Девятихвостый Наруто: Ангел Канохи и кровавые слезы

Летний прекрасный день. Окна в комнату были полостью раскрыты, где то был слышен смех детей. – Я дома? – Первое, что спросила Наоми, когда очутилась в своей постели. Если это длинный сон, то убейте меня, что бы я не мучилась, подумала она. – Ты пришла в себя? – Анко сидела на стуле, ожидая улучшения состояния подруги. – Тише, тебе нельзя вставать, швы могут разойтись. – Какие ещё швы? Девушка попыталась встать, но боль в спине пронзила грудную клетку. – Что со мной произошло? Последние моменты, будто бы стёрло памятью. Она выпила стакан воды, и смотрела в окно. – Не знаю, сенсей Какаши принёс тебя, когда ты была без сознания. Сакура лечила твою спину, мол там сильные разрывы. – И сколько я пробыла в этом состоянии? – Почти два дня. Я посмотрела на свою руку, и затем поняла, что происходящее - не сон. Если я здесь, то с Итачи что-то случилось. Возможно Какаши сразился с ним. – Что значит это кольцо? Только не говори, что за то время, как мы тебя искали, ты стала чьей-то невестой. – Ох, Анко... Дай мне время, и я тебе всё расскажу. А когда придёт Какаши? Как раз к двери кто-то приближался, Анко подмигнула и вышла. Он зашёл как обычно, будто бы ничего и не произошло. Будтобы то что между нами было - шутка, и ничего больше. – Вижу ты уже идёшь на поправку? – Как я здесь оказалась? И почему? Он стоял у окна, и развернулся спиной. – За Итачи был отправлен поисковый отряд . Он явился лично ко мне, когда никого небыло рядом. Я был готов сразиться, но он лишь хотел попросить меня о кое-чем. Итачи осознал какую негативную пользу несёт его чувства к тебе, и что бы сделать тебя свободной, он решил избавить тебя от твоего дара. – Тоесть? – Да, то и есть. Он обрезал твои крылья, и сжёг их. Передал мне тебе, и сказал что бы я тебя берег. Моё сердце разрывалось от переживаний, а что если, пока я здесь лежу, он уже мёртв? Слезы подступили. – Он жив? – Жив, но он так говорил, что будто бы скоро его не станет. – Ты так спокойно говоришь об этом? – А как я должен реагировать? – Тот повернулся ко мне лицом. – Он преступник, жестокий убийца, так ещё и ты... – Молчи. Не нужно... – В общем смотри, ты под присмотром Анко, иногда я буду проверять твоё состояние. Похоже он перестал меня любить. Больше нет той искры во взгляде, а лишь призрение за мою связь с Учихой. В тот момент меня волновало лишь состояние Итачи, его жизнь. Дождавшись ухода ребят, я набрав силы решила с помощью перемещения оказаться возле нашего дома. Слабость, но лучше я буду спокойна, чем несчастна. Подошла к двери, открыла. Пусто... В доме пусто. Вернее всё на своих местах, даже остывший завтрак, но там настолько пусто, что хотелось взвыть. Он оставил мне этот дом, но зачем мне это нужно, без него? Каждый дюйм стен пропитан его запахом, в каждом окошке его улыбка, которой мне не хватает. Это была не любовь, а лишь привязанность. Привязанность построена на крепком доверии и искренности. Пошла в сад. Стою и смотрю на розы, что на начали отцветать. Лепестки медленно опадают, и моя душа разрывается на части. Неужели ты так быстро меня оставил? Даже не попрощался? Эгоист. – Знал, что ты неугомонная придёшь. Девушка обернулась, и обняла Итачи. – Я не прощу тебе, если ты так легко покинешь меня. – Знаю. Прости, что сделал тебе больно. Она на время даже забыла о своей спине. – Ты же не созла, теперь я могу не мучиться, и бояться что кто-то заберёт меня. – Я рад. Он нежно поцеловал её в лоб, и погладил спину. К ним подбежал Вальс, и начал мурчать, проситься на руки. Итачи поднял его. – Может не поздно всё изменить? Давай сбежим? – Нет. Я тебе кое-что расскажу, но пообещай, что будешь таить это как самый сокровенный секрет. В тот день он рассказал мне о тайне своего клана, о том как убил всех, но только не Саске. Не потому что, он ждёт возрастание его силы, а из-за сильной любви. Он должен умереть, что бы спасти будущее деревни и Саске. Хочет сделать ему подарок... Передать способность "Всепожирающего огня". Переубедить его невозможно. Как бы ему небыло больно, Итачи выбрал свой путь. – Я эгоист. Решился быть с тобой, несмотря на то, что сам слаб и болен. Это меня затронуло ещё сильнее, снова начала плакать, что же это со мной? – Аутоиммунные Расстройство. Если не Саске, то мой Организм... – Господи... – Перестань, не плачь. Ты же обещала, что не будешь. Он вытер её слезы. – Почему ты отдал меня Какаши? Разве тот конфликт что был недавно, не зацепил тебя? – Когда жизнь ставит пред тобой выбор, всегда пытаешься выбрать то, что нравится тебе. Я знаю, что когда меня не станет, ты будешь не в востроге. Обретёшь свободу, и будешь с тем, кто любит тебя, и кого любишь ты. Снова эта улыбка, почему мне суждено видеть её последний раз? Почему мне даны такие испытания? Зачем я начала что-то чувствовать к нему... – А как же Вальс? Он будет по тебе скучать. – Пускай наш Вальс, будет памятью для нашего прошлого. Серый пушистый зверь, мирно засыпал на моих руках. Гладила его, и успокаивалась. – И у меня есть последняя просьба. - Он повёл меня к выходу. - Забери моё тело, я хочу, что бы ты была последней, кто прикоснулся ко мне. – Я не выдержу... – Выдержишь. Ты поймёшь, когда это случиться. Твоё чистое сердце учует это, и тогда с помощью этого кольца, ты сможешь найти меня. Никаких слёз, запомни. Я стояла у двора, что бы переместиться обратно. На прощание мы обнялись, и последний поцелуй... Он протянул мне записку, и сказал передать Какаши. Последний взгляд, и я разбита... * * * Когда я нёс её в деревню, всячески осуждал Итачи. Это было настолько не по мужски, хотя меня тоже есть за что судить. Он подарил ей свободу, обрезал эти крылья, теперь она не будет мучиться. Но сила её не покинет. Пока с ней её глаза, она никогда не утратит дар. Сакура сделала всё, что могла. И я остался с ней. Не знал, как Наоми отреагирует на это. Зная, что Итачи скоро погибнет, ей будет больно. Сейчас не до моих чувств. За это время всё настолько запуталось. Не только в личной жизни, но и в деревне. Акуцуки замечены, Орочимару мёртв, Джирая всё ещё не вернулся домой. Чувствую, что эта цепочка скоро оборвётся. Пускай она его невеста на словах, нося кольцо с рубином. Но я её так просто не отдам. Она была всегда в моём сердце, и будет. Даже если она всё так же и отрицает свои чувства, придётся настаивать.