Пусть не утихают дожди.

***       Я шла по серым улицам. Вдоль дворов, дорог и машин... В тот день дождь лил как из ведра. Он смешивался с запахом гниющих осенних листьев и это было точным напоминанием о пришествие ноября... Особо мерзкий и мёртвый месяц в году. Мне никогда не нравилась осень. Плохое время года. Мир просто готовится к холодному белому безумию с беспросветными снеговыми облаками... Да, в октябре оно так красиво пестрит жёлтым, красным и оранжевым, что даже не верится в это. Наверное, так всегда бывает перед смертью... В начале всегда должен произойти какой-то фурор, а потом просто сдохнуть...        Ледяные капли дождя омывали лицо, смешиваясь с солёными слезами, а в груди всё продолжало болеть. Эта боль была глубокой, саднящей, словно в сердце вонзили ядовитый кинжал, и так глубоко, что хотелось кричать. Я была словно в капкане этой боли. Клетка, из которой не выбраться.        Мой шарф стал мокрым не то от воды, не то от слёз, но это было не важно. Нужно было идти дальше. Ведь я сильная. Сильные люди всегда идут вперёд несмотря ни на что...        Обычные толпы зевак смотрели с сочувствием и неким интересом на мои покрасневшие глаза и щёки. Правда, мне не удавалось держать всё в себе больше, чем на пару минут, так как слёзы то и дело предательски вырывались наружу, прямиком из души. Через каждые пару метров приходилось заворачивать за какой-нибудь угол, чтобы выплакаться... Это можно было сравнить с обильным кровотечением, которое мне было не остановить...        Из кроссовок сочилась дождевая вода, и каждый шаг сопровождался характерным хлюпаньем и чавканьем. Они насквозь промокли, а ноги заледенели.        Пальцы на бледных ладонях каменели и краснели от холода, и прятать их в карманы было бесполезно. Мне очень хотелось в то место, где я бы смогла согреться... Наверное домой, но... Дома нет. Нет и не было...        Внов на трясущихся ногах я дошла до тихого места, где могла укрыться под каким-то козырьком у грязной двери подъезда... И тут поняла одну вещь: я здесь стою абсолютно не нужной. Никто не придёт и не станет моим "спасителем". Это никому не нужно. Я стою здесь, одна, и если я уйду под эту симфонию дождя, то никто этого не заметит. Если я сейчас заберусь на ту крышу, то никому не будет дело... Если я брошусь под машину, то обо мне забудут. Я...напрасно дышу.        Из глаз новым потоком хлынули слёзы. Уголки губ опустились вниз, а нижняя губа поджималась в попытках не закричать. Звучал лишь мой тихий..глухой стон..        Мне нет пути назад, я больше никогда не стану прежней после той ссоры. После её слов о том, что я не достойна любви,ти лучшим решением меня стала бы смерть... Я не прощу её, и если умру...не значит ли, что иду лишь на поводу? Да, нужно идти дальше...,но ради чего? Ради чего я должна? Наверное, ради себя. Никого больше нет здесь, кроме меня... Обязана ли стать счастливой? Да, обязана....        Я всегда это знала... Но принимать в такие моменты было невероятно горько...        Подняв голову в небо и тяжело вздохнув, мне стало легче, или показалось. В любом случае, мне нужно идти дальше.        Дальше, несмотря на то, как ноют, кровят и гноятся мои раны, то, как выбрасываются мои чувства... То, насколько сильно мне сейчас нужен кто-то... Знаю, однажды, это останется лишь неприятным воспоминанием из прошлого и всплывут, оставляя горький привкус на губах.        С этими мыслями, сжав кулаки, я пошла дальше по серым улицам, по осенним лицам, навстречу зевакам...

*** Парень с чёрными, как воронье крыло, волосами, удивлённо выпучил свои большие, глубокие тёмные глаза. Они были словно ночь, и всегда манили мой взор. Он потёр свои большие ладони, и встав со стула, подошёл ко мне. Я рассказывала эту историю со спёртым дыханием. Думала, ещё немного, и заплачу, но он нежно обнял меня за плечи и произнёс своим тёплым басом: "Прости меня! Прости за то, что я ничего не могу сделать." В его объятиях мне было так уютно, как никогда не было... Да, он не знал всего, что случилось и эти вещи произошли не по его вине, но он здесь,со мной и... Наверное я сейчас не одна. Он рядом...