Моё маленькое безумие

      Анна оказалась в своей комнате, едва не рухнув прямо на пол. Голова кружилась от резкого перемещения, но она пересилила себя и сделала пару вялых шагов, чтобы обессилено плюхнуться на мягкую кровать. После твёрдой поверхности стола ненавистная кровать казалась ей раем. «Снова это случилось. И случится ещё много раз, если я здесь и останусь. Барти ведь для этого и утащил меня обратно в своё логово. В добавок он ещё и профессор. Нет, он всегда им был! Выходит, он учил нас постоянно. И на дополнительных занятиях меня выслушивал тоже он. Как же стыдно, мерзко, отвратно. Но теперь Барт не будет косить под Грюма и станет делать всё, что только заблагорассудится. И ведь даже крёстная боится открыть рот в его сторону». — Госпожа вернулась, — Винки подошла к Анне ближе и заметила, что кроме плаща хозяина на ней ничего нет. По всему телу оставались неглубокие, рваные порезы. Из некоторых ран не прекращала течь кровь, те, что были не так велики́, остались буроватыми разводами на теле. — Что с вами, мисс? — Оставь меня одну. — Винки не уйдёт. — Пошла вон, — Анна укуталась в одеяло, обижено отвернулась от эльфийки. Винки растеряно двигала руками и губами, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы Анна не чувствовала себя подавленной. Но Винки не нашла ничего лучше, чем уйти, повесив уши. Дотянувшись до палочки в кармане мантии, любезно предоставленной Барти, девушка вспоминала исцеляющие заклинания, которым учила её Белла. От заживления мелких царапин Анне было щекотно, хотелось счесать эти ощущения, но терпеть можно. Когда же наступила очередь ранам на ноге, Эйвери едва сдерживалась, чтобы не закричать. К своему удивлению, она отметила, что рана заживает самостоятельно, без вмешательства Анны. «Особая магия. Тот кинжал явно не из простых. Ладно. Нужно переодеться». Открыв шкаф, Эйвери увидела, что это уже второй плащ Барта. Девушка и не думала отдавать его обратно, как бы там ни было, а плащ очень удобный и тёплый. Пока Анна одевалась, то снова задумалась о владельце этой вещицы.       «Я столько всего наговорила ему. Возможно, если бы я держала язык за зубами, ничего бы не произошло. Я сделала ему больно теми словами. И он в свою очередь сделал больно мне. Конечно, если бы он не стал Пожирателем, всё было бы по-другому. Барти бы работал в Министерстве, как его отец, или же преподавателем ЗОТИ в Хогвартсе. Хоть он и псих, но очень умный, и учительство хорошо ему даётся. Барт смог бы построить нормальную семью, и его дети сейчас бы учились вместе со мной в Хогвартсе. Здесь бы не было так пусто, серо. А сейчас… ничего не изменить. Волан-де-Морт погубил ему жизнь. К Пожирателям примкнул не сам Барти, а его юношеский максимализм и личные обиды на отца. Неужели крёстный не видел, кого брал в союзники?».       Анна переоделась в чёрное платье, постепенно менявшее цвет на зелёный, в зависимости от желания девушки. «Скучно. Так много времени прошло, и ни Валерия, ни Пауль не появлялись. Что могло случиться? Вдруг Пауля, моего птичку, где-то подстрелили? Или Валерию рассекретили, и теперь Пожиратели пытают её? Энни, успокойся, не думай о плохом. В конце концов, Барти бы сказал об этом точно. А может, она прямо сейчас в его подвале? Барт ведь и не разрешает туда заходить. Там точно что-то нечисто». Анна, вооружившись палочкой и заколдованным ножом, решительно направилась в сторону подвала. Она понимала, что он будет просто огромным и Крауч мог и спрятать нужное помещение подвала от посторонних глаз и намеревалась проверить абсолютно всё. Взломав замочную скважину мощным заклинанием, которому научил её сам Барти, Анна осторожно спускалась вниз по ступенькам. В нос неприятно ударил запах характерной для подвала сырости, но она продолжила идти. — Люмос, — в подвале Эйвери не приметила ничего интересного, но знала, что это лишь видимость. «Не может такого быть, чтобы здесь было совершенно пусто. Барти что-то прячет, я это знаю. И найду». Каждый шаг девушки сопровождался глухим эхо, было настолько тихо, что она слышала собственное дыхание. Анна использовала практически все выявляющие чары, которые знала, но ни одно не смогло помочь. «Осталось одно, самое сильное. Если и оно не справится, значит, здесь и нет ничего». Анна закрыла глаза, высоко подняв палочку над собой. Сосредоточившись, она выпустила из палочки несколько розовых вспышек и тут же поскользнулась на ровном месте. Девушка спиной почувствовала что-то мокрое и твёрдое. Посмотрев в сторону, она увидела свои волосы, запутанные в чьей-то бледной окоченелой ладони, но, убрав их, Анна поняла, что это не её пряди. Повернув труп на спину, Эйвери оглядела его. Низкорослая девочка с русыми волосами чёрное платье разодрано по краям и высокие красные каблуки, точнее, один каблук: второго на подошве нет. Рядом с окоченелой девушкой лежала ещё одна, так похожа лицом на первую, только фигуристее и заместо скул на лице бескровные, впалые щёки. В голове Анна всплыли воспоминания ещё с начала учебного года, когда они вместе с Гарри принимали учеников.

