Кадр из Башни

Шлёп. Шлёп. Шлёп. В прошлый раз от Башни до берега я насчитала семьдесят восемь гребков вёслами. Сейчас… Мор и все его архидемоны, я сбилась со счёта. Надеюсь, осталось недолго. Я печальными глазами смотрела на утреннее осеннее небо и молила всех известных мне богов разверзнуть воды Каленхада и поглотить это адское приспособление для транспортировки. Это даже хорошо, что меня не покормили завтраком. Можно сказать, просто замечательно. - Эй, ты там живая ещё? – окликнул меня противный голос Кэррола. Окажусь на суше – сделаю ему какую-нибудь гадость. Парализую, брошу в лодку и оттолкну подальше без вёсел. Посмотрим, как он будет выкручиваться в своих доспехах. - Пока – да, - хриплым голосом отозвалась я, отмечая, что вкупе со скрещенными на груди руками мой тон не вызывает сомнений, что это «пока» надолго не затянется. - Ну ты там потерпи, - кажется, храмовник попытался изобразить что-то вроде сочувствия, но по причине вечной обдолбанности лириумом ничего у него не вышло. Я только что-то печально простонала в ответ. Я чувствовала себя ребёнком, у которого отобрали конфетку. Это было… нечестно. Я так хотела показать своим товарищам Башню во всём её блеске, доказать, что жить в её стенах не так уж плохо, и на самом деле это целый мир, пусть в нём нет яркости и разнообразия внешнего Тедаса. Что в ней есть что-то такое, что заставляет поколения людей называть это место своим домом… А вместо этого вернулась едва ли не на пепелище. Ну что ж, совсем с пустыми руками мы не остались – Круг вышлет боевых магов, когда это будет нужно, да и Винн будет крайне полезным членом отряда: она опытный и умелый целитель, а от меня в этом деле мало проку, от Морриган – и вовсе никакого. Так что вроде бы оно и не так плохо, как могло бы оказаться, но... - Ну что, пойдём отсюда? – поторопил меня Алистер. Он точно был не в восторге от каждой лишней минуты, которую ему приходилось оставаться здесь. Зевран выглядел вполне солидарным с ним, Винн же была само спокойствие. Но почему-то её добрый, понимающий взгляд сейчас вызывал у меня только вспышку озлобления. - Дитя, - вдруг позвал Ирвинг, до этого о чём-то тихо переговаривавшийся с Грегором. Храмовник хмурился и что-то доказывал, а сейчас смотрел на меня так, словно хотел вывернуть меня наизнанку и хорошенько протрясти. – Ты не поможешь мне подняться наверх? Хочу посмотреть, осталось ли хоть что-нибудь в моём кабинете. - Конечно, Первый Чародей, - отозвалась я, открывшимся третьим глазом на затылке видя скорбные рожи недохрамовника и горе-убивца. – А вы вернитесь в лагерь, - через плечо бросила я указание товарищам. – Покажете там всё Винн, познакомите её с остальной шайкой-лейкой. Давайте-давайте, - повинуясь смахивающему жесту моей руки, Алистер и Зевран бодренько ускакали за двери, подхватив седовласую волшебницу под руки. При этом эльф уже начал к ней клеиться. Геронтофил проклятый. Мы поднимались в тишине. Не знаю, почему молчал Ирвинг, но лично я мучительно пыталась подобрать слова, чтобы что-то сказать ему. Пожалуй, главная проблема была в том, что я не знала, что именно хочу сказать. Я не хотела извиниться - я не чувствовала своей вины за правильный поступок. Я не хотела попросить совета - всё, что мог, Первый Чародей уже дал мне, нужно только это использовать. Но мне нужно было о чём-то с ним поговорить… - Ты хочешь что-то сказать, дитя? - вдруг спросил меня Ирвинг, и я едва не подпрыгнула от неожиданности. Пора бы всё-таки привыкнуть, что он знает меня, как облупленную. Знает... - Вы всё знали, - убеждённо сказала я. - Знали, что Йован малефикар, знали, что он собирается сбежать, ведь вы нас ждали там, внизу... Но почему?.. - я не договорила, не в силах продолжать. Это было