***
Юнги с самого утра снова в делах. Они уже почти три часа с Джином мусолят одну и ту же тему. Он уже просто устал, но сделать клуб ещё лучше очень хочется. Он ведь не для себя старается так сильно, а для посетителей. Чтобы они чувствовали себя комфортно в этом заведении. Чтобы смогли хотя бы на несколько часов забыться. Каждый день рутина поглощает каждого человека, даже детей, которые ещё не познали жизнь. Им приходится ходить в школу, к репетиторам, на всевозможные кружки. А что уж говорить о взрослых. Юнги хочет, чтобы в его клубе каждый человек мог чувствовать так необходимую ему свободу. Ради того, чтобы создать то место, где каждый человек сможет найти себя, шатену придется вновь закрыть его на некоторое время. Вслушиваясь в идею Джина, он понимает, что работа опять затянется, опять придется искать рабочих и полностью перестраивать первый этаж. Именно поэтому он не хочет что-то менять, но блондин так упорно настаивает, что ему просто невозможно воспротивиться. Юнги все понимает. Понимает, что Ким хочет как лучше, но и его понять можно. Он столько шёл к открытию, а сейчас ему вновь придется закрываться. — Хорошо, ладно, — сдается Юнги. Пусть будет так, как хочет Джин. Он, как свежая голова, должен видеть все нюансы клуба со стороны. Шатен доверится ему. — Я поговорю с твоим Акселем, — обещает Джин. — Выкуплю здание. Тебе не о чем переживать. — Ладно. Только сообщи сразу мне о его решении, — просит Юнги. — Конечно. Ну, мне пора, — молодой человек крепко жмет руку Юнги. Как только Джин уходит, Юнги облегченно выдыхает. Наконец они пришли к единому заключению. Поняли друг друга и, благодаря этому теперь будут работать дальше вместе. Шатен правда рад, что Джин появился в такой сложный для него период. Когда ему казалось, что все уже потеряно. Когда думал, что никогда уже не выкарабкается из сточной ямы, в которой погряз. Юнги с удивлением замечает, что Чимин уже стоит за барной стойкой и что-то тщательно мешает. Он такой милый, когда на чем-то так сильно сосредоточен. Посторонние шумы и объекты вообще его не трогают. Он будто переносится в какой-то другой мир. Юнги бы вечность наблюдал за блондином. Он поставил бы его в рамочку на самое видное место. Не смог бы пройти мимо этой картины. Ему бы пришлось стоять на ногах целый день напротив неё, чтобы вдоль удовлетвориться ей. Мин не думал, что может так сильно влюбиться. И за что? Просто так. Просто потому, что Чимин запал в его сердце. Потому, что остался там навсегда. — Что делаешь? — Юнги тихонько подходит к парню. Тот почти не обращает на него внимание, продолжая заниматься чем-то своим. — Хочу, чтобы Вы выполнили своё обещание. — Какое? — Юнги заинтересованно смотрит на Чимина, который даже не смотрит в его сторону. Поцеловать бы его или хотя бы просто обнять. Почувствовать бы его запах на своих руках, его тонкую кожу под своими пальцами. Нельзя. Нельзя так думать о нём. Он ещё живёт в своём детском мире, пусть пока там и остаётся. Не нужно вырывать его из своих грез. — Не называть тебя малышом? — Нет, — Чимин наконец окидывает Юнги взглядом. — Хотя и это тоже. — Извини, не могу, — Мин улыбается. Так искренне, так нежно. Чимин бы вечность смотрел на его улыбку. — Вот, — Чимин опускает перед боссом стакан. — Выпейте. — Ты мне яду налил? — смеётся Юнги. — Нет, — супится Чимин. — Я не настолько жестокий. Как Вы могли такое подумать? — Да я же шучу, — смеется Юнги. — Ты чего. Ты бы никогда такого не сделал. — И правда, — Чимин смеется так заразительно, что Юнги подхватывает его смех. — Что-то я сегодня слишком серьезный, — тепло улыбается блондин. — Это мой коктейль. Вы обещали быть дегустатором. — Ого, ты всё-таки решил попробовать. Я рад, что ты перестал бояться, — Юнги берёт стакан в руки и отпивает глоток. Чимин ждет затаив дыхание. Ему так страшно и волнительно в то же время. Понравится ли ему. Стоит ли Чимину вообще создавать свои рецепты или лучше закончить на этом. — Это весьма неплохо, Чимин! — Правда? — Чимин