собрался выйти на улицу в тоненьком свитере. Он виновато посмотрел на Лёшу, а в голове мелькнула восторженная мысль: «Он заботиться обо мне!» – Пойдём, горе ты моё. Натянув куртку, Максим вышел вслед за Лёшей из комнаты, а потом и из квартиры, отмечая про себя, что народу стало намного меньше. Телефон, вытянутый из кармана, показывал 01:34. Всё понятно. Балкон оказался не пуст, там стояла какая-то парочка и целовалась. Максим хотел было извиниться за вторжение, но Лёша опередил его. – И что это мы тут делаем? Вас мама дома не потеряла, случаем? – тут Макс заметил, что парочка была младше его года на два, не меньше. – А ну кыш отсюда! Подростки бегом смелись с балкона. Уже затягиваясь, Макс услышал, как приехал лифт, и мелкие смылись совсем. – Ты не держишь своих обещаний, – произнёс он. – О чём ты? – спросил Лёша. – Обещал, что расскажешь, в чём смысл жизни. – О, я забыл, – Он замолчал, затягиваясь. Молчание длилось около пяти минут. Дотлевающие сигареты совершили то, что не сделал сегодня или, учитывая время, уже вчера Максим. – Алекс, – мягко позвал он. – Как ты меня назвал? – Алекс. – Почему? – Ты хмуришься, когда тебя называют Лёшей, хотя ты так представился. И ты спокоен, когда тебя называют Алексом, так что… – Я понял. Молчание снова повисло, но они не тяготило ни одного из них. Оно было мягким. Они наслаждались им, думая каждый о своём. – А смысл жизни в том, что она, слава Мерлину, когда-нибудь заканчивается. – Тебе надо меньше читать Гарри Поттера, тебе говорили?***
Тепло. Спокойствие и умиротворение распространяются по телу. Окружающие звуки постепенно и плавно вылавливают из сна, перенося в реальность. Из открытой форточки доносится шум просыпающегося города. Над ухом явственно ощущается чьё-то тёплое размеренное дыхание. Это первый звоночек на тему: «Сколько же я вчера выпил?». Чьи-то сильные руки прижимают его к груди. Именно осознание того, что в постели он не один, заставляют Макса проснуться окончательно. Незнакомая комната заставляет напрячь покалывающую голову, чтобы та вспомнила, как он здесь оказался. Воспоминания накатывают плавно, слава Мерлину, не шокируя. Мысленно поставив себе галочку не перенимать у Алекса страсть к гаррипоттеровским выражениям, Максим старается незаметно выбраться из тёплого кольца рук. Алекс хмурится и переворачивается на другой бок, но не просыпается. А Макс, довольный удачно проведённой операцией «Выберись и не разбуди», тихонько выходит из комнаты. Судя по тишине, стоящей вокруг, в квартире никого нет. Телефон, так и лежащий в кармане, сообщает, что сейчас десять утра. Макс скидывает другу смску – если мама позвонит, ей сообщат, что они ушли гулять. Сам пишет маме ту же информацию, надеясь, что ему звонить она не будет. Беспорядок, творящийся в гостиной-кухне, настораживает Макса. Почему Павел вчера не убрался здесь? Он напрягает не до конца восстановившуюся память и в голове всплывает, как вчера, точнее уже сегодня, около четырёх они остались в квартире вдвоём.***
Неожиданно раздался стук в дверь. В комнату просунулась голова Павла. – Алекс, мы уходим. Алекс нахмурился: – Куда ты сегодня? – в его голосе чувствовалась усталость, видимо подобное происходило довольно часто. – Парни рассказали о новом суперкрутом клубе. Ночевать останусь у кого-нибудь из них. Мне завтра в универ, так что буду вечером. Может быть. – Хорошо, – по Алексу было видно, что его не очень-то устраивает подобный расклад, но что делать. Голова Павла начала скрываться за дверью, – Эй! Я ещё не закончил! Если не придёшь хотя бы смску кинь, что добрался в универ благополучно и одним куском! – Не указывай мне что делать! – Если перестану тебя пинать, ты загнёшься где-нибудь в канаве, без денег и весь в грязи! – Не смей кричать на меня, я старше. – Ага, только вот почему-то я должен следить за тобой! – Всё, я ушёл! Громко хлопнула дверь комнаты, а после и входная. – Козёл, – мягко произнёс Алекс. – Мда. – Чё расселся, налей мне. Они так и уснули – вповалку на не расстеленной кровати.***
Кофе закипел и начал подниматься. Макс выключил газ и налил горячий напиток в нашедшуюся в одном из многочисленных шкафчиков жёлтую кружку-страхолюдину. Обернувшись к барной стойке, он обнаружил Алекса, восседающего на одном из стульев и поедающего бутерброды. – Я их так-то себе приготовил! – И тебе доброго утра. Кстати, ты бы не съел столько. – Ты меня плохо знаешь. – Я тебя хорошо вижу. Они бы в тебе просто не поместились, – после недолгой и довольно аккуратной борьбы, кофе всё же горячий, Алекс отобрал кружку и отхлебнул немного. – Шикарно! – Макс выливает оставшийся в турке кофе в смешную кружку с рожицей на боку. – Ты напоминаешь сварливую жену, – усмехнулся Алекс. – Ооо, после всего, что между нами было, ты обязан на мне жениться! – Что-то я не помню ничего такого, - сомневается Алекс. – Мы спали в одной кровати! И ты нагло преставал ко мне во время сна! – Ой, да не ври! – Я и не вру! Просыпаюсь я значит, и понимаю – меня кто-то лапает! – Чем докажешь? – Алекс склоняет голову на бок., словно птица. – В следующий раз всё на камеру сниму! – Сними, сними. Разговор отдаёт сюрреализмом и больно колется где-то в груди слева. Макс понимает, что два друга не должны общаться так, будто действительно живут в браке много лет. И уж тем более не должны так общаться два малознакомых парня, даже не смотря на то, что темы, которые они успели обсудить, были темами, которые не обсуждают даже с самыми близкими.***
Вечер наступает незаметно. День, проведённый за приготовлением еды, уборкой бесконечного количества мусора и даже просмотром какого-то фильма, кажется Максу одним из лучших в его жизни. Несколько раз звонила мама, Макс честно отвечал, что гостит у нового друга. Домой идти не хотелось. Рядом с Алексом он чувствовал себя как никогда легко и умиротворённо. Ему впервые в жизни казалось, что он дома. – Я так не хочу домой. – В чём проблема? Ты слышал Пашу, он сегодня не придёт. Оставайся. – Ну не знаю. Как-то неудобно… – Пфф, неудобно на потолке спать – одеяло падает, а всё остальное – удобно. Утром, оставив записку и номер телефона на журнальном столике, Макс тихонько, чтобы не разбудить мирно похрапывающего на диване Алекса, выскользнул из квартиры.
