Вендиго

Одинокая ночь. Сияние ночных звёзд озаряло густые лиственные покрывала спящих древесных великанов, подпиравших своими кронами покойный обсидиановый небосвод. Холодный сумеречный ветер, подобно старому охотнику, блуждал средь стволов деревьев, оставляя свои морозные уколы на боках спящих во молчаливой тьме зверей. Лунный серп слепил своим хитрым, обманчивым светом, что играл на водной глади океана, скользя и скача по полусонным волнам. И вот, остывшую землю начали вскапывать чьи-то неловкие, тяжёлые шаги. Топот этих бодрствующих во столь поздний час ног глухим эхом разбегался по лесу, подобно своре охотничьих собак. Вслед за теми шагами раздавался тихий стук. Шаг, шаг. Шаг, стук. Эти звуки принадлежали егерю, юноше, что возвращался домой с охоты. На плечах его лежала весьма крупная лань, что не так давно гуляла по поляне, а ныне, уже бездыханна. Меткий выстрел в голову сразил её, чтоб затем, егерь мог продать её шкуру и оставшееся мясо на рынке. По счастью, спрос на шкуру был большой, а потому, быть может, умельцу удастся выручить за свою дичь пару золотых, если ушлые торговцы его не обсчитают. Такое, уже к сожалению, происходило отнюдь не редко. Честность - товар на вес золота, и далеко не всегда есть в наличии. Егерь весь день выслеживал эту лань, деньги были нужны во срочном порядке - ружьё было очень старым и передавалось из поколения в поколение, и на его состоянии возраст сказался... Весьма сильно. Стрелять из него стало почти невозможно, а сам юноша не очень-то умел обращаться с оружием, позволяя мастерам делать эту работу за него. Он хорошо зарабатывал, покуда ружьё работало исправно, отчасти благодаря своему зоркому глазу. Талант, доставшийся с грудным молоком, был отточен отцом, что надеялся на хорошее будущее мальчика. Он показывал огромные успехи, и его отец хотел было отдать юнца во королевские стрелки, но тот воспротивился, отказался наотрез. Он желал быть егерем, как и его предки, а сама натура его была скорее пацифистической. Родители приняли решение сына, хоть и не без жарких пререканий. Насилу отдавать попросту бы не получилось, а потому - выбора не было. И так, спустя недельку-другую, они приняли этот факт окончательно. Сегодня юноша забрёл куда дальше, чем он ходил обычно. В лесах подле деревни дичи осталось не так много - санкционированные королевские ловчие перестреляли практически всё. В тех местах, не то что оленя, даже кролика встретишь только если очень повезёт. По большей части, территории были тихи и пустынны. Лишь звонкие трели птиц как-то нарушали эту зловещую тишину. Лес, в который пришёл парень теперь, был древним и дремучим, ни единого лучика солнца не проникало сквозь листья при свете дня, что были словно огромный, прочный щит. Долгие годы этот лес оставался нетронутым, но причина тому, конечно, была, и причина весьма пугающая многих из робких мира сего. Нечто страшное поселилось в этих местах, с тех пор, как его облюбовали ведьмы. Некто однажды обнаружил их лагерь во тьме ночи, узрев богомерзкие ритуалы, который они проводили на своём отвратительном алтаре. И человек тот, которому удалось сбежать, рассказал, как что-то пошло совсем не так, и женщины начали страшно умирать, одна за другой. Мужчина сбежал, и вслед ему раздался чудовищный рёв, что он больше никогда не забудет, столь непередаваемо ужасным он был. А на следующее утро, его обнаружили зверски растерзанным на части всё в том же лесу - без пальцев, без зубов, без органов. Королевская гвардия была направлена на то самое место, но... Ничего. Они не нашли совсем никого и ничего, что могло бы совершить сказанное погибшим, были найдены лишь детали, которые он описывал: обезображенные тела женщин, останки принесённого в жертву младенца на жутком алтаре, обглоданные до костей, и лагерь, который был кем-то разрушен. Во темноте ночи, этот всеми богами забытый лес выглядел абсолютно чёрным, словно сама бездна разинула свою огромную пасть пред лицом егеря. Однако, он имел при себе небольшой масляный фонарь, но и его было мало, будто свет пробежал пару шагов до окрестностей, а после, падал