those nights

Чонгук делает двойной флип и ровно встает на доску после очередного трюка. Югем хмыкает где-то в сторонке, затягиваясь мятным винстоном, и качает головой. — Хуйня, — лаконично критикует он. Чонгук морщится. — Сам ты хуйня, — продолжает катиться до перилл и вскакивает на них, быстро скользя по исцарапанной долгими попытками поверхности. Чонгук не мало раз здесь разбивал себе лицо. — Тебя не исправить, — друг откидывает бычок в сторону и кидает доску на пыльный асфальт, — го до Джина? Чон лишь развернулся и поехал до игровой арки. Стертые колеса его верного скейтборда ровно катились по дорожке, широкая розовая футболка, подаренная Югемом на прошлый день рождения, мягко развевалась на легком ветру. Парень сильнее натянул на голову кепку козырьком назад и рвано выдохнул. Попытка номер хрен уже знает какая. Он обязан побить свой чертов рекорд! Чонгук задерживает на секунду дыхание и ускоряется перед прыжком, сначала медленно, а после, уже быстрее, – набирая обороты. Вот он, гребанный трамплин, на котором он месяц назад чуть не свернул себе шею, вот оно – то, из-за чего он не может спать по ночам, вот оно!.. — Ты пока соберешься, я успею до мака сгонять, придурок, — только и слышит Чонгук, как оступается на тротуаре, резко встречаясь лицом с забором. Кепка слетает с башки, футболка задирается до жопы, а скейт отправляется в полет куда-то в сторону. Друг начинает ржать. Чон поднимается с колен, отряхивает свои штаны и кидает уничтожительный взгляд на Югема. — Ты ахуел? — Выдыхает зло и смотрит обиженно, будто травой обделили. Смешно невъебенно. — Ты в себе постоянно, харэ зацикливаться на нем так сильно, — подъезжает к Чонгуку, поднимая и отдавая тому его скейт, — ты на турнире тоже ссаться от каждой фразы в свою сторону будешь? — Бровь смело поднимается, эпатируя вызовом. Чонгук отбирает у друга свою доску и мгновенно оказываясь сверху. — Не еби мозги, погнали уже, — Югем догоняет взглядом первого, жмёт плечами и отправляется следом. – Дело твое.

🛹

Джином звали парня, торгующего скейтами в округе. Обычно к нему заходили просто потусоваться на старых потрепанных диванчиках, которых притащили еще Чонгук с Югемом пару лет назад, и попить холодного пива. Чонгуку пиво Джин почему-то не давал, на что не редко получал косые взгляды в свою сторону и средний палец, на который он успешно закатывал глаза. Старший на это лишь снисходительно хмыкал и пожимал своими широкими плечами, мол, не дорос еще, молоко на губах не высохло, и все в таком вот духе. Но все равно к вечеру не досчитывал пары лишних бутылок хмельного. Югем распахивает входную дверь, обклеенную тонной постеров со скидками и просто рандомными сюжетами и персонажами из игр 90-х. Чонгук до сих пор не мог узнать половину. Табличка на двери стукнулась о стеклянную поверхность два раза, и входной колокольчик оповестил хозяина заведения о новых посетителях. Правда, никто так и не появился, из-за чего Югем хмыкнул и прошел за стойку. – Ты со мной? – Кинул он, рукой отодвигая небольшую занавеску. Чонгук, все еще обиженный и пребывающий в своих раздумьях, махнул рукой, мол, и тут подождет, и уселся на кожаный диван, над которым на стене висела электро-гитара. Друг покачал головой и зашел внутрь подсобки. Не хочет – не надо, сам потом одумается. На бесплатное пиво и кот прибежит. И Чонгук прибежал, когда из скрытой комнаты, соединенной с гаражом, стали слышны чьи-то громкие разговоры и смех. Пидоры. - Серьезно? – На полуразваленном пластиковом стуле со стаканом алкашки в руке сидел Джин в застиранной белой футболке с эмблемой Bring Me The Horizon, джинсовых шортах и пляжных резиновых шлепках. - Как никогда, - Югем отпил немного чего-то из зеленой бутылки без этикетки и прокашлялся, - блять, отстойное пойло. Чонгук тихо прыснул в кулак, гаденько в мыслях ухмыляясь «так тебе и надо». - Сам ты отстойный, а эта детка будет получше твоей мамки, - на полном серьезе ретировал Джин. Через минуту ржали уже оба. Чонгука передернуло. - Долбаебы, - он схватил со стола коричневую бутылку туборга и уселся рядом с Югемом на диван, - натуральные, - он сделал первый глоток, прижал указательный палец к губам на секунду и посмотрел на друзей, - долбаебы. - Вот кто из нас натуральный еще под вопросом, паршивец, - Югем после этой фразы что-то невнятно хрюкнул в бутылку и пролил половину на себя, - а теперь верни на место, - Джин кивнул головой на столик, с которого минутой ранее пропала одна из бутылок. Чонгук качнул головой, мол, «не-а, нихуя». Старший лишь закатил глаза, но говорить больше по этому поводу ничего не стал. По тихому радио, что одиноко валялось где-то в углу, транслировали пляжный поп нулевых, Югем невольно подрыгивал под него ногой. – О боже, только не говори, что тебе нравится это говно, - старший медленно потянулся и поставил стакан на столик. – Это вайн ап? – Югем нацелился выбесить Джина, Чонгука вся ситуация в целом уже веселила, – та, что под исполнением кэт делуны? Джин молча поднялся, кулаком пригрозил Югему и выдернул радио из розетки. Пузо Чонгука уже изнывало от смеха, он отбил другу пять и снова сделал глоток. – Не беси меня, щенок, – старший уже хотел запустить в ржущего Чонгука шлепкой, но его остановил звук уведомления на телефон. Все разом замолчали. Джин подошел к столику и взял в руки старый смартфон. Недолгое молчание вывело из строя все лёгкое настроение. Чонгуку всегда не нравился звук уведомлений на телефоне Джина. Они никогда не сулили ничего хорошего.