Звон юности

–Я честно учил! Накахара зол. Он учил всю ночь эту ебаную химию, а сейчас его тупо валят. Или не валят, а он просто решил забить на 59 оставшихся билетов из 60. Но зато он ведь правда учил! Почему бы не поставить ему зачет уже из того, что он рассказал? –Чуя-кун, я вижу вашу способность к учению. –Вот!!! Видите же! –Поэтому идите и доучите, – препод непреклонен. И откуда в нем столько придирчивости? Он ведь сам недавно универ закончил. Где-то на факультете ходил слух, что этому преподу 26 лет, а это значит, что он и сам пока не отошел от подобных учителей. А может, они ему и сделали травму? Или все-таки препод хороший, с отличной методикой, и просто Чуя распиздяй?.. –Да быть того не может! – Чуя показывает все свои эмоции, но учитель все еще сидит со спокойным лицом. Ах да, точно, ему уходить домой совсем скоро, и без всякого груза на душе в виде 59 билетов. –Уважаемый, ничем помочь не могу. Я сразу предупреждал, что до посинения на зачетах остаются только студенты, а не я. Потому, идите и просвещайтесь. –Почему вы такой спокойный, Дазай-сенсей?! – Чую выводят из себя. Эта спокойная рожа препода выбешивает сильнее, чем непоставленный зачет. –Я всегда спокойный, Чуя-кун. Конечно, если ты еще не заметил. –Вот не надо тут сказок! Каждый человек умеет злиться и быть в гневе. –Чуя, если ты не понял, что я сказал, то повторю... –Нет! Зачем мне зачет, если я просто могу вас выбесить? – Чуя нашел новую цель своей жизни, помимо зачета. Он estp по типу личности, ему можно. –И как же ты собираешься меня бесить? Очень интересно будет посмотреть на твои попытки. Чуя уже не отвечает, он откидывается на спинку своего стула, слегка покачиваясь. Его глаза мечутся с места на место, не встречаясь с глазами напротив. И вот он очаровательно улыбается, прищуриваясь. –И что же ты придумал? – Дазай уже заинтригован –Дазай, ты... –Для тебя не просто Дазай! Что за невоспитанность? – Дазай опускает уголки губ, нахмуривая лоб, глядя из-под ресниц. –Ты такой красивый... – лицом Чуя предельно спокоен, нежно улыбаясь преподавателю. –Я вас выгоню. И больше не впущу, – Дазай прикрывает глаза, откровенно раздражаясь и не собираясь продолжать этот пустой разговор. Примерно этого он и ожидал, ничего нового. Зачет его ученик точно не получит. А вот отчисление – пожалуйста. –Вы знаете, что я получаю то, что хочу? В детстве если мне в чем-то отказывали, то я сам это брал. Легальным путем, конечно же. Я бы хотел прийти домой и съесть сырок. Еще я бы хотел зачет... –Размечтался! –А еще я хочу поцеловать тебя, – Чуя выглядит как маленькая девочка из средней школы, которая впервые втюрилась в молодого вожатого или учителя. Но их различие в том, что Чуя совершеннолетний. –Что за наглость! – раздается скрежет метталического стула и Дазай встает с него, нависая над сидящим Чуей. Кто разрешал этому студенту обращаться с преподавателями на ты?! –Ничего такого, не подумай. Ты и правда очень красивый. А еще такой умный, сильный... Как ты один смог взять огромную доску с подвала и дотащить ее до 6 этажа без лифта? –Я тренируюсь в зале, между прочим, – Дазай старается вернуть прежнее спокойствие, устало надавливая на глаза. –А я, между прочим, все еще девственник. –Накахара! Я точно вышвырну тебя из универа! Какая мне разница до того, был ли у тебя половой акт? –Все мои друзья уже перетрахались с девушками... У меня даже с девушкой не было, представляешь? –А мне то что. –А то, что я гей. –И дальше что? Накахара, мне по боку. –Я хочу тебя, Дазай. –Да как ты смеешь говорить такое! – Дазай подрывается с места, сжимая рот Чуи и обхватывая его за грудную клетку. Чуя издает высокий писк от неожиданности. Он очень надеется, что действует нужным образом, переживая за свое лицо и тело, которые могут просто избить. Чуя быстро отметает мысли об избиении. Нет, Дазай не такой. Он не будет его бить или пытать. По нему видно. Конечно, он хоть и химик, но по нему видно, что такое он проворачивать не будет. –Накахара, кто тебе разрешил обращаться ко мне по имени?