Забавный Дюма: мушкетёрская трилогия

Начавшееся в прошлой главе сталкерское преследование продолжилось, когда лорд Винтер выехал от королевы в свои апартаменты. Секретность сталкера, впрочем, оказалась весьма посредственной - Винтер заметил её, а затем и его слуга Тони буквально пересказал все перемещения данной фигуры начиная от Лувра. В этих условиях Винтер принимает единственно верное решение для сталкеров - игнор и избегание (хотя в данном случае прицельный выстрел был бы более уместен). Правда, лорд решает, что это шпион кардинала, видимо думая, что ещё времена Ришельё (ведь у Мазарини, судя по представлениям Дюма, шпионам видимо тоже недоплачивали). Шпион, между тем, продолжает делать всё, чтобы нарваться, в частности скачет галопом, но, к счастью для такой техники шпионажа, Винтер оказывается воспитанным человеком. Более того, преследователь ещё и начинает передвигаться с суперскоростью, поскольку входит в комнату лорда Винтера сразу вслед за ним, ещё и проскользнув мимо слуги. Им, конечно же, оказывается каким-то образом воскресший Фельт... Мордаунт, он же Джон Френсис Винтер, он же монах, он же чрезвычайный посол Кромвеля. Стратегия разговора была подобрана сторонами странно: Мордаунтом в духе издевательского буллинга, а Винтером в стиле пассивно-агрессивного троллинга. Действуя в духе героя анекдота "Но ты же сам позвонил" Мордаунт требует от Винтера поговорить о том, какой Винтер плохой и как с ним не о чем разговаривать. Лорд вначале хочет прогнать своего внезапного фаната, но тот переходит к запрещённому оружию - пафосным цитатам о том, что он приходит в третий раз с ещё более страшным вопросам. Барону Шеффилду по ОПРЕДЕЛЁННЫМ ПРИЧИНАМ не очень хочется признавать данного перспективного юношу своим родственником, о чём он в очередной раз заявляет. Но Мордаунт упоминает, что "виделся" с бетюнским палачом и потому лорд ему всё же дядя - поездки во Францию для них это дело семейное. Лорд от таких новостей даже присел, поздновато осознав что Миледи - это стиль жизни. Но к сожалению времени написать дорогому дневнику о всей той боли и унижении, которые он испытывает, всю жизнь встречаясь с подобными неадекватами, он не мог, поскольку Джон Френсис не унимался. Мордаунт каким-то образом пришёл к выводу что лорд и барон, ещё при жизни Миледи бывший личным другом Бекингема, распоряжавшийся портами, замками и офицерами, имевший обезьянок в качестве домашних животных и ЯВНО не испытывавший НИ МАЛЕЙШИХ проблем с деньгами (если не считать попытку силой выпить в трактире, где заперся Атос) - оказался просто жадиной с ментальностью вора, убившим Миледи ради наследства его брата и специально ради этого лишившего Мордаунта прав наследства. Такого бредового потока сознания лорд не выдержал, начав по пальцам перечислять любимому племяннику преступления его матушки в виде доказанных отравления и попытки отравления, провокации политического убийства, ещё одного отравления в монастыре, доведения до самоубийства даже брата палача. Мордаунт в ответ применил приём дискуссии "ничего не слышу, ничего не слышу!". Аналогом данной фразы здесь было "Это была моя мать!" (в переписке Френсис вероятно начал бы строчить агрессивные комментарии со скобочками в конце). После того как Винтер-старший не испугался, Френсиса и вовсе поплавило, причём в прямом смысле - у него пошла пена из рта. С точки зрения современной медицины это значило эпилептический припадок, отравление, отёк лёгких, инсульт, асфиксию, передозировку веществами или бешенство на поздней стадии. К счастью, лорд избежал заражения бешенством на поздней стадии, признав Френсиса племянником за первоклассный косплей Миледи в попытке убить человека. От такого заявления племянничек эмоционально выгорел, пообещал дяде убить его как-нибудь попозже и ушёл, не особо беспокоясь, что лорд прикажет его задержать (лорд, правда, действительно проявил здесь чудеса милосердия). Смысл визита Мордаунта остался одной большой загадкой - так как по его итогам ничего не случилось, кроме того что лорд Винтер оказался предупреждён о угрозе. Пути мстителей неисповедимы...