Забавный Дюма: мушкетёрская трилогия

Глава начинается с того, как кардинал лично вышел встречать королеву, готовясь к бою за деньги путём поворачивания алмаза на пальце камнем вниз, но дело оказалось не в этом. Впрочем, обе стороны решили играть в традиционные игры дипломатов - молчанку и гляделки, ожидая друг от друга (и справедливо) чего-то нехорошего. Генриетта проиграла эти игры, перейдя к сути после очередной улыбки первому министру. Это, правда, только насторожило Джулио, которого больше бы устроили претензии за жилищный вопрос. Все опасения оказались реальными - была озвучена просьба дать Карлу I возможность поселиться во Франции. Мазарини, возможно, понял что живёт в матрице, ведь таких идеальных таймингов между приходом посланцев Кромвеля и Карла не могло случиться, а потому решил играть в дурачка, делая вид что не знает о идущей в Англии 7 лет гражданской войне, а затем ссылаясь на то, что неточно формулирует мысли из-за итальянского акцента. Генриетта принялась троллить Мазарини, предлагая ему перейти на известный ей итальянский и иронизируя над его оплакиванием убитого миролюбивым Луи XIII маршала Кончино Кончини (интересно представить лицо переводчика, адаптировавшего эти имя и фамилию). Но даже королеве надоело оплакивать Кончино Кончини и слушать мастерское литьё воды от Мазарини, потому она спросила уже в лоб, даст ли он убежище Карлу и поможет ли ему сражаться. Первый министр прибег к ответному троллингу, заявив что немедленно, сию же минуту и вообще мгновенно начнёт консультации с королевой, потом вынесет вопрос на рассмотрение парламенту (советник Брусель оценил бы, что подметила даже Генриетта), и вообще выражает глубокую обеспокоенность. Сложно представить, сколько страниц тянулась бы глава, если бы Генриетта решила терпеть до конца, но у неё сдали нервы и она ушла. К счастью, на весь дворец у неё всё же нашёлся настоящий друг в лице лорда Винтера, верно сопроводившего её до кареты. Мазарини был рад, так как смог пообещать всё и ничего всем сторонам. Правда, желание сделать Мордаунта другом никуда не делась, так как Бернуину вновь был задан вопрос о чудесном английском дипломате. Тот, в свою очередь, привёл Коменжа, доложившего, что пуританин по необъяснимым причинам является любителем роскошной живописи Рафаэля, которую ОЧЕНЬ внимательно рассматривал в галерее. Самого же Мазарини Коменж и посланный Анной Вилькье повели служать доклад Гито от принца (случилась внезапная переконцентрация персонажей на метр квадратный). Мордаунт, ожидаемо, не был ценителем Рафаэля (а жаль), зато был ОГРОМНЫМ ценителем стоявшего возле картины лорда Винтера. К огромному сожалению, Мордаунт не стал бросаться на лорда прямо на месте (что сберегло бы несколько жизней), а решил заняться классическим сталкерством, сев на коня и став ждать, когда проедет карета королевы. Лорд Винтер, тоже к большому сожалению, не заметил Мордаунта уже здесь, по взгляду юного ценителя Рафаэля можно было понять многое... Карета в конном сопровождении Винтера внезапно поехала не в монастырь, а в Лувр, некогда покинутый почти не королевой Англии, туда ещё прибыла и её дочь. Правда, Мордаунту в целом было плевать на внезапный переезд, так как он был тайным фанатом только одного мужчины. Потому он с мастерством косплеера вписался в барельефную композицию стены и снова стал ждать.