***

— Глэдис Робкинс! Здесь? — Анна бегло пробежалась глазами по списку, затем по новоприбывшим студентам. «И почему нельзя было приехать в школу как все, на поезде? Так только в два раза больше забот! И ладно, если по уважительным причинам, но весь шестой курс…». — Я здесь! — пуффендуйка улыбнулась, сверкнув глазами в сторону сестёр-близнецов, затем снова посмотрела на старосту, — Энни, познакомься: это Даяна и Клодетт, мои сестрички! Они — магглы, но очень хотели посмотреть школу! — Ага. Очень интересно. Посмотрели? Пусть уезжают обратно. — Энни, пожалуйста, пусть они останутся у тебя в комнате, на пару дней! — Не задерживай студентов своими дебильными вопросами. А вы, — Анна взглянула на близняшек, — езжайте домой.

***

      Нельзя сказать, что Анна была расстроена их смертью. Девушек могла убить и она, вот только сделала бы это сразу, а не пытала, как Бартемиус. Эйвери огляделась, и увидела ещё больше трупов. Она так и стояла с широко раззявленным ртом, пока её не вырвало на труп Даяны. Здесь просто нельзя находиться спокойно. Вокруг Анны лежало много тел, которые едва помещались в подвальной комнатушке. В основном — низенькие русоволосые девушки. «Как они похожи… на меня. Точно. Барти всё это время издевался над девочками только потому, что они схожи со мной внешне. Он хочет убить и меня». В большинстве трупов Анна заметила своих знакомых по школе. Одна из девушек, с широко распахнутыми голубо-зелёными глазами, которые давно потеряли задорный свет, с третьего по четвёртый курс была соседкой по комнате Анны. — Вилл, нет… — Анна дрожащими руками поглаживала морозную щеку. Вилланель Фоули — единственная слизеринка из семьи пуффендуйцев, одна из лучших учениц на факультете, безжизненной куклой лежала с открытыми глазами и с улыбкой во все зубы. Она улыбалась даже Смерти.

***

— Смотри, куда прёшь! — какой-то гриффиндорец осознанно пихнул Фоули на шедшую в противоположную сторону Анны. — Про-прости, извини меня, пожалуйста, я не хо… — Ух ты! — Анна перебила поток извинений, засмотревшись на однокурсницу, — Как мы похожи. Я как будто в зеркало гляжу! — Да, мы похожи, очень. — как и множество студентов, Вилли побаивалась Анну из-за её семьи. — А я… я теперь с тобой живу. Ты не подумай, я не потревожу тебя! — Не нервничай так, я не кусаюсь. Ты проходи. — Эйвери была безумно рада тому, что за три года к ней подселили хоть кого-то, особенно такую милую, начитанную и скромную девушку.