замертво. Казалось, что темнота была настолько густой и вязкой, что она проглатывала лучи фонаря, даже не подавившись. И всё-таки, юношу это не пугало. Он был полностью уверен, что тот мужчина просто перебрал с алкоголем и привиделись ему всякие чудища, которые переубивали всех ведьм. Наверняка, это был инквизитор - с виду их от чудищ отличить очень сложно. Их жестокость не знала пределов, если речь шла о еретиках да малефикарах. А младенца могли и сами ведьмы обглодать - кто ж их знает, этих поклонниц чёрных сил? И думал парень тогда - нечего бояться. Просто плохо освещённое место, ничего странного. Зато сколько здесь дичи! Егерь встретил по крайней мере трёх зайцев, что пробежали прямо перед его ногами, пока он покидал лес. Странность была в том, что дикие животные обычно боятся людей и всячески стараются избежать встречи с ними, но эти... Повели себя странно. И вновь подумал юноша - ну, всякое бывает. Беспокоиться по-прежнему не о чем. Нести на себе тяжёлую тушу животного было задачей не из лёгких, и егерь быстро выдохся. Он был не столь силён и вынослив, как его отец, который мог утащить на себе две туши оленей, да пару зайцев впридачу. Мужчина был удивительно силён. Природа ли так распорядилась, или же сами Небеса подарили ему своё благословение, но отрицать его отличную физическую форму было бы глупо. Он рубил толстые брёвна одним точным ударом топора, а однажды смог побороть кабана голыми руками. На теле отца молодого егеря осталось несколько больших шрамов после этого случая, которыми он, несомненно, гордился. Он был человеком крепкого характера и стоического нрава, но при этом, несмотря на внешне пугающую натуру, конфликты он привык решать мирно, без рукоприкладства и яростной хулы, в отличие от матери, чтобы всегда была весьма взбалмошной женщиной. Впрочем, отец и полюбил её за это. Юноша уважал его, хоть и немного побаивался из-за телосложения громилы, что, если так подумать, вполне естественно. Парень остановился возле полого старого пня, который на вид был старше его самого. Опустив лань наземь, он решил немного отдохнуть, перевести дух. Тяжёлое, сбивчивое дыхание постепенно выравнивалось, а ноющие от напряжения мышцы потихоньку приходили ко состоянию привычному. Юноша невольно осмотрелся, обнаружив, насколько здесь красиво. Тихий стрёкот сверчков, лёгкий прохладный бриз ворошил длинные каштановые волосы егеря, а взгляд глаз цвета хвои застыл на множестве маленьких ярких точек среди деревьев, которые медленно, неторопливо пролетали вперёд - то были светлячки. Причудливые насекомые сияли во мраке, словно путеводные звёзды. Юноша более не захотел уходить. Атмосфера нерушимого покоя и уют природы заставляли его думать о том, не задержаться ли ему возле этого маленького пенька ещё немного... И тогда, парень услышал нечто. Тихий звук, будто чей-то голос шептал ему нечто неразборчивое. Егерь встрепенулся. Ощущение небольшой тревоги начало ныть на душе, отчего сердце его стало биться чаще. Он прислушался. Звук шёл из места совсем близкого, буквально в паре шагов, или даже меньше. И тогда взор юноши упал на дупло во пне. Ему пришла мысль - может быть, есть что-то внутри? Немного опасливо, парень развернулся и приблизил ладонь свою ко гнилой, почерневшей древесине. Шёпот стал намного громче. Теперь, егерь мог услышать слова... Приди. Отдай. Служи. Исправь... Сердце его забилось ещё быстрее, покуда тревога перерастала во настоящий, обжигающий страх. Но любопытство было не перебороть. Ладонь заскользила ко краю дупла, пальцы застыли над ним, едва заметно подрагивая. Наконец, юноша собрался с силами и протянул руку во глубины загадочного пня. Внутри были шишки, цветы и множество вещей, распознать на ощупь которые у парня не вышло. Он попытался вытащить один из них, чтобы затем поднести к фонарю, дабы хорошенько рассмотреть. Это была кость. Похоже, что птичья. Это немного напугало юношу, но всё же, не так уж и сильно. Он бросил кость наземь и принялся копаться в дупле дальше. Он выхватил новый предмет. Маленький, гладкий и колючий. Во свете фонаря, находка стала