Солнце

Тяжёлый закат освещал всю поляну густым оранжевым светом. Именно тяжёлый — это был лучший способ описать сегодняшний заход солнца. И в какой-то степени сейчас он напоминал состояние парня со светлыми волосами, который, прислонившись спиной к дереву, работал руками, сплетая венок из синих цветов. Армин научился плести венки ещё в детстве. Точнее, его дедушка научил. Практически сразу после казни родителей старик поделился с внуком «секретом» как не забыться в тяжёлых воспоминаниях. И парень почти сразу вошёл во вкус. Потому что плетение венков неслабо помогало. Запах свежих цветов помогал расслабиться точно также, как и перегибание пальцами упругих стеблей. Это занятие помогало разгрузиться и помочь мозгу заработать с новой силой. И в последнее время Арлерт плел их слишком часто. Пытался найти свободную минуту и улизнуть куда-нибудь ото всех только для того, чтобы «освежиться». Это была единственная причина, почему он до сих пор не сошел с ума. Армин посмотрел на почти законченный венок и слабо улыбнулся. Сейчас он хотел видеть его на голове лишь одного человека. Не заметить капитана Леви было весьма затруднительно даже слепому. А если учесть, что за безумие происходило в последние дни… Сначала Армин со стыдом признавал сам себе, что просто влюбился в него. В этот холодный, нечитаемый взгляд, в его широкие плечи и даже просто в стрижку. Парня влекла слава капитана. Тогда капитан показался ему чем-то недосигаемым, но при этом таким близким. И это даже в какой-то степени раздражало парня. Армин скрывал свою влюбленность даже от Эрена с Микасой, которые были его лучшими друзьями. Поэтому далеко не сразу понял, что влюбленность переросла в нечто большее. Когда же это случилось? Когда капитан тренировал Армина до посинения и поздней ночи? Или когда успокаивал парня после очередных домогательств? Может, когда не дал Армину отчаяться после того, как блондин впервые убил человека? Парень и сам не понимал. Но теперь… Он перестал видеть в капитане кого-то идеального. Он видео человека. Человека, которого хочется поддержать, с которым хочется быть рядом. А хотя… Армин прекрасно понимал, что это невозможно. И все же… Ничто же не мешает ему помечтать? Тем более скоро они отправятся в Сигансину… И оттуда парень может не вернуться. И Армин это прекрасно понимал. Поэтому-то и плел сейчас венок. Венок из васильков… Он бы так подошёл сейчас капитану… *** Капитан молча смотрел на парня со стороны, не приближаясь. Леви невольно засмотрелся на то, как работают пальцы парня, соединяя один цветок с другими, переплетая все ещё одним и выравнивая, чтобы не торчали лишние листки. Капитан поднял взгляд на лицо. Такое сосредоточенное… Парень ведь даже не замечал Леви буквально в паре метров от него. Причем не только сейчас. Леви тянулся к нему уже давно. Мужчина заметил парня ещё тогда, когда впервые увидел его. Армин не был каким-то особенным. Он даже на солдата толком не походил. И все же… Капитан буквально почувствовал его душу. Он провел сравнение с другими людьми, которых он когда-либо видел и пришел к выводу. Армин — солнце. Настоящее солнце. По сравнению с ним Эрвин был всего лишь факелом. Он гоел и вел вперёд, и этого было вполне достаточно… До тех пор, пока Леви не встретил настоящее солнце. Он не мог отвести от него взгляда. Капитана тянуло к нему. Хотелось подойти ближе, коснуться светлых волос, вдохнуть полной грудью успокаивающий запах, уткнуться в него плечом… Естественно, сильнейший боец человечества, который впервые встретил этого жалкого на вид пацана не мог себе такое позволить. И все же, он продолжал тянуться к Армину. К его личному солнцу. Старался Хотя бы мельком глянуть на него. Но на большее Аккерман не шел. И вот сейчас он так близок к своему солнцу… Буквально в паре метров. И теперь капитан прекрасно понимал, как все это время нуждался в нем. Нуждался в этом свете. Леви задумался. А был ли подобный свет когда-то в его жизни? Может быть и был… Когда мать смотрела на него и пела колыбельные… Когда Кенни заставлял его делать то, что не был способен сделать ни один его сверстник… Когда он помогал товарищам из подземелья отголоски этого тепла окружали Леви. А потом они будто исчезли. А вместе с ними и остатки эмоций Аккермана. По-крайней мере, Леви не чувствовал ничего вплоть до этого дня. Но сейчас… Он тихо сел рядом с мальчиком, также опираясь спиной о дерево и задумчиво глядя перед собой. Скоро новая экспедиция. Вновь огромное количество жертв. И среди них может оказаться его солнышко… То, к чему он так тянулся. Что будто вновь вернуло его в жизнь. Дало почувствовать хоть что-то… Глаза невольно заслезились. Леви начал задыхаться. Он не знал слез уже много лет… А может даже всю жизнь. И сейчас… Это так непривычно… А вместе со слезами пришел страх. Страх лишиться последнего тепла… *** Армин заметил краем глаза, что кто-то сел рядом с ним и почувствовал плечом чье-то тепло. Но парень решил пока не отвлекаться от работы. Раз вопросов не задали сразу - значит, не так уж и важно. Парень закончил с работой, когда почувствовал сбоку от себя дрожь. Человек, сидевший рядом с ним, дрожал. Армин все же повернулся и даже не пытался скрыть своего удивлерия, когда заметил рядом капитана. Леви закрыл свой рот одной рукой, глядя куда-то вперёд и явно о чем-то задумавшись. По его щекам медленно скатывались редкие слезы, а глаза слегка покраснели. Арлерт ничего не мог понять, но пока решил не задавать лишних вопросов. Все, что мог сделать парень - это просто смотреть на капитана, застрявшего в не самых позитивных мыслях. Спустя какое-то время, которое показалось им обоим вечностью, дыхание Аккермана начало выравниваться. Но волнение Арлерта никуда не делось. Что же могло довести капитана до такого состояния? Леви осторожно повернулся к Армину и посмотрел ему прямо в глаза. И тогда Армин смог ощутить капитана. Точнее, состояние, в котором он находилось. Такое мрачное и затягивающее в плохо смысле этого слова... Он будто увяз в трясине и сейчас молил о помощи. Сейчас Армин был как никогда близок к пониманию чувств капитана. И все же, он был не совсем прав. Сейчас Леви чувствовал себя так, будто всю жизнь блуждал по темной пещере, даже не надеясь найти выход. И вот, наконец, он заметил выход и Леви тут же направился к нему. Но выход вдруг начало заваливать, убивая последнюю надежду на спасение. И от понимания того, как близко он был к земле, было ещё тяжелее. Хотелось кричать, биться о камни, сделать все, чтобы выбраться. Но сил уже не было. Капитан будто опомнился, когда на его голову что-то положили. Его взгляд слегка прояснился и теперь он смотрел в глаза Армина уже не с тем безумием, которое возникает у людей, пытающихся вздохнуть после удушья. Он смотрел с лёгким удивлением. Что.... Его пальцы невольно потянулись к голове и он нащупал мягкие лепестки. Осознание медленно приходило в голову Леви. Неужели... Армин мило улыбнулся, надеясь, что улыбка поможет Леви. Хотя надежда была ужасно мала... Они с капитаном смотрели друг на друга не отрываясь. Все же венок и вправду шел капитану.