Оленьи грибы

Момент наивысшего единения. — Это прекрасно, — молвит восхищённый Грэм. Ганнибал проникновенно на него смотрит, тянется к его губам… Резкий звук зажёванной плёнки. Грэм, отпрянув: — Лектер, мать твою, ты что? .. И глазами хлопает. Секунда недоумения. Ганнибал, осознавая произошедшее и выходя из шока: — Бляяяять! Да я ради этого момента весь план проворачивал! Грэм в удивлении «ох!», руку ко рту прижал. Мол, ах, вот оно что ты сейчас в виду-то имел! — Не-не! — говорит. — Продолжай, всё равно сейчас сдохнем… Ну, в смысле, я не ожидал просто! — Бляяяяя! — не прекращает страдания Лектер. — Да всё, не истери! — велит Уилл. — Целуй там, или что ещё хотел… Лектер, всплёскивая в сердцах руками: — Грэм, ёбаный ж ты нахер, Грэм! Я тебя сейчас сам ногами запинаю, эй богу! Уилли обречённо обнимает его и, пытаясь утешить, шикает: — Тшш-ш-ш, тш… — поглаживая по спине. — Ну не пидор я, не пидор… Тш-ш… — А я тогда, значит?! … — пытается возмутиться Лектер, но Грэм его перебивает. — Тш-ш… И по спинке лапкой похлопывает. — Саданул бы, — ворчит Лектер. — Да ножевое щиплет… Успокоился, начал уже целовать, а Грэм такой: — Ай-ай, щ… — Что? — устало спрашивает доктор. — Полщеки в лоскуты… Может, в это отверстие тоже засосёшь, а? .. — Мать твою, Грэм! — ругается Ганнибал. — Ну, а разницы-то, боль и там и здесь одинаковая… — Убью, блин! Кааак стукнет Грэма, а тот нечаянно с обрыва свалится. Лектер тут же глаза выпучит: — Грэм, куда?! Стоять! И за ним вниз, ловить, как человек-паук.