так близко к обвинению в предательстве. - Ты всегда хотела знать больше, чем тебе нужно, - покачал головой Первый Чародей. - Кто-то должен был помочь Йовану. Я подозревал эту адептку, Лили, за которой он волочился. Но если бы я обвинил её - Церковь заявила, что её просто оболгали. Нужны были доказательства... Иногда, чтобы выжить, приходиться чем-то жертвовать. Прости, если разочаровал тебя, дитя, - добавил Ирвинг, видя, как я опустила голову и прикусила губу. Он собирался пожертвовать Йованом, и без того пропащей душой, а под раздачу попала ещё и я. Даже не знаю, смеяться или плакать. - Чтобы выжить, нужно чем-то жертвовать. Я запомню, - мрачно отозвалась я. Полезный урок. С учётом того, что я только и делаю сейчас, что выживаю, мне он пригодится. Мы не разговаривали всю дорогу до кабинета, оказавшуюся ужасно долгой. Первый Чародей был далеко не молод, да ещё замучен Ульдредом и быстро идти не мог, хотя старался не скатываться на совсем уж старческое шарканье. Я честно довела Ирвинга до самого его письменного стола и даже попыталась помочь ему сесть, но маг только разбухтелся на тему того, что не такая уж он и развалина, чтобы так с ним носиться. Я примиряюще улыбнулась и собралась уходить, но Первый Чародей окликнул меня, когда я уже переступала порог: - Дитя, позволь один вопрос, - мне показалось, или Ирвинг выглядел каким-то смущённым? - Да хоть два, - широким жестом разрешила я и тут же прикусила язычок - надо всё-таки помнить, с кем разговариваю. Хотя навряд ли мне теперь грозит карцер, даже если я честно выскажу Грегору всё, что о нём думаю. - Зачем тебе меч? - в лоб спросил меня Первый Чародей, заставив расплыться в довольной улыбке от уха до уха. Ну наконец-то заметили. Я уж подумала, что маги, шастающие с мечами на поясах - явление совершенно нормальное, хотя не видала ни одного. Я с довольным и гордым видом промаршировала обратно к столу Ирвинга, ещё и побряцав доспехами - слово, может, слишком громкое для кольчужки и штанов с металлическими нашивками, но взгромоздить на себя такую кучу железа, как Алистер или Стэн, я точно не могла. Но надо сказать, что Страж взял курс именно на то, чтобы сделать из меня ещё одну бронированную башенку - лично я не против, так спокойнее. Только тяжеловато. - Ну, видите ли, Первый Чародей, - провела я пальчиком по столешнице, начиная издалека. - Занесло меня как-то в лес Бресилиан... В общем, в красках и лицах я расписала Ирвингу, как я с братвой встретила долийцев, отправилась зарамсить для них проблему с Белым Клыком и там наткнулась на классный девайс в виде древнего эльфийского амулета, а потом... - Так-так, подожди, - замахал руками Первый Чародей, до этого сидевший с открытым ртом и выпученными глазами. Это потому, что у меня такой талант рассказчика, или потому, что в процессе я сорвалась на блатную музыку, в которой активно практиковалась весь путь от Денерима до тюрьмы Кинлок? - Ты хочешь сказать, что этот эльф закинул прямо тебе в голову знания их чародейского ордена? - я согласно закивала головой, как тевинтерский болванчик. Любят там у них таких забавных куколок, я видела одну в "Диковинках Тедаса". - И это позволяет сражаться тебе в ближнем бою? - Хотите, покажу? - загорелась азартом я. Это же здорово: вот остановлю Мор, вернусь в Башню, буду преподавать новый предмет - и пусть только храмовники попробуют наехать на кого-то из боевых чародеев! - Только на ком?.. - я оглянулась. Никого, подходящего для спарринга, в округе не было. Печально. - Ну, я когда-то занимался фехтованием... - с сомнением протянул Ирвинг, косясь то на меня, то на посох рядом с ним, но с каким-то глубоким сомнением. - Не вздумай! - заявил с порога Грегор, появляясь совершенно внезапно, как