Наследник Трагедий и Подвигов

       И Жон резко упал в обморок.        — Жон! — испугалась Пирра и, тем не менее, быстро оказалась рядом с напарником, мягко словив его голову в нескольких сантиметрах от земли. Спустя секунду приблизились остальные. — Жон?!        Не просыпался.        — Я за мисс Гудвитч! — вызвалась Руби, как самая быстрая, и со всей мощи активировала свое Проявление, исчезая в вихре красных лепестков.        — Пульс учащенный, но ровный. — Блейк пальцами пощупала сонную артерию. — Кожа холодная.        — Аура… постепенно убывает. — нахмурился Рен, для достоверности проверив свиток Жона. 99%… 98%… — Через тридцать минут будет в желтой зоне.        — Почему? Из-за чего? Ему ведь не на что ее тратить сейчас. — раздался возглас Вайсс. Действительно, закон сохранения энергии распространяется и на Ауру. Если она не проявляется внешне, то… Восстановление тела?        — Ребят… — настороженно позвала Янг, разворачивая Эмбер Селику. И ей вторило рычание.        Из краснолиственного леса на поляну выбиралась стая Урс, Гримм-медведей, в несколько метров высотой и шириной. Черный мех, бледные костяные наросты и громадное тело, в рекомендациях по битве с ними написано, что победа гарантирована, если два Охотника будут приходиться на одну особь, три — если тварь является вожаком стаи.        Прямо сейчас с одной стороны шесть боеспособных кандидатов в Охотники, один небоеспособный, нуждающийся в защите, подкрепление будет через 5-10 минут. С другой стороны их окружила примерно дюжина Урс, причем еще несколько явно на подходе. Расклад неудобный, но терпимый. Поляна как на ладони, ручей — какая-никакая, но условная граница, а Неверморы здесь почти что не обитают, из возвышенностей здесь только две горы, и то на одной из них расположен опорный пункт Охотников, сторожащих местную железную дорогу. Следов деятельности подземных Гримм, нор или рыхлой земли, не видно, так что сражение будет только с наземными чудовищами, ограниченных 2D-пространством толщиной в 5 метров. Вот только эти правила не распространяются на Охотников. Деревья, прыжки, отдача оружия — чем больше Пирра размышляла, тем больше находила преимущества в грядущем бою.        — Нора и Янг в авангарде, Блейк и Вайсс на поддержке, убирайте по одному или по двое, в толпу не лезть. Рен в тылу, обследуешь Жона, я на страже. — она тут же раздала указания, обнажая меч. Неважно, за сколько времени они убьют Гримм, приоритет: безопасность и здоровье Жона и их самих. — Оборонительная тактика, ждем подкрепление.        — Есть! — кивнули все и заняли свои позиции.        В какофонии взрывов, медвежьего рыка и воинственных криков Рен осматривал Жона на признаки аллергической реакции. Пульс сильный и вернулся в норму, дыхание равномерное и глубокое, никаких опухших участков на шее и внутри рта, значит ничто не мешает потоку воздуха, сыпи — Рен для достоверности снял с Жона доспехи и кофту, обнажив торс — нет, лишь кожа беспокоила своей белизной. Он уже хотел было…        Спина Жона задрожала и шевельнулась.        Рен резко вскочил, испуганный этим движением, но Жон так и оставался без сознания, лежа на животе. Может показалось…        Под белой кожей шевельнулся позвоночник.        — Пирра!        — Что?! — Пирра взмахом копья отогнала Урсу от себя.        Но Рен не успел ответить, Жон резко открыл глаза, красные и с черной склерой, как у гримм, и напрягся. Раздался хруст, чавканье плоти, перед глазами мелькнуло что-то острое, черно-белое и гибкое, и на инстинктах Рен отпрыгнул назад, прикрывая глаза. Когда он приземлился возле Вайсс, то Жон, подобно дикой взбешенной кошке, всем телом прижимался к земле. Его конечности застыли в напряжении, казалось, что мышцы просто сотрут кости в порошок. Нечитаемое выражение острого лица, то ли интереса, то ли веселья искры горели в жутких глазах, а единственным, что не подавало признаки статуи, был хвост.        Хвост.        Продолжением позвоночника он вырос до целого метра, черный, но без шерсти, лишь острым взглядом можно было рассмотреть темные чешуйки. Но опасность заключалась в белых, подобно костям, острых наростах, симметрично выступающих из плоти. Изгибы этих лезвий гипнотизировали своей хищной красотой, а на самом последнем, что подобно кончику хвоста скорпиона, сияли прожилки алого и багрового, формирующих сложный узор.        Будь Руби здесь, она бы сначала посчитала такой хвост крутым, как из ее комиксов, а уже потом начала беспокоиться, что означает его наличие у якобы простого кандидата в Охотники. Эти глаза, это поведение…        Все замерло, Урсы, студенты, природа. Застрекотав хвостом и утробно зарычав, Жон стремительно прыгнул в сторону чащобы, вглубь Леса Вечной Осени, даже не оставляя следов. Едва ли он был Жоном сейчас, и едва ли он вообще считал себя человеком.        — Ж-Жон! — спохватилась Пирра и уже хотела было остановить напарника своим Проявлением, да вот только ничего металлического на нем больше не было. Доспехи отражали лучи солнца, а Кроцеа Морс…        — Это не мое имя. — прошелестел, иначе это никак не назвать, Жон. — У меня… — он замер, схватился за голову. — Р-р-ргх… у меня нет имени.        И в легком смятении он скрылся среди деревьев.        — Жон!!!