понятна. Человеческий зуб. Юноша тут же выбросил ужасающий предмет и, задыхаясь, резко отошёл от тайника. Сердце заколотилось, как безумное, а ноги стали ватными. Больше парень внутрь дупла лезть не захотел. Прежнее умиротворение растворилось во великом ужасе. Юноша понял - нужно уходить отсюда, как можно скорее. Он бросил дичь и стремглав побежал прочь, тяжело дыша. Он всё бежал и бежал, не останавливаясь. Но выход... Выхода не было. Егерь продвигался по обратному пути уже десять минут, но к выходу даже не приблизился. Небольшая тропинка, по которой шёл юноша, попросту пропала, будто её никогда и не было. Он окончательно заблудился, не сумев вернуться даже к тому самому злосчастному пню. В конце концов, парень ушёл ещё глубже в лес, не в силах найти никаких ориентиров, хоть чего-нибудь, что могло помочь покинуть это проклятое место. И тогда, зазвучал рёв. Где-то вдали, раздался он, звук, который заставил парня вновь побежать, сломя голову. Это не было похоже ни на одного дикого зверя, этот рёв был чудовищным, душераздирающим - ни одно существо не смогло бы издать нечто подобное. Егерь бежал, покуда хватило сил, но очень быстро израсходовал все свои силы. Задыхаясь и дрожа от страха, он осел подле одного крупного дерева, во чьих корнях находилась большая ложбина. Недолго думая, парень попытался спрятаться там. Ни о чём не думая, он забрался в самый дальний угол и вновь начал стараться успокоиться. Его рука вдруг ощутила что-то твёрдое и острое подле. Убранный подальше фонарь был передвинут чуть ближе. И увидел юноша кости. Множество, гора человеческих костей, обглоданных и переломанных - черепа, рёбра, пальцы, даже зубы... Парень закричал во всю мочь и тут же вылетел из ложбины. Его глаза смотрели прямо на это кошмарное место, не в силах отвести взгляд. Неудачливый егерь задрожал пуще прежнего. Его ладони вспотели, а в голове раздавался громкий ухающий гул. Бежать было некуда. Он всё ещё пытался бежать, но вскоре его ноги подкосились и он рухнул наземь, жадно втягивая воздух, которого было будто слишком мало, сколько бы парень не дышал. Его грудь с силой вздымалась и опускалась, а ноги будто парализовало. Он с ужасом смотрел по сторонам, ожидая, как сама тьма нахлынет на него и унесёт прочь, во небытие. Вдали вновь раздался этот нечестивый рёв, уже намного ближе. Парень кричал, звал на помощь, умолял всех богов спасти его - но звук приближался, неумолимо. Егерь начал слышать чьи-то тяжёлые гулкие шаги, как ломаются ветки кустарников под ними, как скрежещут чьи-то когти по древесной коре... Вот и конец, подумал юноша, а я ведь столького ещё не сделал... Бежать было бессмысленно, да и сил у него более не осталось. Он сильно дрожал, чувствуя, как его гибель, неостановимый злой рок навис над ним. Тогда, он крепко зажмурился, дабы не видеть больше ничего и покончить с этим быстро. И наступила тогда тишина... Ни единого звука вокруг, словно юноше заткнули уши ватой. Но он по-прежнему не решался открывать глаза, хоть и испытывал сильнейшее желание увидеть, какое чудище скрывало это место. Тихо... Всё ещё тихо. Парень не выдержал и глаза его открылись. И над собой он увидел... Медведя. Обычный бурый медведь, что тихо рявкнул что-то и лизнул егеря в нос. Тот сначала застыл, а после, рассмеялся от радости и облегчения. Спустя мгновение, до него дошло, что встреча с медведем не менее опасна, чем с любым чудовищем, ибо эти звери быстры, сильны и безжалостны. Однако, по какой-то причине, этот "опасный зверь" не внушал никакого страха и выглядел весьма добродушно. Косолапый смотрел юноше прямо в глаза, и было в том взгляде нечто очень странное. У парня возникло ощущение, что животное боится чего-то. А ведь и правда - почему он вылез из берлоги в такое время? Почему проявляет дружелюбие? Выходит, в этом месте есть что-то, что пугает зверей гораздо сильнее, чем люди, а в самих людях они видят надежду на избавление... Эта мысль заставила мурашки побежать гурьбой по спине егеря. Медведь вдруг навострил уши и убежал прочь, сломя голову. Чудовище уже здесь, осознал юноша, и вновь зажмурился. Вновь