His little secrets

Распределение первой из сестёр он благополучно пропустил. В то время, как Волшебная шляпа на весь зал провозглашала: — Эйлин Эванс. Гриффиндор! — Снейп вместе с мадам Помфри вёл стенающих от боли полтора десятка слизеринцев в лазарет. За десять минут до этого под восторженные крики учеников и гневный выдох преподавателей Джордж и Фред Уизли, только что распределённые на Гриффиндор и безмерно этому радующиеся, синхронно нырнули руками под мантии и запустили в потолок припасённые ещё из дома фейерверки. Однако, то ли ингредиенты были некачественными, то ли просто что-то пошло не так, но вместо «нежно мерцающих искр растворяющихся в воздухе с лёгким хлопком и оставляющих после себя запах влажной хвои» из узких трубочек близнецов выметнулись два столба ядовито-жёлтого пламени, которые, расплавив свечи, парящие под потолком, понеслись вниз в виде раскалённых брызг воска и остатков реактивов «Вниз» было, нарочно или нечаянно, на край стола слизеринцев. Гневно рыкнув и краем глаза заметив ещё какое-то движение из кучки оставшихся нераспределёнными первокурсников, декан факультета Слизерин Северус Снейп одним мощным прыжком перелетел стоящий впереди него длинный преподавательский стол и, ещё в полёте вытащив волшебную палочку, раскрыл над своими учениками тускло мерцающий защитный зонд. Но всё же часть реактивных и восковых капель успели поразить его подопечных. Бормоча исцеляющие заклинания вперемешку с шипящими ругательствами в адрес «рыжих идиотов», профессор Снейп в ожидании выбегающей из-за другого конца преподавательского стола мадам Помфри, выводил и строил плачущих от боли учеников в пары, механически принимая из их трясущихся рук небольшие зеленоватые флаконы. Когда последний из слизеринцев отдал ему пахнущий чем-то знакомым сосуд, профессор зельеварения заинтересованно убрал флакончик в карман, поставив остальные на стол. Худенькая черноволосая девочка спешно сгребла их в охапку и сунула в маленькую на вид сумочку под новенькой форменной мантией. — Выяснить позже… — Отметил в голове Северус и повёл пострадавших в лазарет. — Тихо! — Проревел за его спиной голос директора Хогвартса профессора Дамблдора. — Продолжаем распределение. Шумящие дети, мгновенно угомонившись и замолчав, опустились обратно на скамьи. Фред и Джорж, дружно юркнув в гущу новых сотоварищей, постарались затеряться в их рядах. Но не тут-то было… Первым им дали подзатыльники братья Перси и Чарли. Затем настала очередь новенькой. Услышав название своего факультета, та самая худенькая девчушка с пронзительными чёрными глазами и сурово насупленными бровями, откинув за спину копну угольно-чёрных волос, прошла к столу Гриффиндора и грозно окинула сжавшихся под её взором близнецов. — Вы хоть понимаете, что не сработай их декан так оперативно, пострадавших было бы гораздо больше? — Но Эйлин… — Попытались оправдаться мальчишки. — Я говорила, — девочка неумолимо надвигалась всем своим небольшим тельцем на долговязых братьев, а те опасливо жались к краю скамьи под сперва тихое, а потом всё более отчётливое, хихиканье остальных гриффиндорцев, — что эти салюты непроверенны. Ещё в поезде мы договорились, что вы сначала испытаете их во дворе, где нет людей. — Близнецы поспешно закивали, соглашаясь. — Остальное! — Эйлин требовательно протянула руку и в её ладонь опустились ещё несколько узких разноцветных трубочек. — Испытаем вместе. Потом. Ясно? И не сметь больше ничего без меня! Припечатав ребят этим своим решением, девочка наконец повернулась к остальным, сидящим за столом. — Я Эйлин, — приветливо улыбнулась она новым друзьям. — Эйлин Саманта Эванс. Саманта — это в честь отчима, — продолжила она, чуть погрустнев, — он очень добрый и хороший был. Был, потому что погиб, защищая друзей. Девчушка привычно тяжело вздохнула, ненадолго расстроившись, но потом с аппетитом набросилась на появившиеся в тарелках лакомства.