***

       — Еще раз объясните мне, что произошло. — Глинда Гудвитч по привычке разминала переносицу, пытаясь переварить то, что сказали ее ученики.        Прямо сейчас на поляне собрались все команды первокурсников, а команды RWBY и JNPR, пусть и не в полном составе, стояли перед профессором. Все банки готовы, дети нагулялись по лесу, и Глинда уже собиралась организовывать возвращение в Бикон, как случилось это.        — Есть. — кивнула Пирра. — Совершенно неожиданно в голову Жона прилетела банка с соком местных деревьев. Мы даже не поняли кто ее кинул, как Жон начал бредить, а после потерял сознание. Когда попытались оказать первую помощь, Руби, как самая быстрая, вызвалась уведомить вас о ситуации, но вскоре после ее ухода на поляну пришли Урсы, привлеченные запахом сока. Во время боя один из Гримм взял Жона и… и утащил с собой в лес.        — Гм… — полузадумчиво-полуудивленно промычала мисс Гудвитч, но все же решила оставить гипотезы о странном поведении Урс профессору Порту, ему бы этот рассказ пришелся по душе.        А сейчас надо четко раздать указания.        — Понятно. — жесткий взгляд Глинды Гудвитч тут же остановился на Кардине Винчестере и его товарищах, покусанных рапирными осами. — Команда CRDL, вы наказаны. Пока мы заняты поисками Жона Арка, вы проведете время под присмотром дежурящихся здесь Охотников. Последующее наказание обсудим позже.        — Почему?! — воскликнул Кардин. — За что?!        — За умышленное причинение вреда своему одногруппнику. — заледеневшим тоном проговорила мисс Гудвитч. — Только ваша команда принесла неполное количество банок, 4 вместо 5, сколько было до сбора сока.        — Да, но…        — Молчать, у меня нет больше времени на вас. — она резко пресекла дальнейшие оправдания. — Остальные, делитесь на группы по две команды, так как вас уже нечетное количество, то с одной командой пойду я сама. Прочесать сегмент леса в 120° от этого ручья. — профессор рукой показала направления поиска. — В случае встречи с высокоуровневыми Гримм отступите к ручью. Все ясно?        — Да!        — Приступайте.        Команды JNPR и RWBY направились в лес, сей случай невольно вызвал много размышлений, и если Руби лишь гадала о причинах, почему Урса утащил ее первого друга, то остальные все еще находились в смятении. Молчание недолго царило между ними.        — Так… — протянула Руби. — Гримм пытались… ну… съесть Жона?        — Вообще-то… — тут же вызвалась Вайсс рассказать лидеру всю правду про недавнее происшествие, как ее перебили.        — Нет! — поспешно вставила слово Янг. — Урса просто… утащил его. — сконфуженно закончила она ответ под недоверчивым взглядом младшей сестренки и недоуменными — остальных. — Уверена, с ним все будет в порядке.        — Да… — Блейк прищурила свои золотые глаза, удивленная ложью своей напарницы, но все же решила поддержать ее.        — Что? — воскликнула Вайсс, но тут же увидела умоляющие глаза Янг, и решила подождать, пока та не объяснится. Почему они скрывают столь важную информацию от лидера команды? — Да… все верно…        — Хм… — промычал Рен, и на вопросительный взгляд Норы лишь молча кивнул. Пирра же просто сосредоточилась на поисках Жона.        — Фух… — беззвучно выдохнула Янг.        Что за черт ее сподвигнул соврать Руби?.. На самом деле чем больше она размышляла над этим, тем сильнее убеждалась в верности своего решения. Все эти странные ситуации с Жоном… если она сама не разобралась со своим отношением к нему, то как может навязывать свое мнение сестренке о ее первом лучшем друге? Если сам Жон не знает о своей хвостатой проблеме, то у него наверняка нет злых намерений по отношению к Руби. А если вдруг ее стеснительная младшая сестренка после раскрывшейся правды прекратит дружить с ним? Если из-за печального опыта больше не захочет ни с кем знакомиться, особенно с парнями?        Или может Янг лишний раз накрутила себе переживаний?        Хочется что-нибудь покрушить.        На миг блеснули алые глаза, но усилием воли она сумела успокоиться. Контроль гнева… Контроль гнева… Ладно, если все будет хорошо или же все станет плохо, то всегда можно успеть рассказать правду Руби. После всего произошедшего, вряд ли их команды будут надолго оставлять Жона одного, на случай подобных ситуаций, и учителя сумеют ему помочь.        Этой мыслью Янг успокоила свою совесть.        