тишина. Он ощутил, как чьё-то горячее, обжигающее зловонное дыхание скользит по его лицу. Запах напоминал полуразложившийся труп, залитый свежей кровью. Он открыл глаза. И тогда, он увидел чужие. Две пустые, чёрные, как сама ночь глазницы, внутри которых сияют две ослепительно алые точки, словно два факела. Сердце замерло, а по всему телу словно прошёлся разряд молнии. Юноша ахнул, робко и напуганно донельзя. И раздался тот самый рык в третий раз, прямо перед лицом егеря. Он был подобен грому или извержению вулкана, оглушительный и полный первобытной ярости. У парня зазвенело в ушах. Он хотел закрыть глаза заново, но почему-то не мог отвести взгляда от этих ужасных алых фонарей во пустых глазницах. В следующую секунду, парня подняли над землёй, схватив за горло, и повис он безвольно, чтобы затем быть с силой придавленным к земле. Огромные острые когти впивались под кожу, обжигая, словно кислота. Чудовище стояло прямо над ним, стоя на одном колене и прижимая юношу к земле. Впрочем, он бы и так не смог убежать, ибо страх сковал его прочными ледяными оковами. Он увидел массивные копыта и пушистый белый мех. Ноги монстра, чуть выше, были укрыты множеством примитивных узоров багряных цветов. Фонарь стоял слишком далеко, а оттого, разглядеть чудище целиком не удавалось. И этот запах... Так пахнет пот лесного зверя и свежая кровь. Запах тот был столь силён, что парень едва мог держаться в сознании. Он лежал на боку, и вдруг, его перевернули на спину. Снова этот кошмарный взгляд... Существо тихо, но гулко рычало, по какой-то причине не торопясь с убийством егеря. Он же приготовился умереть. И тогда, зверь уткнулся юноше в шею. Голова существа, как оказалось, была голым черепом неведомой твари, отдалённо напоминая оленя, со ветвистыми, массивными рогами, оленьим подобными. Существо проскользило своим костяным носом по нежной, бледной от страха коже, чтобы после издать шумное сопение. Юноша вздрогнул - что-то толстое и влажное начало касаться его шеи. Мокрые следы оставляли морозное ощущение, пока отродье было рядом, тяжко дыша на них. Вскоре, егерь понял, что то был язык монстра. Зачем он облизывает парня? Он не понимал. Хочет распробовать, понять, вкусно ли ему будет? Страх только нарастал, пока вдруг толстый язык зверя не ворвался в рот юноши. Ощущение было донельзя странным, но отчасти... Приятным. Это был... Поцелуй? Егерь окончательно запутался. Это существо убило самым жестоким образом по крайней мере шесть человек, но сейчас - происходит нечто совершенно не понятное парню. Немного погодя, вверх поднялась лапа монстра. На ней тоже были кроваво-красные узоры, от предплечья до плеча. Прорезанная нитями сосудов мускулатура зверя была удивительно развитой - мышцы были огромными, и, казалось, они вот-вот лопнут от напряжения. Когти сияли пугающим блеском во робком свете масляного фонаря. И, наконец, лапа опустилась вниз, разрывая неброский кожаный доспех, который всегда носил егерь, обнажая его кожу. Его тело подрагивало от страха и холодного ночного ветра. Только тогда до юноши дошло, что у создания совершенно иные планы на него. Едва его посетила эта мысль, как его лицо тут же укрылось густым румянцем. Тем временем, язык монстра опускался ниже, обойдя тонкие ключицы и отправляясь далее, ко груди. Зверь задержал свой тёплый, даже горячий, скользкий язык на маленьких, розовых сосках юноши, старательно облизывая их. Он тихо застонал, невольно прогнувшись кверху, и тут же, смутившись ещё больше, закрыл рот рукой. Его матерчатые штаны уже неприлично топорщились, став небольшой палаткой. Зверь вновь поднял лапу, чтоб потом разорвать и их, обнажив уже крепкий, как камень член парня. Происходящее казалось егерю совершенно неправильным, безумным, извращённым, но он не мог сдержать нарастающее возбуждение. Сам факт, что это огромное, могучее существо делает с ним такие вещи, сводил его с ума. Язык зверя огибал теперь уже нижнюю часть тела егеря, спускаясь по его подрагивавшему, мягкому животу, украшенному аккуратной полосой рыжих волос от пупка до паха. Существо аккуратно схватило своими зубами