краснеет и опускает смущенный взгляд вниз. Сердце так сильно колотится. — Правда. Почему ты раньше скрывал их от меня? Ты должен создать все свои коктейли. Мы добавим их в список нашего меню. — Вам правда понравилось? — Чимин удивленно поднимает глаза на Юнги. Чтобы его собственные рецепты включили в меню клуба, он даже и мечтать не мог. — Правда, — искренне отвечает Юнги. — Мы обязательно их добавим. — Спасибо большое! — Чимин низко кланяется, оставаясь в таком положении на несколько секунд. — С кем Вы говорили сегодня? Кто это такой? — А да, — вспоминает Юнги. — Ты же ничего не знаешь. Это Джин. Он работает в спонсорской компании. Джин решил инвестировать в наш клуб. Скоро здесь начнутся ремонтные работы. Так что некоторое время тебе придется сидеть дома. — О, вот как? — Чимин и не знал, что поймал такую крупную рыбу. Значит не зря он три дня мерз под открытым небом. Его старания окупились. Клуб будет жить. — Это здорово! — Да, — Юнги треплет Чимина по макушке. — Так что жду от тебя названия для коктейлей, малыш, — Юнги отходит от барной стойки и поднимается на второй этаж. Малыш. С каких пор Чимину хочется, чтобы Юнги называл так его? Причем всегда.***
Вечером у Чимина вновь поднимается температура, и ему становится так плохо, что он даже не в силах скрыть свое состояние от босса. Тело ломит и трясет, как при острой лихорадке. Мышцы скручивает тугими спазмами, от чего он не может нормально стоять на ногах. Прислонится бы к стене, да закрыть глаза. Но перед его лицом еще сидят несколько посетителей. Долг — превыше всего. Чимин бы не смог вот так уйти домой, оставив Юнги одного. И пусть у него самого сил нет, но помочь своему боссу, как он думает, обязан. Юнги, заметив то, как Пак прикрывает глаза и время от времени тянется к стене, мигом сообразил, что-то творится что-то неладное. За почти уже три недели парень никогда так сильно не уставал. Он до последнего улыбался каждому посетителю, стоически выдерживая всю ночь на ногах. Шатен достигает юношу и хватает за руку, увлекая за собой. Узнав всю причину поведения Чимина, он очень сильно злится и не может себя сдержать в руках, в порыве какой-то неимоверной ярости. Казалось бы, это ведь бармену сейчас плохо, а не ему. Тогда напрашивается совсем другой вопрос: "От чего босс так сильно разозлился?" — Почему ты сразу ничего не сказал?! — ярость в один прыжок достигает горла, клокоча у самого основания при каждом сказанном слове. Она покрывает глаза Юнги черной дымкой. Чимину так страшно никогда еще не было. Что бы он ни делал, босс никогда так не злился. — Пока ты стоишь тут на ногах, тебе становится все хуже и хуже, а ты еще и улыбку тянешь! Я бы сам справился. Взял бы твою работу на себя, благо опыт имеется. — Шатен не может остановиться от потока слов. Зачем Чимин еще больнее делает ему? Он в неведении достигает самых тонких нервных нитей босса, зажимая их своими пальцами. И тянет, будто порвать пытается. — Собирайся, — Юнги устало выпускает чиминову руку их своей. Вдруг разом накатила усталость; захотелось уйти домой и при приглушенном свете лампы выпить чай. — Но посетители, — Чимин озадаченно смотрит на двух девушек, сидящих за барной стойкой и о чем-то увлеченно разговаривающих. — Не беспокойся об этом, — отмахивается шатен. — Переодевайся и жди меня. Я все улажу. — Я сам дойти могу, — Чимин из последних сил проговаривает эти слова. Озадачить Юнги еще одной проблемой вовсе не хочется. Но тело совсем не слышит своего хозяина. Он как отдельный механизм, сломавшийся после долгой, упорной и изнурительной работы. Юнги хватает тело парня прямо перед тем, как тот касается пола. В его руках тело Чимина, словно трясущийся клиновый лист при сильных порывах ветра. У Чимина, кажется, температура под сорок. Шатен не понимает, почему блондин так отчаянно изнуряет себя, когда его тело не может нормально функционировать. Ну Юнги ведь не зверь, все бы понял, отпустил бы Чимина домой. Делать нечего, это уже случилось. Обеспокоенные