демон из коробочки. - Но ты же даже не знаешь, о чём мы, - выпал в осадок Первый Чародей, сметённый напором рыцаря-командора: тот выглядел крайне решительно в своём стремлении не дать наделать старому магу последних ошибок в жизни. - Всё равно не вздумай, - упрямо мотнул головой храмовник. - Понятия не имею, зачем тебе понадобилось вспомнить навыки фехтования, но это явно не лучшая твоя идея, - я была вынуждена с ним согласиться: если я вдруг, совершенно случайно, но от того не менее летально, в процессе демонстрации угроблю Ирвинга - никто мне спасибо не скажет. - Я так понимаю... - Грегор покосился в мою сторону, особенно задержавшись взглядом на мече. Мне стоило огромных усилий не вцепиться в рукоять для успокоения нервов. - Мы обсуждали способы, которыми Солона пользуется для сражения с Мором, - согласно пояснил Первый Чародей, указывая в мою сторону и, похоже, что переводя все стрелки на меня же. - И как же она это делает? - с сомнением в голосе повернулся ко мне рыцарь-командор. Я едва не задохнулась от обиды - я им тут всю Башню спасла, а в меня до сих пор не верят?! У-у, ну я им всем покажу, они у меня все попляшут. - Самое главное в нашем деле - это психологическая обработка, - авторитетнейшим тоном, который выработала при разнимании Морриган и Алистера, заявила я, оттесняя Грегора на стратегически важную позицию - поближе к одному из двух сохранившихся и единственному не занятому стулу. Я вышагивала неторопливо и покачивая бёдрами, то есть крайне нагло. - Ну что, старикашка, побалакаем о делах наших скорбных? - одним ловким движением я вытащила меч и направила его на горло командора, в полной прострации плюхнувшегося на стул за спиной. - Я её этому не учил! - тут же поспешил откреститься Ирвинг, с трудом прячущий смешки в бороде под абсолютно беспомощным взглядом Грегора: для полноты эффекта я поставила ногу на тот же стул. - Где деньги?! - рявкнув, спросила я, нависая над храмовником. - Какие деньги?! - ничего не понял дезориентированный командор, бешено крутя головой по сторонам: уж не попал ли он в кошмар Тени, где водятся вот такие борзые маги? - Любые! - не стала привередничать я. - Да в комнате у меня, в старом мундире... - сознался Грегор, сводя глазки в кучку на кончике моего меча и окончательно теряя связь с реальностью. За дверью раздался чей-то быстрый и громкий топот. - Моя заначка! - ахнул командор и испарился быстрее, чем я успела убраться с его дороги. Минута прошла в молчании. Я созерцала потолок и размышляла, сколько же могло бы быть в заначке у Грегора. Ирвинг тоже размышлял, но я не знала о чём, пока он не спросил меня: - Вот ты знаешь, зачем человеку нужна заначка в башне посередь озера? - Не-а, не знаю, - покачала в ответ головой я, не имея ни малейшего представления. Я не столь давно узнала, что такое деньги и как ими пользоваться - что уж говорить про какие-то накопительные вклады и инвестиции в будущее. - И я не знаю, - вздохнул Первый Чародей. Наверняка на досуге он любил размышлять над какими-нибудь философскими вопросами: зачем Грегору заначка, почему молодёжь такая непослушная, куда в очередной раз утекли все невидимые чернила? У них такой цвет классный, когда их проявляешь - васильковый, яркий-яркий. И Йован смешно ругался, когда понял, что весь конспект, который он писал до рассвета, куда-то магическим образом исчез... Дверь в кабинет в очередной раз распахнулась, и в очередной раз на пороге возник Грегор, тяжело дышащий и злой: - Утёк, зараза, - сообщил он, вытирая пот со лба. Мы сочувственно засопели, выражая уважение к быстроногости неизвестного бегуна - могу на своём опыте сказать, от командора так просто не убежишь. - Но ничего, - он стукнул себя по нагруднику, и там что-то