Оленьи грибы

- Уилл, звезда моя..! – ползя за Грэмом на коленях, возносил к нему молитвы Ганнибал. - Подло и нусно, Ганнибал! – скорчил тот физиономию. - Что за нусно, позволите узнать? – спросил Лектер. - Ах, это не имеет значения! – заламывая руки, Уилл бросился на балкон, - Что же мы вы наделали! И как вам только не стыдно! - Да что же, помилуйте, я сделал, соус вы мой кисло-сладкий!? – недоумевал каннибал. - Да что же!? А когда вчера Джек под окно явился и стал меня о погоде, о податях и барщине выспрашивать? - И что же? - И что голым я был – ни капли не заметил! Опёрся на лопату – и повёл свои речи, в ус не дуя! - Так, варенье ж вы моё вишнёвое да засахаренное, Уилл, ему же не видно вас было ниже пояса-то! Ничего ведь страшного, жульен мой грибной и лихо ядовитенький… - А то, что пока я с ним беседы вёл, вы совокупляться со мной возжелали!? - Так я начал раньше, чем он… - На голову, значит, торшер себе напялили, и давай трясти меня! Бедный Джек как увидал, как меня и торшер-то на втором этаже дома колотит, так и побежал к городничему с криками «Землетрясение, батюшка!». Мужики на площадь все вывалили, поп с попадьей пожаловали… Меня видать хотели. Стыдоба-то какая! - Но вы ведь тайны не раскрыли?.. - Сказал, что торшер от ветра колыхало, а у меня врождённая эпилепсия! - Ну и что же вы переживаете, мой пирожок с пчёлками? Ведь, право, чудесно всё решилось! - Ох, попомню я ещё ту реку, того рака, что за срам щипнул… - Полноте, Уилл! Счастливые те воспоминания! Я как рака-то припомню, так смеюсь каждый раз от счастья и всё до слёз, до слёз норовлю. Уж больно рад я тому, что мы друг другу открылись тогда под ивой-то… - Друг другу… По нужде отойти пытался… Вас чёрт следом понёс… - Не чёрт то был, Уилл, это был… - Батюшки, - Уилл себя осенил крёстным знамением. - Это был… Джек, - кончил Ганнибал, - Но, спешу заверить, он ничего не подозревает. Он как меня принёс, рядом-то с вами поставил, так в ручей и свалился, по случайности об мою ногу запнувшись. - Ох, всё-то мне это подозрительным кажется, - хмурясь, качал головой Уилл, - Ой, то не спроста вы малину мою сахаром беспрестанно посыпаете… - Знахарь один знакомый говаривал, что малину полезно сахаром посыпать, чтобы родилась сладкая и крупная. Из неё потом какое хочешь варенье делай, или джемы разные по-заграничному. А хочешь – на соски наверчу. - Ну нет! Хватило мне баклажанов ввинченных да картофельного пюре с луком. - Рвёте вы мне сердце, Уилл. - Это не сердце, кажется, это я тут чью-то почку нашёл в саду... Неужто ваша? А коли ваша – так заберите из моего сада! И вообще – откуда у вас почка!? - Мой друг… Я открою вам тайну. У всех людей есть почки. - Но не у всех, мой Ганнибал, они падают из кармана… - и страстно сверкнув очками, Уилл увлёк Лектера в самую глушь полыни, под крону цветущей яблони, где предались они дикому и необузданному сидению на скамейке. Поскольку Уилл всё ещё был обижен на мусье Лектера.