нежную кожу, чуть оттянув её. Острая боль пронзила живот парня. Следы острых игольчатых зубов остались на том месте, позволив тонким струйкам тёплой крови спуститься вдоль паха до яичек, измазав лобковые волосы алым. Зверь тут же почуял кровь и принялся усердно вылизывать каждую упавшую каплю, обжигая раны своим жарким дыханием. Со члена юноши вовсю бежали капли преякулята, сверкая во полумраке, чтобы соскользнуть вниз по толстому стволу и оставить блестящий скользкий след. Немного погодя, монстр занялся и ими, обхватив своим мокрым языком горячий ствол и двигаясь вокруг, то уходя ниже к корню, то поднимаясь до головки, временами играя со уретрой. Егерь уже более не мог сдерживать стоны. Его руки хватались за траву, а голову свою он откинул чуть назад, невольно прикрыв глаза. Сердце колотилось вовсю, отдавая своими гулкими ударами в виски. По алым губам юноши бежала тонкая нить слюны, покуда томные, страстные стоны его раздавались беспрестанно. Тело егеря вздымалось кверху будто само, будто его тянула туда неведомая сила, прогибаясь, словно кошка. И тогда, язык монстра опустился до сфинктера. Вновь возникло ощущение, словно сквозь парня пробежал разряд. Новое чувство быстро поглотило его разум, пока чудовище начало вгонять свой огромный язык внутрь его тела, что тряслось и подпрыгивало, корчилось в муках невыносимого удовольствия. Вскоре, юноша сам начал насаживаться на то, что проникло во чрево его, крича воззвания к богам и призывы ко ужасному существу, чтоб то вогнало свой язык ещё глубже. Но вскоре, это прекратилось и зверь поднялся. И увидел тогда юноша его член. Сказал парень лишь: "О, боги". Размеры этого гиганта были колоссальными. Длиной тот был как предплечье юноши, а толщиной, как его запястье. Парень тут же закричал, умоляя существо не пытаться войти в него "этим". Но монстр лишь яростно зарычал в ответ, заставив егеря притихнуть. Чудовище с силой раздвинуло ноги парня, вонзаясь в них когтями, а после, и зубами, на пару мгновений, чтобы слизать столь сладкую кровь со длинных мальчишеских ног. Наконец, монстр опустился к парню, накрыв его своей могучей, массивной грудью, покрытой причудливыми узорами, и начал пытаться вогнать в него свой орган. Головка члена вдавилась во узкую дырочку егеря, заставив того стиснуть зубы. Каждая секунда предвещала новую боль, и новый сантиметр ствола, вошедшего внутрь. Юноша кричал и упирался, но зверь неумолимо продолжал врываться внутрь лона его. Тот стучал кулаками по земле от боли, из глаз его текли слёзы. Он был бессилен. Ощущения были подобны тому, как если бы его насаживали на кол. Чудовище вдруг взревело и разом вонзило свой толстый член где-то на две трети. Егерь взвыл от боли, резко дёрнувшись и пытаясь слезть, но был он схвачен за руку, притянутый ближе. Вновь, мольбы и крики, но был глух к ним окружавший его дремучий лес. Спустя какое-то время, что тянулось невыносимо долго, боль немного ослабла, покуда мышцы сфинктера растянулись в должной мере. Монстр почувствовал, что вставлять стало несколько легче, и незамедлительно принялся ускорять свои движения. Парень безвольно лежал на спине, пытаясь справиться с мучениями, пока пелена слёз заволакивала его взор. Каждая секунда между новыми сильными, размашистыми толчками была для юноши облегчением, хоть и не долгим. Но спустя пару минут, удовольствие начало становиться всё более и более отчётливым, прогоняя всякую боль прочь. Спустя ещё пару минут, парень стонал уже не от страданий. Будоражащее чувство разливалось по телу вместе с ритмом движений зверя, наполняя целиком, до самых кончиков пальцев. Егерь становился всё ненасытнее, желая большего, чтобы огромный орган зверя вошёл ещё глубже. И стал он тогда сам двигаться навстречу своему дикому партнёру. Парень упрашивал чудовище войти на всю длину, и быть быстрее, ещё быстрее, порвать его, уничтожить его... И зверь повиновался. Фрикции ускорились до максимума, и юноша кричал во весь свой голос, оглашая своими надрывными стонами весь лес, обхватив широкую пушистую спину монстра, впиваясь в неё ногтями, и истекал член юноши соками