металлически брякнуло. Ух, ты, судя по всему, платят храмовникам полновесными золотыми. Эх, какую хлебную должность Алистер упустил. С жалованием у Стражей пока как-то туговато. - Ладно, оставим эльфов в покое, - предложил Ирвинг, видя, что мы с Грегором уже начали смотреть друг на друга петухами, которые вот-вот найдут повод, чтобы что-нибудь не поделить. В конце концов, я не окончила свою лекцию, второй частью которой должна стать обработка физическая - побои, а третьей всё вместе - боль и унижение, да и командору было что мне сказать, но Первый Чародей был явно против безобразной драки в своём кабинете. Ему и так досталось. - Скажи, дитя, эта боевая магия... единственное что ты используешь из того, чему тебя не учили в Башне? - Погодите-ка... - теперь стул понадобился уже мне. Я плюхнулась на него, переводя неверящие глаза с Ирвинга на Грегора и сменив сразу три состояния: предынфарктное, предобморочное и прострации. - Слушайте, если я имела неосторожность помочь магу крови, который до этого много лет был моим другом, а вовсе не злобным малефикаром - это не повод обвинять в использовании магии крови МЕНЯ!!! - под конец я сорвалась на дикий крик, пытаясь дать выход жгучей обиде в груди. - А даже если мне придёт это в голову, - задиристо заявила я, сдерживая предательские слёзы, - даже если и придёт, то Серые Стражи не запрещают магию крови. Мы платим слишком большую цену, чтобы... чтобы выслушивать нотации стариков! - рявкнула я, видя, что Ирвинг собирается что-то сказать, чтобы успокоить меня. Я была зла. Я была поражена в самое сердце - неужели они и впрямь подумали, что я ринусь использовать магию крови и призывать демонов, едва только окажусь вне поля зрения храмовников? Почему Ирвинг мне не доверяет? Он же учил меня! Он же знает меня лучше всех! - Так я не понял, она созналась или нет? - переглянулся рыцарь-командор с Первым Чародеем. - На твоей памяти хоть один малефикар впадал в истерику, когда его обвиняли в использовании магии крови? - резонно предположил Ирвинг. Я обиженно надулась - они мне в самую душу плюнули, и хоть бы хны! - Нет, они тут же начинали резать себе вены и доказывать правоту наших обвинений, - вздохнул Грегор, признавая, что меня на этом подловить не удалось. - Я тогда пойду? - робко вклинилась я. Мне это ужасно напоминало очередной разбор моих полётов, когда рыцарь-командор настаивал на моей полной изоляции от общества хотя бы на денёк-другой, чтобы общество могло спокойно выспаться, а Первый Чародей уговаривал его заменить изоляцию более продуктивной трудотерапией. - Конечно, дитя, - кивнул мне Ирвинг, и я боязливо сползла со стула, опасаясь, что он сейчас передумает и оставит на внеочередную лекцию от Грегора о вреде магии крови. - А можно я в Башне переночую? А то плыть далековато... - попросилась я, трогательно шмыгнув носом. - Конечно, дитя, - с той же отеческой интонацией вновь кивнул мне Первый Чародей, спокойный и мудрый, как изваяния драконов. Я подумала, а не попросить ли ещё одну мантию, но тут Грегор охнул: - Она же так быстро свалила из Башни... Я не успел прочитать ей лекцию о вреде размножения! - и я решила, что не стоит испытывать судьбу и задерживаться здесь сколько-нибудь ещё. Под увещевания Ирвинга, что если уж я не размножилась за десять с лишним лет в Башне, то и сейчас вряд ли возьмусь, я как можно скорее исчезла в ночи и коридорах тюрьмы Кинлок, на ощупь ища нужную мне дверь в спальню магов. Там ручка особенная - заговорённая против шаловливых учеников, она на меня крысилась даже когда я просто проходила мимо. Надеюсь, сейчас я с ней договорюсь... Сон всё не шел ко мне, как я не крутилась на уютной кровати, ещё более комфортной от того, что на нормальном матрасе я не