Белорусская сказка

      Королевство встревожилось, деревни зашевелились, кажется, «Грёзы» утонули в страхе. Мудрец парил по воздуху, рассекая крыльями небесный свод, он приземлился на вершину горбатой скалы. Сергей попрощался с Димитрием, желая учёному не заболеть чахоткой и не сгинуть, и поскакал к подножию утёса. Арсен в человеческом обличии сел под сухое грифельно дерево, которое тем жарким июнем слабо дрожало от потоков ветерка, достал книгу и начал водить пальцем по строкам, балансируя резвый огонь в груди.       Первое время народ продолжал бездействовать, король и королева сильно беспокоились, с заморозками люди стали умирать нескончаемыми кучами, болеть от порождённой холодрыгой чумой. Антонио не замерзал в отличие от других, однако он не находил покоя, так как Димитрий слёг с лихорадкой в простуженной кирпичной башне. —Поз, — прошептал он, возложив ледяную кисть руки на пожарный лоб. —Антонию, всё хорошо, — в бреду отвечал физик, пока по его бледному лицу бежала морская вода, — всё хорошо. Пожалуйста, помоги мне встать, пора исправлять этот сущий Ад. У нас вымерло пол населения. Нужно скорее добраться до мудреца, чтоб его молнией поразило, и согласиться на указания Павла Свободы, иначе мы все здесь перемрём. Идём.       Он и юноша кое-как вышли на улицу, где властвовала метель, заметённые снегом дороги были непробиваемыми. Они поспешили к потресканной скале.       Сергей тихо сидел у костра и грел ладони, подкармливая коня несвежей морковью и травой. Он несколько дней не видел Арсена, одна мысль того, что мудрец скоропостижно скончался, обгорев всем внутренним миром, пугала рыцаря. Однако белый маг навестил его в пик всех волнующих раздумий, словно так и было задумано. Он подкрался сзади Железного Сердца и неспеша шепнул ему на ушко: «Рыцарь, у меня для тебя подарок». Мужчина тут же вскочил с поваленного бревна, схватившись за ошпаренную ушкую раковину, чуждо смотря на удивленного. —Что это было? Больно... Как вы это сделали? — задал он вопрос, ёрзая очами по силуэту. —Я...я не хотел, прости, — извинялся мудрец, сковывая ладонями раскрасневшиеся губы, — с каждым новым рассветом солнечный свет сжирает меня изнутри. Контроль постепенно исчезает, возможно, через трое суток я просто сгорю в самый нежданный момент, и Солнце вернётся на своё место. С Матерью-природой лучше не играться. —Арсен, ваши глаза, — заметил рыцарь и коснулся лица мага, — они серы. Где...где ваша голубизна? —Солнце выжгло, — опечалено выдвинул устами он и обернулся на скрип сугробов.       Через водопад вьюги показались люди. Их вёл за собой Антонио, который поклялся стереть с лица земли белого мага. Арсен содрогнулся, неужели книга, передаваемая поколениями, ошиблась. Убийца волшебника не придворный учёный, а заколдованный мальчишка. Он одолжил у Сергея меч и наделил оружие солнечной энергией, которая мигом впиталась в металл, подобно воде и почве. Меч полыхал красным пламенем, но не плавился. Его мягкое свечение развивало мрак. —Если ты будешь слушаться меня, то меч не причинит тебе вреда, но если ты пойдёшь против меня или против своего сердца, то пострадаешь, — молвил он и навострил слух. —Отдай тепло! Нам надо немного, — взвывал громе бури Шастов, неся на руках дрожащего синего учёного.

«Нам надо немного!» — драли глотки позади него бедные люди.

      Он подобрался ближе к костру и, рухнув на колени перед магом и возложив полумёртвого Димитрия на мерзлотную землю, процедил сквозь сжатые зубы: «Отдай тепло! Прошу тебя, нам нужно немного». Сердце рыцаря подкосилось, он не смел шевельнуться. В его мощных руках полыхал огонь, но видели бы вы лицо стража. Кажется, оно задрожало, как и дрожал учёный всем телом от холода. —Нам нужно немного, — вторил Димитрий, протянув ладонь к костру, — нам нужно не всё, — говорил он, — хотя бы рассветы, чтобы на день силы брать, и закаты, чтобы мечтать. Дай нам трое суток, мы восстановимся и выплатим долг королю. —Отдай же нам тепло, прошу тебя! — срывала голос пожилая дева, скрывающая от снега нагрудного младенца. —Маг, только рассвет и закат, — разбавляли реплики жители деревушки «Могилы».       Однако Арсен поднял голову и гордо спросил: «Что же вам не хватает? — У вас есть всё! Солнце в ваших сердцах, тепло внутри каждого из вас! Стоит только начать уважать друг друга, верить в силу Его величества, не бездельничать и не витать в облаках!»       Голос мудреца гас, он произносил слова с тяжестью, пока вовсе не замолк, ведь горло забилось свернувшейся бордовой кровью. Мужчина сжал потресканные губы и жалобно посмотрел на рыцаря. «Прошу, Железное Сердце, убей Димитрия, — с появляющимися слезами, но тут же испаряющимися от кипятка кожи молил он, — или Солнце разорвёт меня!»       Сергей ужаснулся. С одной стороны, страж, отдавший присягу, обязан повелеваться, несмотря ни на что, с другой, чувства и сомнения резали сознание коренастого рыцаря. Он вознёс над физиком меч, пылающее лезвие блеснуло в вышине, Димитрий легонько посмотрел на него стеклянными пуговками и приподнял уголки губ. —Сергей, прости, я заболел, — ласково и беззвучно прошептал он.       Антонио, закричав что есть мочи, перегородил тело друга собой и зажмурился. Рыцарь поневоле спустил оружие, однако почти у порисованного голодом позвоночника юноши остановился и оскалил молочные клычки. Было больно. Он не только ослушался решения белого мага, но и противоречил сам себе. Огонь ударил Сергея, расплавив метал, который вследствие прикипел к коже рук. Страж швырнул в сторону кипяченное оружие и сжал истекающие кровью ладони. Он приглушал стоны боли, а мудрец, не веря поступку верного Железного Сердца, взобрался в образе сокола на вершину скалы и озарил шершавым голосом головы народа.