Вскоре они обнаружили испорченные когтями Урс деревья, значит поблизости и их логово.        — Мы не туда идем. — вдруг остановила всех Блейк и указала верное направление. Они чуть не отклонились на два часа часа. — Нам в ту сторону.        — Ты уверена? — спросила Пирра, изучая свежие следы.        — Да, это следы, оставленные… не теми Гримм. — спохватилась Блейк, чуть не выдав правду. — Тот… Урса был весьма стар и опытен. Чем старше Гримм, тем больше руководствуется прагматичностью, меньше — животными инстинктами. К тому же моя интуиция подсказывает, что нужно в ту сторону.        Вообще-то не интуиция, а нюх, но это уже ее тайна. Жон оставлял весьма стойкий запах неуверенности, рациональности, возбуждения и властности. Странное сочетание, казалось, что он одновременно бредит, мечтает, сомневается и решает школьную контрольную. Будто один человек одновременно думал о разных вещах и желаниях.        — Ок.        Путь привел их вглубь леса, но неожиданно краснолиственные деревья сменились обтесанным камнем и древними, но целыми постройками. Совершенно иная архитектура, более подавляющая, но изящная, с множеством различных декоративных элементов. Статуи волшебных существ стояли в четкой последовательности, плодоносные деревья и кусты выращены стройными рядами. А в центре этого комплекса возвышалось куполообразное здание.       Руины целой деревни таились в Лесу Вечной Осени.        — Ого… — удивленно выдохнула Руби.        — Профессору Ублеку здесь точно понравится. — прокомментировала Янг, ступая по каменной дороге к центру.        — Думаю, что Жон где-то здесь. — Блейк, чуть ошеломленная, вдохнула воздух. Целый букет новых запахов, свечной воск, мраморная пыль, цветы. Ощущение, будто она одним шагом переместилась в другое место, но нет, позади шелестела алая листва. Тем не менее она все еще чуяла Жона. Запах переменился, в букет горячей страсти и звериной неудержимости добавилась… тягучая, стылая печаль. Странно.        — Ставлю десятку, что Жон прямо там. — Нора указала на здание в центре комплекса.        Хрустальные купола сверкали в лучах солнца, четыре ворота расположились по сторонам света, изготовленные из древесины здешних лесов, украшенные резьбой и позолотой. Стенные барельефы таили в себе незнакомые истории и легенды, высеченные слова на древнем языке описывали давно забытое, рассказывали о героях и сказочных существах. А перед вратами высилась статуя человека.        — Может это дворец? — предположила Пирра, восхищенная внешним фасадом здания.        — Не думаю. — Блейк указала на каменный постамент, на котором стояла величественная фигура. Застывшие свечи и палочки благовоний — запах все еще чувствовался, что напрягало. — Скорее храм.        — Может это и то, и другое. — пожала плечами Вайсс, изучая статую. Обезличенная фигура, на лице нет ни глаз, ни рта, ни носа — ничего. Единственное, что можно было понять, камень изображает мужчину или даже юношу. — Но мы здесь не за этим.        Резные ворота были приоткрыты.        Едва они вошли в храм, как вокруг рвспростерлось поле зеленой травы. На отточенном годами тренировок и боев инстинкте команды NPR и RWBY приготовились к сражению, раскрыв свое оружие, но ничто им не угрожало, никого не было видно. Лишь бескрайнее травяное поле под синим небом и полуденным солнцем.        — Что сейчас произошло? Где мы? — напряженно спросила Вайсс, перебирая в уме варианты… которые сводились к редкому Проявлению. Иллюзорное или пространственное?        — Вы в одной из историй. Чтобы пройти в храм, нужно понять новое знание. — неожиданно раздался голос, и в клубящемся голубом дыме очертилось женское тело. Возвыщающаяся над людьми своим ростом, нагая стройная фигура тем не менее парила в воздухе, будто гравитация не имела над ней власти. В лучах солнца блестели золотые украшения, едва ли сохраняющие видимость приличия, кожа голубая, волосы подобно сумеречному небу на горизонте, а в глазах мрачнело море и мерцали звезды.        Все были настолько потрясены ее появлением, что даже Нора забыла закрыть Рену глаза.        — Вы все это видите? — на всякий случай спросила остальных Блейк, мало ли, может в благовониях было что-то не для кошек.        — Синюю огромную и летающую женщину с грудью больше, чем мои милашки? — уточнила Янг, а после кивнула. — Да.        — Что… Кто вы? — поправила себя Руби, смело выступив вперед.        — Я Джинн. — женщина ответила волнующим все вокруг голосом, радуясь лазейкам в правилах Лампы Знания. — При возведении храма, где вы сейчас находитесь, я принимала участие, поэтому здесь мой… аватар.        Джинн была весьма заинтригована, когда в карманное измерение старого друга проникли люди… и не совсем люди. Новое знание принесло ей радость, и пусть она не могла обойти правила своей сущности, не самолично, но старый друг недаром слыл гением, привнеся в свой храм часть ее царства. Можно поведать о правилах, о простых мелочах, но и этого должно хватить.        Люди жадные, когда им не хватает информации, они ее ищут.        Но все же немного жаль, Джинн желала помочь старому другу побыстрее обрести себя.        — То есть мы сейчас в храме, но не вы. — уточнила Вайсс, которую с детства учили выцеплять подозрительное и ценное в словах, будь то разговор или контракт.        — Все верно, здесь лишь ваши астральные проекции, но и это подпространство моего царства не полностью принадлежит мне.        — А кому еще? — спросил Рен. — И здесь ли Жон?        — С ним все в порядке, что случилось с Урсой? — смелость прозвучала в голосе Руби.        — Тому, кто построил храм. Да, Жон Арк сейчас здесь. Он пришел в себя. — ответила Джинн, минуя сомнительную ложь. Как бы старшая из сестер не пыталась видеть в младшей ребенка, но девушка с серебряными глазами уже заинтересовала сильных мира сего. Ее… их неведение опасно.        — Мы не называли его фамилию. — нахмурилась Пирра, обеспокоенная состоянием своего партнера. Она не понимала, что сейчас происходит, но не желала отвлекаться на чудеса, пока не отыщет его. Что если им сейчас морочат голову, а Жону требуется помощь?        — Да, но вы ее знаете. — загадочно улыбнулась Джинн. — Так или иначе вам не обойти правила храма.        — Но мы ведь уже обрели знание. — попыталась схитрить Вайсс, которую все же гложило любопытство. Но нужно отыскать Жона, да и стоит рассказать о храме мисс Гудвитч. Такой культурный объект недалеко от Вейла!        — Которое получили от меня, но не от строителя. На пике славы это место было известно как Храм Историй. — пояснила Джинн, сменив позу на лежачую. Какая от этого польза в парении для нее… — И вот одна из них…

***

       Жон резко очнулся… или осознался… Разум в сумбуре, тело напряжено, он снова бродил в беспамятстве. Но главное, что он сейчас чувствовал себя собой, как и должно было быть. Как есть?        Что он видел последним? Что чувствовал?        Сладкий запах и резкая боль, дурман в голове и слабость в теле. Последний миг… Начало чего-то дикого…        Легкая паника, сомнения, непонимание самого себя…        Помотав головой, Жон собрался с мыслями. Задание, практическое занятие… он на занятии, в Лесу Вечной Осени. Где он? Где он сейчас? Что за… зал?        Мрамор стенами и плиточным полом вокруг, хрустальный купол высился над ним, сверкая в лучах солнца. Центрическими кругами стояли скамейки из темно-красного дерева, а в центре высилась статуя из обсидиана и слоновой кости. Жон сперва испугался, как только заметил ее, слишком уж походила на Гримм своими цветами.        Вулканическое стекло с вкраплениями слоновой кости служило доспехами, а под закрытым шлемом во тьме мерцали кровавые рубины. Это изваяние не монстра, но рыцаря, чьим оружием служил огромный меч, острием упирающийся в постамент и удерживаемый двумя руками. Статуя словно стояла на страже, миг опасности, и она тут же кинется в бой.        В выигрышный бой.        Но внимание Жона сконцентрировалось не на ней, а на четырех свечах, что горели разными огнями. Синева, пурпур, зелень и рыжина — от направления на север к востоку и так до запада через юг, свечи расставлены по сторонам светам, а воск был непривычно бел, может из-за красящего пигмента. Жон не был слишком уж религиозным последователем, но он знал, что во всем Ремнанте цифры «2» и «4» символических значений имеют больше, чем другие. Четыре сезона, дихотомия Богов-Драконов и так далее.        Стоп, откуда он знает стороны света?        Смятение очередной пульсирующей волной затопило сознание, но Жон тут же помотал головой. Не сейчас, зачем задавать вопросы, на которые никто не даст ответ? Как бы он не хотел сомневаться в себе, но от действий будет больше проку.        Надо отыскать друзей.