лежала с тех пор, как очнулась в лачуге Флемет. Но что-то не отпускало меня в заслуженный отпуск в Тени. Видимо то, что её с меня на сегодня хватит. Печально вздохнув, я вылезла из-под одеяла. Только теперь я поняла, как же знакома мне была Башня. До каждой выбоинки в плитах пола, до каждого скола в каменной кладке. В моих воспоминаниях крепость Кинлок казалась приветливым и безопасным местом, где всегда можно будет найти укрытие от невзгод, но сейчас Башня выглядела печальной и виновато улыбалась трещинами в стенах, знакомыми до боли и совсем свежими, словно просила прощения за то, что не смогла уберечь тех, кто вверял себя её защите. А я могла только сопереживать и вести с ней в душе диалог, уговаривая не отчаиваться: будет новый Круг, новые маги, и всё будет по-старому, как до Ульдреда. Обязательно. Если, конечно, нас всех не накроет тазиком Мора. Но тут уже придётся постараться мне. Библиотека первого этажа - тоже знакомая до последнего тёмного уголка за стеллажами, где можно было насладиться вкусом победы и ловко утащенного со стола старших пирожком, - встретила меня тишиной, темнотой и никуда не девшейся разрухой. Остовы шкафов в лунном свете смотрелись жутковато. Но хорошо ещё, что пламя, в котором сгорали одержимые после смерти, не задело книги. И без того многие из них пострадали. Я стояла на ступеньках, ведущих со второго этажа, даже толком не зная, зачем я спустилась вниз. Может, стоит вернуться в лагерь? Мне вспомнилась дорога с берега до острова, и я отказалась от этой идеи, решив, что с меня выворачиваний на изнанку сегодня хватит. Кажется, Зевран назвал это "морской болезнью". Не знаю, какая это там болезнь, морская, горная или пустынная, но обратно я поплыву сама, безо всяких лодок! Печально бряцая доспехами, между стеллажей мелькнула чья-то фигура - в темноте и не разглядеть. Я заинтересованно привстала на цыпочки, пытаясь рассмотреть таинственный призрак. А может, это дух Кровавого Храмовника? У нас про него в Башне травило байки уже десятое поколение магов, мол, в своё время его коварно сыграли в ящик злобные малефикары. В полнолуние он бродит по крепости, пугает учеников, учителей и читает лекции по технике безопасности храмовникам. Поэтому последние не любят его больше всего. Я почувствовала леденящий восторг мистического. А вот если я в него книжкой кину, она насквозь пройдёт? - Солона? Ты что тут делаешь? - вышел на пятачок лунного света "призрак", когда я уже занесла руку с метательным снарядом. Я даже немножко разочаровалась - вместо Кровавого Храмовника по библиотеке шатался вполне обычный Каллен. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем когда мы встретили его в той клетке. Даже почти так же, как и всегда. - Гуляю, - предельно честно ответила я, тут же пряча за спину книжку, пока храмовник её не разглядел. А то опять начнутся расспросы. - А-а, ясно... - понимающе протянул Каллен, и разговор заглох, не найдя продолжения. Мы застыли, неловко переминаясь и искоса поглядывая друг на друга. Я облизнула пересохшие губы. Не знаю, о чём думал он, но я всё никак не могла выкинуть из головы мысль, что именно Каллен - никогда до этого не видевший в магах чудовищ, но сочувствовавший нам, Каллен, вечно запинающийся и краснеющий в моём присутствии, над которым всё время подтрунивали за спиной за его мальчишескую влюблённость в меня и общую мягкость характера - оказался единственным достаточно сильным духом изо всех храмовников, чтобы выдержать пытки, уготовленные для таких, как он, магами крови и демонами. Я просто обязана прекратить ныть о своей тяжкой судьбе и сделать всё, что в моих силах, чтобы остановить Мор - иначе мне будет просто стыдно перед Калленом. - Как тебе за стенами Башни? - наконец