Букет сухоцветов

-Дазай! Снова ты прыгал с обрыва?! А ну вылазь… На берегу, в закатном пламени вечера стоит рыжеволосый парень, его голубые глаза искрятся беспокойством и, лишь немного, злостью.Он правда беспокоится о шатене, стоящим по пояс в воде, правда, боится за него, после его сакраментальной фразы про смерть, после которой он всячески старался уйти из жизни. И вот снова он играет на нервах рыжика.Он покорно вылазит из воды, та льется с него водопадом, а он улыбается во все 32 и смотрит на Чую карими глазами.Тот снова предпринимает попытку образумить негодного Дазая, который посмел сбежать из дома на пустынный пляж, что бы попрыгать с небольшого утеса. -Сестра снова ругаться будет, и мама, и папа… Они все переживали за тебя.Думали, ты пропал…на совсем. Чуя запинается, а потом вдруг чувствует, как его прижимают к мокрой одежде и что то говорят, смеясь.Накахара пытается его оттолкнуть от себя, т.к. он холодный, мокрый и ваще, он на него зол. -Уйди, ты мокрый… На это заявление его треплют по огненно-рыжим волосам.Из дома вдруг выходит такая же рыжеволосая дама и девушка, лет шестнадцати, почти одногодка Осаму.Тот наиграно пытается спрятаться за Чую, который его отталкивает.Осаму умело строит драму и уже, наверняка, придумывает сотни бредовых отмазок о том, почему он мокрый и как оказался в воде. Дама и девушка подходят к ним вплотную.Девушка смотрит на поднявшего победно голову, будто он какой то важный поступок совершил, Осаму, чуть хмурится, переводит взгляд на брата, стоящего рядом и глаза ее светятся ярко ярко в вишневом пламени почти сошедшего на нет, заката.Женщина собирается заговорить, очевидно, отчитать своего нерадивого сына, но девушка прерывает ее, трогая за руку: -Не надо, мама… Он не нарочно.Я прочла где то, что купания в воде перед заходом солнца полезны, даже закаляют… Конечно же, она это выдумала, для того, что бы выгородить брата.За что тот ее одаривает не менее широкой улыбкой, хочет подойти, но та лишь отступает назад, произнося: --Пошлите в дом, папа ждет.А тебе, Дазай Осаму, следует высушиться, а то снова заболеешь. Девушка поворачивается и идет к дому, оставляя стоять на месте Кое, которая все еще смеряет взглядом мальчишек перед ней, как только ее дочь отдаляется, она произносит, складывая свой зонтик и глядя на Осаму: -Ты должен сказать спасибо Рисе, она вечно заступается и выгораживает тебя… А теперь, живо в дом… И мальчики плетутся в дом, Чуя, фыркая и злясь на Дазая, а Дазай, просто молча глядя в спину матери, идущей поодаль впереди. Вскоре они заходят в дом, где их встречает Огай, читающий какую то книгу, он будто все понимает, с хитрой улыбкой глядя на парней сзади и задавая вопрос своей жене: -Снова Дазай прыгал с утеса? * * * После ужина, все разбрелись по комнатам.Среди ночи в комнату Рисы вошел Дазай, он нес в руках букет сухоцветов.Целую охапку нарвал.Девушка проснулась лишь тогда, когда ее позвали и весьма удивилась стоящему у самой ее кровати брату с букетом ее любимых сухоцветов с поля за домом. -Ты…чего поздно так? Кажется, она даже не удивилась тому, что Осаму сбежал из дома снова и залез обратно в окно, она прекрасно знала и про веревочную лестницу, спущенную с окна и о том, для чего ее брат постоянно открывает это самое окно.Знала и о том, что по ночам, чаще всего, ему не спится и он бродит по полю или по пустынному пляжу, любуясь на звезды.Однажды он вытащил погулять Чую, но тот не обрадовался этому и черз полчаса поспешил домой, а потом, он вытащил любоваться на звезды и Рису и она тогда заснула крепким сном на плече у брата. А сейчас он стоит с букетом сухоцветов и улыбается своей привычной улыбкой. -Да так, пришел тебе кое что сказать… -Сказать? Что? -Спасибо?.. Риса удивляется и просыпается мгновенно.Осаму спасибо говорил редко, ей, тем более, чаще она читала это самое слово в его искристых глазах цвета коры дуба.И всегда сама себе кивала, в знак согласия ли или правоты, что Осаму не грубый мальчик… И вот сейчас он сказал в слух это слово, вложив в него всю искренность и любовь к сестре, которая его всячески защищала и защищает до сих пор.Вручив обескураженной полуночными признанияи сестре букет, Дазай подходит к окну и смотрит через него на небесный океан, где плещутся звезды.Он произносит отстраненно: -Красивые нынче звезды, не так ли? -К чему это, Осаму? Ты снова собираешься исчезнуть? Осаму поворачивается к сидящей на кровати сестре, он снимает с себя шнурок с изумрудным камнем в оправе и отдает его ей, улыбается, смотря в ее глаза. -Да, прости, но да.Только больше не ищите меня, хорошо? Риса удивленно кивает, она не хочет расставаться с братом, ведь, что она скажет маме, папе, Чуе.Она находила всевозможные слова, что бы выгородить брата, дать понять, что он не виноват.просто, так хочет, так надо.А в этот раз, все слова будто стерлись из памяти, видя замешательство во взоре сестры, Дазай произносит: -Ничего не говори им.Они и так узнают, а ты не говори, что видела меня… И будто молния, Осаму быстро перепрыгивает через окно, Риса вскакивает с постели и видит, как отдаляется по полю бегущая в сумраке ночи фигура ее брата, она смотрит вслед, надеясь хоть когда-нибудь еще его увидеть. А на столе, блестя в лунном свечении, искрится подвеска ее брата, покоящаяся рядом с букетом сухоцветов, пахнущих песком и корицей…