своими, и впивались зубы чудища во плечи его. Похабные шлепки и чавкающие звуки эхом разлетались на мили окрест, наполняя воздух запахом жаркого секса. И вот, наступила кульминация - зверь схватил парня за бока и натянул его на себя, как мог, наконец, окончив акт соития. Живот юноши начал наполняться густой, жгучей спермой, распухая от обилия её. Едва чудовище покинуло чрево парня, с чавканьем, поток её брызнул чудовищу на грудь, залил ноги, его и партнёра, да трава под ними утонула в луже белёсого семени. Егерь упал наземь без сил, и тут же потерял сознание от усталости. На следующий день, парень очнулся уже за пределами леса, в луже белой жидкости и с адски саднящим задом. Какое-то время он даже не мог стоять, но всё же, сумел подняться. Его анус всё ещё был широко раскрыт, самым неподобающим образом. Егерь не мог поверить в то, что с ним произошло. Ужасный зверь, убийца, и сотворил с ним такое... Однако, самое неприятное ожидало впереди - нужно было объяснить всё произошедшее родителям... Почему у него были разорваны все вещи, почему он не может нормально ходить, и куда делись его ружьё и дичь. Настояв на том, что он не хочет об этом рассказывать, молодой егерь всё же сумел разобраться со излишне допытывавшимися родителями. Они и сами понимали что произошло нечто ужасное. Но так ли ужасно это было? Однако, без ружья будет тяжеловато... Кое-как скопив на новое ружьё и вернувшись с ним из города домой, юноша проспал весь день. И каждый новый сон был наполнен воспоминаниями о том, что было в том самом лесу... И было в этих снах что-то достаточно необычное. Юноша чувствовал, как внутри него просыпается нечто новое, неизведанное, чего он никогда не знал прежде. Будто бы... Новая сила. Мать и отец тоже быстро приметили это неожиданное изменение. Их сын стал куда более грубым, жестоким, ел за троих, временами беспробудно спал с утра до ночи, и взгляд его... Было что-то в его взгляде, что-то чудовищное, некая первобытная искра, которая пугала его родителей. Последней каплей стало внезапное изъявление желания пойти в королевские стрелки. Они были шокированы этим, на фоне всего произошедшего, а тем более, что их сын всегда был против подобного. Но вместо того, чтобы что-то объяснить, юноша попросту собрал вещи, взял ружьё и ушёл в город, оставив своих родителей на произвол судьбы. Он успешно был принят в ряды стрелков, ввиду своих природных талантов, да своей новой, пробудившейся в нём звериной жестокости, которую солдаты уважали, но и боялись. Юноша успел многое совершить, будучи на службе, ибо в государстве разгорелась гражданская война. С невиданным остервенением, теперь уже стрелок убивал своих односельчан, безо всяких колебаний. Бунтующих быстро подавили, и отчасти, этому поспособствовал юноша, которому дали прозвище Вендиго, за его жестокий нрав. Однажды он спросил у своих соратников, что значит его прозвище. Ответ его удивил. Юноше рассказали ту самую историю, которую он слышал не так давно, о чудище, злом духе, который пожирает людей и похищает их души, чтобы стать сильнее. И звали это чудище Вендиго. В памяти парня всё ещё был свеж тот случай, о котором он видел сны, что так сильно возбуждали его каждый раз. И теперь, он знал, как зовут то создание... Однажды ночью, юноша не мог заснуть. Он чувствовал что-то в глубинах своей души, чувствовал, как она зовёт его куда-то. Стрелок быстро догадался, куда. И отправился он в путь тогда. Добравшись до леса, парень стал взывать ко духу, крича его имя. "Вендиго, Вендиго! "- драл глотку он. И тогда, издав душераздирающий вой, явился он, во плоти, перед своим партнёром. Без лишних слов, юноша избавился от одежды, и сладкие мгновения страсти возобновились сызнова. Но под конец, дух опустился на грудь юноше. А затем, вырвал его сердце. С тех пор, никто не говорит о пропавшем без вести знаменитом стрелке по прозвищу Вендиго. Но шла молва о двух злых духах, что путешествуют из леса в лес, безжалостно убивая всех людей, что встретятся им. А те, кто выживали, встречали судьбу такую же, как и исчезнувший не так давно юноша - исчезали сами...