***

— Мы никогда не были друзьями, но… прости, я не уберегла тебя. — Вилланель могла разве что говорить по теме уроков или обсудить книги, но никогда не подпускала Анну близко к себе. Пожирательница с трудом закрыла глаза Фоули, не без помощи магии. — Спи спо… — ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ-Я-Я!!!       Глухие стуки за одной из дверей подвала смешались с неестественным рыком, по которому было сложно определить, мужчина кричит, или женщина. Из мужских трупов Анна заприметила только несколько школьных хулиганов, имевшие неосторожность унижать её на каждом из уроков на протяжении всего шестого курса. «Не знаю, чем я им насолила, но они вряд ли заслужили мучений и смерти, максимум, всешкольный позор». Эйвери подходила ближе ко двери, из которой доносились нечленораздельные рычания. Махнув палочкой, Анна с торжеством увидела, как дверь с лёгкостью поддалась и громко ударилась о стену.       Это была девушка, заключённая в наручники, намертво прикреплёнными к стенке узкой камеры. Высокая, кареглазая, темноволосая девушка совсем не подходила под типаж жертв Барта. На шее висела цепочка с золотым кулоном, тёмные глаза с интересом и едва уловимым испугом рассматривали Анну. Та же хотела спрятаться от такого пристального взора, но интересовала незнакомка её не меньше. Зелёный галстук-бабочка, изумрудно-чёрная клетчатая юбка, чёрная рубашка с рукавами до локтей, на левой руке изображена Чёрная Метка. «Странная одежда. Она со Слизерина или уже закончила учиться?». — Диля… — Что? — низкий с сильной хрипотцой голос вывел Анну из транса. — Дельфина, — незнакомка облизнулась, точно змея, отчего Эйвери и вовсе бросило в дрожь, — Она уже родилась? — Анну словно парализовало, она едва смогла выдавить из себя короткий кивок. — Отлично! — Ты… родственница Барти? — Для начала освободи меня, — широко раскрыв глаза, странная девушка демонстративно забренчала кандалами, — А потом я отвечу на твои вопросы.       Анна прищурилась, раздумывая, стóит ли доверять незнакомой ведьме. «Палочка при ней. Но ведь кто-то её здесь оставил, не иначе, как Барт. В любом случае, от меня бежать ей некуда. С меткой на руке найти её будет нетрудно». Эйвери вручную отстегнула наручники, став на выемку в стене. По всей видимости, здесь держали людей маленького роста, которые и протёрли ямы внизу стены ногами. — Мерси, — прикусив губу, незнакомка с наслаждением растёрла покрасневшие запястья. — Я своё слово держу. Спрашивай. — Вы с Барти похожи очень. И привычка эта… вы родственники? — повторила вопрос Анна, внимательно следя за каждым движением девушки. — М-м-м, — поджав тонкие губы, пленница задумалась, плотоядно улыбнулась, показывая ямочку на правой щеке, — Немного. Но тебе не обязательно говорить ему, что я была здесь. Мне хватило выходки Винки. — Как твоё имя? — Белла. — А полностью? — Я сказала, что отвечу на вопросы, но не обещала, что на все. — Белла снова на улыбке облизнулась, несколько раз резко высунув язык. — Ты нервничаешь. — С чего бы это? Тебе кажется, Анна. — Я не говорила тебе своего имени. И о Дельфи ты откуда знаешь? — Как «откуда»? Она — моя сестрёнка. Вообще, я здесь шутки ради очутилась. И с тобой разговаривать не должна. — Почему это? Ты — Пожирательница Смерти. Мы союзники. — С чего такая уверенность? Я набила тату самостоятельно. А ты — да, ты Пожирательница. Вот только сможешь ли ты убить Невилла Лонгботтома? Он не на нашей стороне. — Я… не знаю, — Эйвери съехала спиной по стене, Белл уселась рядом, слушая её дальше, — Тема войны меня очень пугает. Я не смогу убить ребят, понимаешь? — Хм, — Белла усмехнулась краем губ, — грянет война, Анна. Она не обойдётся без жертв. Поттер и Волан-де-Морт не уживутся в одном мире. Одному из них придётся отправиться в иной. Тебе предстоит смириться со смертями друзей. — Анна всмотрелась в золотой кулон Беллы внимательнее. — Ты из будущего. — Типа того. — И сколько тебе лет? — Семнадцать, как и тебе. До моего рождения осталось два года. — Не боишься создать временной парадокс? Вдруг ты не вернёшься домой, потому что перестанешь существовать? — Ничего информативного я тебе не выдала. — Белл выпятила нижнюю губу, пожав плечами. — Но ты меня знаешь. Скажи, а… какая я в будущем? — И эта девица только что говорила о парадоксах, — Белла хитро прищурилась, — я не расскажу о тебе ничего, даже не пытайся. — Тогда… что посоветуешь, как человек из будущего? — Слушай своё сердце, а не разум, как бы банально эта фраза ни звучала. Ты только и делаешь, что думаешь, думаешь и думаешь. У тебя ещё и эмоции есть, не держи всё в себе, иначе взорвёшься. И вот ещё… уговори Винки не рассказывать обо мне Барти. Я хочу, чтобы обо мне знали как можно меньше. — Хорошо, Белла. Я клянусь, что Барт ничего не узнает о тебе. — девушка благодарно кивнула Анне, — А мы ещё встретимся? — Всё может быть. Если семья или Министерство не отберут Маховик — то, возможно, я навещу тебя. И… спасибо. — За что? — Эйвери непонимающе улыбнулась. — За освобождение. Приятно было пообщаться. — Стой! А Маховики под запретом? — Я слямзила один у дяди. Думаю, он против не будет. До встречи, Анна! — пошевелив одними пальцами, Белла попрощалась с Анной. Прокрутив механизм Маховика, испарилась, не оставляя после себя и следа. — До встречи…