девушки подбегают к парням, судорожно спрашивая, не нужно ли вызвать скорую. Мин благодарит их за заботу и просит покинуть помещение. Те согласно кивают, просят, чтобы он в целости донес бармена до дома, и покидают клуб. Юнги еле как удается узнать у Чимина, находящегося в полуобморочном состоянии, адрес его места жительства. Благо квартира парня находится совсем рядом. Мин накрывает Чимина пуховиком, взваливает на свою спину и припускается бежать. Необходимо как можно скорее дать Чимину жаропонижающее, пока не стало совсем поздно. Шатен принимается шарить по карманам, пока не находит ключи от квартиры. Дома темно и пусто. Насколько помнит Юнги, Чимин должен жить с матерью. Но в квартире так тихо, что можно услышать писк пробегающей мимо мыши. — Извините? — Юнги входит в темную квартиру. Наощупь находит выключатель, после чего пространство квартиры освещается ярким светом. Молодой человек на секунду жмурит глаза, а когда привыкает, осматривает проход в спальню. — Дома никого нет? _ снова пробует кого-то позвать. Возможно, мать Чимина уже просто давно спит. Чимин, находящийся под боком Юнги, начинает что-то бормотать себе под нос. Его шапка взмокла изнутри, а мокрые пряди волос прилипли ко лбу. — Что ты говоришь? — Юнги наклоняется ближе к парню. — Мама... — Чимин тяжело дышит. — У нее сегодня ночная смена. Юнги доносит Чимина на руках до его спальни. Накрывает одеялом, но заметив, что его продолжает трясти, бежит в зал, где в большом шкафу на верхней полке находит толстое одеяло. После того как Юнги накрывает парня вторым одеялом, тот, более-менее, перестает дрожать. Мин находит аптечку на столе Чимина. Ему сразу становится понятно, что у него была температура еще до того, как он пришел на работу. Рядом с едва заполненным таблетками блистером лежит градусник. Юнги тяжело вздохнув, встает за водой. После того как Чимин выпивает таблетку и проваливается в беспокойный сон, Юнги с удивлением обнаруживает на его столе стопку аккуратно сложенных буклетов. Трясущимися руками, не веря своим глазам, он просматривает их одну за другой. Неужели Чимин раздавал их на улице? Следствие Юнги приводит именно к такому заключению. Теперь понятно, откуда у юноши такая высокая температура. Но зачем он это делал? Зачем изнурял себя? А почему ему ничего не сказал? Что еще он скрывает от него? Юнги, отшатнувшись от стола, отходит на пару шагов назад, а потом, достигнув спиной стены, опирается на нее. Почему вдруг разом вокруг все помутнело? От чего сердце так сильно сжалось? Шатен, собрав себя в руки, возвращает буклеты на место. Он тщательно заметает все свои следы, оставляя бумаги, как они лежали до этого. До него не сразу доходит, о чем говорил Джин в их первый день. А он ведь именно Чимина упоминал, а не кого-то другого из его рабочего персонала. Получается, это Чимин тогда завлек Кима в его клуб. То, что Джин решил подписать с ними контракт прямая заслуга именно этого юноши, который сейчас лежит с температурой в постели. Юнги вдруг окутывает такая нежность и благодарность, которую он не испытывал до этого ни к одному человеку. Он тихо подходит к Чимину и аккуратно целует в лоб, шепотом прося у того прощение за все пережитые трудности в последние несколько недель. Перед самым выходом из квартиры, взгляд Юнги привлекает толстая книга в твердой красной обложке. Он берет ее в руки и чувствует, какая она на самом деле увесистая. Это "Алхимик" Пауло Коэльо. Юнги сразу узнает ее. Он видел ее именно в этой ярко-красной обложке. Это было в тот день, когда Юнги шел на прием к отцу. Ведь он сам поднимал эту книгу с пола. Сам передал ее Чимину. Как он мог забыть. Именно в тот момент он в первый раз почувствовал разряд тока от соприкосновения с пальцами блондина, который до сих пор его преследует, когда Юнги касается его. Возможно ли, что сама судьба свела их? Юнги в последний раз смотрит на спящего Чимина. Убирает мокрые пряди волос с его лба, целует в щеку и покидает маленькую квартиру.