– преподаватель подхватывает ученика за подмышки, укладывая на столе, что изначально стоял между ними, лицом вниз. Чуя жмурится, ему не очень больно, но натренированные руки учителя и твердая поверхность стола сочетают в себе неприятность для ощущений. Он старается не дергаться, чтобы не сбить настроя сенсея. Он же этого и добивался, он же наконец и получит что-то покруче зачета по химии. –Чуя, скажи на милость, ты правда хочешь, чтобы я поверил тебе в то, что ты девственник? Не поверю в любом случае, – Дазай отпускает руку со рта. Снизу слышится глубокий выдох. –Дазай, я никогда не пробовал это. Я даже не влюблялся ни в кого. Честно, – Чуе тяжело дышать, потому что его бедра прижимают коленями к краю стола, а руку сместили на лопатки, вдавливая в саму поверхность. –Врешь! Не мог такой раздолбай как ты не опробовать что-то подобное. Уверен, что и в школе ты предпочел бы девушек учебе! – теперь выбешивают уже Дазая. –Н-неправда. И я не раздолбай, – на последних звуках он сдавленно шипит, потому что Дазай переместил руку на какую-то болевую точку в лопатке. –Убери, пожалуйста... Мне больно... – и Дазай убирает руку, фиксируя уже на пояснице. –В школе я хорошо знал химию. И сейчас хорошо знаю! Просто плохо подготовился. У меня завал по математике и биологии. –Хорошее оправдание, но почему у тебя по биологии и математике завал то? Неужели забил и на них? –Нет! Я... Работаю. –Неужели? И кем работаешь? –Н-неважно... Я все равно не скажу, – Чуя прячет глаза подальше от Дазая. Он теперь смущен уже другой проблемой. –Накахара, говоришь А, говори Б. Выкладывай. –Я... Официант... В гей-баре. –Накахара!!! –Я не шучу, мне нужна подработка, чтобы оплачивать жилье. –И часто работаешь там? – Дазай уже заинтересован другим фактом. Ему уже жалко студента, который, судя по всему, просто вынужден работать в странном месте из-за денег. –По субботам, на пол ставки. Дазай, отпусти, сильно давишь, – Чуя уже жалобно просит, поскольку Дазай не ослабляет хватки. –Нет, Чуя. Ты меня разозлил, поздравляю, – к Дазаю возвращается былой гнев. –Дазай мне больно еще и внизу, пожалуйста, по-человечески. Пожалуйста, возьми меня уже. –Не услышал! Повтори громче! –Возьми меня уже, мне больно, – Чуя говорит почти без интонации, сосредатачиваясь на мышцах внизу. Сводить колени, бедра и держаться на уровне колен держащего довольно трудно. –Чуя, я повторюсь. Ты очень разозлил меня. Во-первых, своим несданным зачетом, а во-вторых, своим поведением. С чего ты вообще решил, что я хотел бы тебя в ответ? –Потому что я знаю. Я хоть и не вижу, но больше чем уверен, что у тебя тоже стоит, – Чуя судорожно выдыхает, потому что ему упирают колено в пах. Теперь он прячет лицо в плече свободной руки. –Ты слишком самоуверенный. –Не самоувереннее тебя. И ты слишком медлительный. Дазай глубоко и тяжело вдыхает, и Чуя понимает, что действительно возбужден в этом кабинете не только он сам. –Универ – не место. Я не буду этого делать. –Дазай, это отличная возможность. Ты хочешь, и я хочу. –Я преподаватель, Чуя. Я уже говорил. Для меня это небольшая проблема, – на самом деле он держится из последних сил. –Дазай, я– Чуя знал, на что шел. Он понимал, что Дазай не купится на обычные просьбы и даже мольбы. Он придумал восхитительную схему, которая по его мнению должна была сработать. Потому он просто собрался с силами. И отключил все возможные рамки своего стеснения. Кстати, он иногда представлял свой половой акт с парнем, развлекаясь пальцами, когда переехал. А представлял то в нижней позиции. А сейчас Чуя начал просто слегка покачиваться бедрами в направлении стола, приоткрыв рот в немом стоне. Да, это пиздецки смущает, зато должно сработать. Он начинает медленно, но верно и точно имитировать секс. Он утверждал, что девственник, однако и порно много смотрел. Он уверен в своих действиях, да. Но все же красные уши его выдают. Дазай наблюдает молча, испытывая ужасное давление из-за ремня. Этот развратный мальчишка все-таки довел его. Ну и ладно, Дазаю правда симпатизирует