Клинок в темноте

Темная комната, взгляд пустой. Смотрю во тьму — не вижу ничего, И тихо, тихо всё кругом, и тишина Не умиротворяет, лишь пугает. В гробовой тише я сижу, и чувствую Я дикую вину. Смотрят картины на меня, и Осуждают, и винят, во всём что делал, Делаю и буду, за то что я живу И существую. За это чувствую вину. И мало ли что делал я, но всё ещё Страдаю. Почему? Ведь даже я не виноват. Протру рукавом слёзы на лице, и засмеюсь, так звонко, радостно и громко. Несчастье сразу же отпало, ведь не виноват я в самом деле. И в корне лишь одна проблема, а корень—я. Я корень всех проблем. Смеюсь я от того, что понял. Не дело мне реветь из-за проблем. Я не достоин, радоваться должен. Хотел бы верить в доброту, но сколько боли сам я причинил. Себе, и близким, всем вокруг. За что я их? За что? Не знаю я ответ. Впадаю снова в темноту, смотря на все картины думаю одно. — Как ненавижу, ненавижу, себя, картины и людей, и мир вокруг я ненавижу, но люблю. Люблю я красоту природы, и ярко-синий моря бриз. Люблю я теплый ветерок, трепящий волосы, щекочащий лицо. — И вдруг достоит жизни я? Не знаю, надо бы подумать. Смотрю в окно, и вижу свет. Ласкают яркие лучи мой взгляд. Тянусь я к свету, но рука лишь тонет в темноте. Я утопаю, в омуте и в иле, как будто в озере глубоком, чью красоту я так ценю. Увязав в темноте по горло, чувствую острый я клинок. Обжигая кожу он приставлен, и становясь приградой к свету давит лиле. Он давит, оставляя след.