спросил он у меня, уже не запинаясь через слово. Это было непривычно... Мне даже немножко не хватало обычной робкой манеры Каллена говорить. - Здорово, - созналась я, улыбаясь против воли. - И немного страшно, - если уж я решила быть честной с собой и с другими людьми, лучше это делать до конца. Впрочем, я не знала, как в словесных определениях, кажущихся слишком блеклыми и безэмоциональными, уместить всё, что было за пределами тюрьмы Кинлок - бои не на жизнь, а на смерть, ночные посиделки у костра, трудность принятия решений за доверившихся тебе людей, гордость за хорошо выполненную работу; летние грозы, осенний листопад, пение птиц, шум ветра в кронах деревьев... Этот мир был слишком огромен, чтобы я могла о нём рассказать, пусть даже и очень этого хотела. - Я рад за тебя, - темнота скрывала выражение лица Каллена, но голос его звучал вполне соответствующе этому заявлению. Даже как-то странно для человека, которого я всего пару часов назад, чуть ли не рыдающего*, вытащила из магической клетки. - Мы так и будем говорить через всю библиотеку, или ты подойдёшь ближе? - фыркнула я. Каллен немного подумал, согласно кивнул и честно сократил между нами расстояние до одного шага. Я собралась что-то сказать, вдохнула воздух... и почувствовала острую необходимость закусить. - Да ты пьян! - поражённо ахнула я, и Каллен вновь согласно кивнул, смотря на меня честными глазами, алкоголь в которых плескался выше зрачков. Вот тебе номер - и как только Грегор проглядел? Этот старикашка всегда возникал через три секунды после открытия учениками бутылки с самогоном, честно спёртым из лаборатории. Собственно, других причин, почему я никогда не пила алкоголь, не было. - Ну а я-то что? - обиженно пробурчал храмовник, вдоволь насмотревшись на всю непередаваемую гамму чувств на моём лице. - Грегор мне сам фляжку выдал, сказал, расслабься парень, тебе сегодня досталось. А потом Брайон... и Рик... и Станрад... и Винн ещё в конце догнала, вручила какую-то настойку... и ещё потом кто-то... Я тут где-то бутылки-то и оставил, чтобы все разом не таскать, тяжело же. Только забыл, где, - пояснил Каллен, осматриваясь по сторонам в поиске заветной заначки, а мне стали понятны причины его «скорбного» блуждания по библиотеке. Храмовник тем временем вытащил откуда-то из-под мундира серебристую флягу и потряс её над ухом. Там что-то глухо плеснуло. Тогда он отвинтил пробку и нюхнул. - Грегоровская, - констатировал Каллен и щедро ткнул флягой в мою сторону. - Будешь? - я не стала обижать его благородные душевные порывы, сама чувствуя основательную необходимость выпить, чтобы как-то примириться с сумасшествием этого мира. Я сделала щедрый глоток... Порождения тьмы?! Я резко подскочила, озираясь в поисках тварей, но тут до меня дошло, что этот замечательно-приятный звон в ушах не имеет никакого к ним отношения и расслабилась. Хо-ро-шо... На попытку Каллена забрать у меня из рук заветную фляжку, я отреагировала возмущённым писком, но потом всё-таки отдала, не забыв как следует приложиться на последок. В животике тут же стало тепло, а мир вокруг так и норовил помчаться в весёлой свистопляске, хотя я совершенно не понимала, зачем библиотечным стеллажам водить вокруг меня хороводы. Но они так старались, что я не стала обижать и их тоже. Все же тут такие хо-ро-ши-е-э-э... - Каллен, слу-у-ушай, - я пошатнулась на ставших приятно ватными ногах и ухватилась за руку храмовника, чтобы не упасть. Тот с извечной ферелденской тоской во взгляде опять потряс фляжкой, теперь уже отозвавшейся жидкостью на самом донышке, сделал последний глоток и изобразил само внимание. - Ты же мне поможешь дойти до комнаты, да? А то я что-то как-то... - всё вокруг расплывалось, а шум в