Чуя, а тот симпатизирует Дазаю. Чуе этот факт был понятен с первой пары, а вот до Дазая долго доходило осознание своих чувств к студенту. Честно говоря, пришло оно только сейчас. И мальчик действительно его отлично соблазняет. У Чуи в голове мысли о том, как он выглядит со стороны, а у Дазая, как он будет втрахивать Накахару в этот несчастный стол, выбивая всю самоуверенность и стоны. –Дазай, если я продолжу сам, я кончу только от мысли о тебе, без рук и в стол, – Чуя его, можно сказать, предупреждает и подначивает наконец приступить к действиям. А Дазай не отвечает, он думает о том, как бы сделать все так, чтобы Чуе было не больно. –Дазай – И наконец его захватывают руками со спины, расстегивая штаны. Чуя старается не стонать просто от этого, и выходит мычание с глубокими вздохами. Дазай снимает их с нижним бельем, спуская до колен Чуи, и принимается проводить длинными пальцами по члену. Чуя не может восстановить дыхание, для него слишком много ощущений, которые он испытывает впервые. Он слишком громко стонет, и от этих стонов Дазаю правда сносит крышу. Но есть вероятность того, что в универе еще работают охранник и уборщица, а он бы не хотел, чтобы кто-то слышал эти звуки, потому он прикрывает ладонью рот Чуи. Конечно, Чуя бы лизнул ее или прикусил, но сейчас он не в том состоянии, чтобы острить. Дазай отрывается от парня и поправляет ремень на своих штанах. Наконец-то, он облегченно выдыхает. Накахара под ним тяжело дышит и подается назад, прижимаясь к паху Дазая. Он не понимает, зачем так медлить, если сам уже по пояс голый. Чую целуют за ушком, ведя дорожку по его волосам, заканчивая щекой, одновременно медленно проводя по всей длине члена. Как же его сейчас прет, ууу... Когда Чуя хочет сам ускорить фрикции, Дазай вообще останавливается, изводя бедного студента. Чуя не знает, как упросить Дазая вставить ему или хотя бы довести до оргазма, поэтому остается только поскуливать и постанывать, сжимаясь изнутри. А вот когда Чуя уже думает, что вот-вот и он кончит, то Дазай просто оставляет его, подтягивая штаны и застегивая их. –Дазай, зачем... – Чуя не может так просто остановиться. Если для препода это и нормально, то для организма Чуи это уж точно непривычно. –Я же сказал, что универ – не место. Мы сделаем по-другому, – тон его почти спокоен, а сам он раздвигает ноги Чуи, все так же упирая в стол. Ученик уже смирился со странностями Дазая, он просто ждет. –Просто расслабься, – и Дазай целует его в губы. Оказывается, у преподавателя они мягкие и отдают вкусом кофе. Он проникает языком в рот Чуи, нагло воруя у того инициативу, которую тот даже и проявить не сможет. Просто потому что целуют того первый раз. А Чуя просто послушно подставляется и открывает рот, позволяя вести его. В его промежность упираются сильнее, а он сам ощущает член Дазая все больше. В принципе, ощущения тоже приятные. Его это не смущает так, как могло бы смущать проникновение. А Дазай ведет рукой по позвоночнику, заставляя прогибаться под него, спускаясь обратно к члену. Чую это вгоняет обратно в ступор, и он не может шевелиться и отвечать на поцелуй. Он вновь подается назад, проходясь по стволу Дазая, и теперь уже тот сдавленно выдыхает. Чуя продолжает медленно двигаться, подставляясь под ласки преподавателя. Его целуют в лоб, на шее оставляют пару легких укусов, и опять в губы. Чуе так хорошо и приятно. Он получает кайф от нежности и жесткого трения одежды, как и Дазай. Когда они оба чувствуют близость разрядки, каждый успевает приспустить белье и кончить в ладонь. Дазай подает Чуе салфетки и целует в лоб. Видимо, учитель романтик. А Чуя благодарит его за заботу. –Чуя, ты мог бы сказать о чувствах иным образом, – Дазай обнимает студента за плечи. –Ты бы не принял их, я же знаю. –Это не так. Я бы даже не поколебался. –Будем встречаться? –Будем, – Дазай облегченно выдыхает. Ему правда нравится этот парень. –Я подготовлюсь к пересдаче на следующей неделе, обещаю. –Не сомневаюсь. Ты справишься, – и Дазай целует Чую в макушку, прикрывая глаза.