—Не будет вам тепла! Я знаю, что делать, на то я мудрец!

      Антонию крепче обнял Димитрия, посочувствовал железному и, воодушевившись мужеством и достоинством рыцаря, скомандовал: «Народ, почему мы должны терпеть эти издевательства? Мы сами будем решать, где светить! Давайте построим лестницу и вернём наше Солнце!»       Народ одобрил затею и пыл юноши, они стали срубать деревья в округе, ивовые прутья и сооружать высокую лестницу. Мужчины из последних сил колотили, а женщины, падая на землю, несли материал. Железное Сердце подбежал к Позовику и возложил его голову на колени. Защитник королевства молил господа Бога, сохранить жизнь этому человеку. Димитрий полностью замёрз, его дыхание остановилось. Сергей вдыхал в умное тело жизнь, ассоциируя подачу искусственного дыхание и проделывая массаж сердца. —Открой очи, глупый бродяга! — рычал рыцарь, пока Шастов с кинжалом взбирался по лестнице.       Его ненависть наросла кусками льда на рукояти, арктический воздух окружал нимбом Антонио. Чёрт возьми сказочника, он был подобен Ангелу. —Мудрец, верни нам Солнце! — требовал парень, переступая ступени, — Я убью тебя. —Давай залезай, сюда! — манил белый маг нетерпеливое создание, обернувшись львом-альбиносом.       Люди отступили. По небу разлилась гроза, молния бешено ударила и поделила небосвод на кривые части, томительный рёв льва тонул эхом в чёрных облаках. Дикое животное ступало навстречу спасителю, разрушая под своим величеством деревянный мост. Они сцепились в смертельной хватке. Антонию ступал назад, ведь царь зверей скалил клыки, выпячивал когти, рычал языками огненного пламени, опаляя собственную груву и обжигая морду. Шастов высчитывал то самое мгновение, когда лев набросится на него и победа будет на стороне могильников. Мудрец знал наперёд, что не уйдёт с поля боя невредимым, однако он наступал, продавливая сугробы. Сергей сделал свой выбор, белый маг проиграл. Финал блеснул разочарованием в седых глазах. Атаковав Антонию, Арсен прыгнул на слабое телосложение и вдавил его в рыхлый снег. Шастов вонзил острие кинжала, переполненное частицами чёрной магии в область левого лёгкого, ближе к сердцу волшебника. Лев взвыл, из раны сочился солнечный свет, животное шатнулось в сторону и рухнуло, сжимаясь и стонав. Юноша собирался добить мага под радостные крики жителей, но рыцарь встал на против него с распростёртыми руками. —Только через мой труп, — настойчиво и твердо заявил страж. —Антонио, остановись, — молвил живой Димитрий, коснувшись плеча друга.       Шастов обронил кинжал, он жадно, обняв, вцепился в спину товарища, который будто бы и не болел. Здоровый цвет лица, румяные щеки, а главное — успокаивающая улыбка. Именно так улыбался учёный, когда Антонио впервые пришёл к нему, чтобы поделиться своей тяжкой участью. —Сергей спас меня, — повествовал он, — Антонию, помнишь я тебе говорил про искусственный свет? Пока я был в небытие просвещение снизошло на меня. Всё будет хорошо, нам нужно вернуться. Оставь белого мага, помни истину. Не убьёшь и сам не будешь убит.       Люди, полностью отдавшие судьбу учёному, исчезли в ветхих домах. Мудрец, истекая кровью от ран и ссадин, выпустил из пасти Солнце, которое выкатилось и вернулось на небеса. В королевстве «Грёзы» восторжествовала беспечная радость. Они приветствовали светило, но ныне уделяли ему всё меньше и меньше внимания, помня, какой ценой оно им далось.