Мгновения любви солнца и луны

      Лето 1997 года. Мэри уже закончила свое обучение в Хогвартсе с вполне хорошими результатами и не спешила бежать в объятия бесконечной работы. Всё чувствовали — скоро война. Масштабная. Сидеть на месте, среди тех кто может быть другом или врагом, она не желала. Девушка была молода, но уже знала запах смерти. И знала, что свой может почувствовать в любой момент. Несколько месяцев Тернер провела в путешествиях по миру — исполнила их с мамой маленькую мечту. Так она себе это представляла. Но со стороны казалось, что девушка просто мечется или убегает от чего-то… Или кого-то. Того, кто так же оставил её ради своей мечты.       Нора — её третий дом, а его жители — вторая семья. Каждый раз, как Мэри переступала порог в груди просыпалась та маленькая девочка, которая в первый раз посетила это чудное место и с любопытством все разглядывала из-за спины мамы. В её глазах миссис Уизли никогда не менялась, как и её тёплые объятия. Но вот для женщины сейчас перед ней стоит словно другая девушка: все те же растрепанные волосы стали еще короче, вечно синий цвет давно ушел, став чёрным как воронье крыло; лицо полное силы и с адской усталостью в глазах, которые уже не скрывались за круглыми очками; уютный свитер сменился свободной мятой рубашкой, скрывающий как фигуру так и жизненные шрамы. Ох, сколько пришлось девушке выслушать недовольства Молли, даже не успев поставить свой чемодан. Но слушала она с улыбкой на губах — давно её никто так по нежному и с любовью не осуждал. Мэри успела соскучиться по домашнему уюту, запаху выпечки, простым бытовым беседам…       Только насладиться сполна Тернер смогла после водоворот событий в ходе спасения Поттера. Крики, гул, звуки боя, треск метел. Все знали, что могут не вернутся, поэтому выдыхали, когда видели снова своих близких здоровыми и вздыхали по погибшим за них. Девушка только стояла и наблюдала. Наблюдала за тем, как война заполнила и этот светлый угол, сжимая в руках бинт и бутылёк. Наблюдала как всегда весёлые близнецы, сейчас скрывали за шутками свои переживания и боль. Наблюдала за глазами напротив, когда обрабатывала и перебинтовывала раны Джорджа.       Ночь была предательски длинной, а сна ни в одном глазу. Голоса в доме затихли, за то сверчки, наоборот, стрекотали вовсю. Мэри лежала на земле, раскинув руки. Приятный холод земли вместе с лёгким ветром пробирал до мурашек. Звёздное небо слепило, как яркое солнце, отчего глаза невольно слезились.       — Заболеть так можно, дурочка, — недовольное шипение и ворчание донеслось из дома. Звуки возни быстро сменились хрустом травы под ногами. Фред спустился из своей комнаты выпить воды. Уже поднеся стакан к губам, его зоркий взгляд зацепился за тело посреди поля. Он знал только одного человека, который решит в такое время лежать где-то кроме уютной кровати.       — Ложись рядышком, заболеем вместе, — с беззаботной улыбкой произнесла Мэри, посмотрев на лицо парня.       Непривычно для Фреда от девушки веяло умиротворением. Что-то внутри сжималось, видя эти карие глаза снова и снова. Рука прошлась по непослушным волосам и уголки губ дернулись, обнажая все тридцать два.       Удобно устроиться на ухабистой земле было не так просто, как сначала думал Уизли. «И как она тут часами может лежать, не шевелясь?» — пронеслось в голове парня, который все кряхтел и недовольно вздыхал, пытаясь найти более менее ровный кусок земли.       — Надеюсь, твой милый костюм не такой дорогой, чтобы так бессовестно его пачкать? Их взгляды встретились: в одном читалась чистая усмешка, в другом недовольство. В какой момент их поменяли местами?       — Прости. Тебя не узнать. Нет, конечно, на лицо ты все тот же дурак, пфф. — произнесла Мэри, махнув рукой. — Но в глазах ты уже не тот безбашенный парнишка с хлопушкой в руках. Ты вырос, как бы тебе не хотелось того.       — В такое время сложно остаться ребёнком… Я сегодня мог вот так потерять Джорджа, по щелчку пальцев.       — Понимаю, но мы должны радоваться, что он сейчас рядом жив и на 98% цел.       Секундная тишина. Их лица расплылись в улыбке, еле сдерживающей смех. Парень легонько толкнул подругу кулаком в плечо. Это была ужасная шутка, но именно её не хватало, чтобы разбавить напряженную атмосферу между ними.       — Когда вы с шумом сбежали из школы, в Хогвартсе стало тихо… для меня. Я почувствовала себя брошенной, обижалась на вас. У меня был долгий год чтобы понять, что если бы вы меня позвали с собой, я бы не смогла, как бы я ненавидела то место в тот момент. Тогда только школа могла защитить от мира, который готов тебя уничтожить в любую секунду. Выйдя за стены, я решила поискать свое счастье. Повидала полмира. Правда только тут я почувствовала себя поистине счастливой… Ведь тут были вы — два балбеса, которые притягивают к себе беды, не хуже Гарри, Рона, и Гермионы. Фред слушал ее, отведя взгляд и поджимая губы. Чувство вины захлестнуло его. Сбежал как трус от того, что сам начал и не мог закончить, потому что не мог… не хотел. Откинув все мысли о ней прочь, он погряз в рутине магазина. Сердце дало пощечину, выплескивая забытое наружу. Парень осторожно нащупал руку девушки, сжимая ту.       — Сможем ли мы начать все по новой? — Неуверенно произнес он.       — Зачем? Можно продолжить с того момента, на котором мы остановились. Смешок сорвался с губ рыжеволосого.       — А может чуть раньше? Чтобы повторить то, что мы творили в выручай комнате.       — Найди тогда место лучше того. — Съязвила Тернер, подмигнув. Парень только улыбнулся во всю ширь. Сложно было что-то сказать, когда в горле застрял радостный крик.       Держась за руки, Фред и Мэри лежали так близко, как могли. Уизли любовался ее лицом. Прикрытые глаза, пухлые губы со слегка поднятыми уголками, еле заметные веснушки с яркими звездами-родинками так и притягивали взгляд. Спокойна как никогда… и прекрасна как никогда.       Они пережили многое: боль и радость, смех и слезы, встречи и расставания… Вместе.       — Не думала покраситься в рыжий, например? Найдем местечко на чердаке, все красиво обустроим. Да и в нашем магазине есть место для третьего.       — Я и без этого могу стать Уизли. — Хохоча, ответила девушка, прерывая парня.       — Точно! Надо подать идею маме удочерить тебя! — Воскликнул парень. Они посмотрели друг на друга. Во взгляде напротив так и плясали черти. Он все понял.       — Дурак.       — Твой дурак.       — Может все-таки подумаешь на счет рыжего?