ушах набирал обороты, звуча сладчайшей музыкой. Если для порождений тьмы их переговоры имеют тот же эффект - я их понимаю. - Помогу, - согласился он, вовремя поддерживая меня за плечи и почему-то множась в глазах – ну это правильно, хорошего храмовника должно быть много. Шесть штук в самый раз. – Вот только соображу, которая из дверей наша, и помогу. Откуда их тут вообще столько развелось? Непорядок… - мы, пошатываясь, отправились вверх по лестнице, напевая мелодию, стараясь, чтобы она была одна на двоих, но только у Каллена всё равно вечно выходила Песнь Света, а у меня – Зов архидемона. Поднимите мне веки... Вчерашняя сцена в библиотеке почему-то не оставила у меня того самого похмелья, которым меня хором пугали мои товарищи, читая лекцию о пользе здорового образа жизни, видимо, двух глотков, с которых меня повело, для этого всё-таки недостаточно. Но вставать от этого было не легче. Кроватка, она же такая уютная, такая тёплая... - С добрым утром, молодёжь! - бодро гаркнул Грегор, с ноги открывая дверь. Я моментально подпрыгнула в постели, расставаясь со сном, и дико вытаращилась на командора, грозно осматривавшего комнату. Что я опять сделала не так?! - Так, а где Каллен? - сбавил обороты седой храмовник, оглядываясь уже удивлённо. - А он-то здесь причём? - недоумевающе хлопнула ресницами я. - Он меня до комнаты проводил и... - и куда делся? Я ничего не помнила с того момента, как мы, распевая на двоих уже одну песню, вломились в эту комнату, перед этим три раза пихнув дверь ногой, которая, вообще-то, открывалась на себя. - Вот и мне доложили, что тебя он проводил, а потом никуда не выпроваживался, - тоном прокурора объявил мне Грегор, смеряя меня подозрительным взглядом - уж не использовала ли я бедолагу в каких-то страшных серостражнических ритуалах. Я уже хотела поспешно заявить, что, когда я видела его в последний раз, он был жив, но тут на соседней кровати за перегородкой раздалось чьё-то мощное посапывание. Мы, не сговариваясь, бросились туда и тихонечко застыли над мирно спящим Калленом. На две попытки его разбудить храмовник отреагировал послав нас первый раз к архидемону, а второй - к Грегору. После этого рыцарь-командор как-то смутился и отстал от подчинённого. - А вообще хорошие у вас методы восстановления после стресса, - заметила я, скептически косясь в сторону Грегора. - Проверенные поколениями храмовников, - согласился командор, то ли не услышав, то ли сделав вид, что не услышал сарказма в моем голосе. - Поверь, Солона, когда Каллен проснётся, ему будет так плохо физически, что страдать морально у него не будет ни сил, ни желания. Ну а когда отмучается, нальём ещё раз, и так до тех пор, пока... - Пока у него не разовьётся алкоголизм, - безжалостно прервала я Грегора. Он как-то странно покосился в мою сторону, и я сама очешуела от собственной смелости, но не потеряла решительности во взгляде - я им просто так споить Каллена не дам! - Тут ты права, - печально вздохнул командор, всё-таки признавая мою правоту. Я осторожно выпустила воздух из лёгких - последнюю минуту я вообще не дышала, отчаянно сражаясь с храмовником взглядом. - Ну пока здесь побудет, а как Мор закончится, найду ему местечко потише. Гринфелл, например. Там хорошо: природа, речка, самог... - он поспешно хлопнул себя по губам ладонью, пока не сболтнул лишнего, и я даже вздрогнула - больно латной перчаткой-то, наверное. - Так, Амелл, тебя там на том берегу ждут не дождутся, иди отсюда... Пока я не начал сердиться, - поторопил Грегор меня, видя, что я не очень-то спешу исчезать с глаз его. Я сглотнула, вытянулась в струнку и исчезла вместе со всеми вещами быстрее, чем Мурзик говорит "гав". *Интонации оригинальной озвучки отличаются от русской.