Часть 1
10 мая 2021 г., 12:31
Примечания:
С Днём Победы!!!
Серия "Кощунник", второй рассказ.
«Война не закончена до тех пор, пока жив хоть один человек, помнящий о этой войне»
09.05.2030, Киев, Украина Это был обычный майский день. С утра отгремела краткая, но сильная гроза и сейчас в городе дышалось как-то по особенному легко. Лана, проснувшись, раздвинула занавески, открыла окно и включила телевизор: «Кровавая москальская банда объявила о прямых поставках артиллерии во временно оккупированные их прихвостнями Донецк и Луганск. Фрегат США «Филадельфия», направлявшийся с дружественным визитом в Одессу на ежегодные учения «Антиварвар», был вынужден задержаться в румынской Констанце для пополнения учебного боезапаса. В оккупированном Россией Крыму проходит очередная агрессивная милитаристская варварская оргия под названием «День Победы». Экскурсии к ЧАЭС стали снова пользоваться популярностью и дают постоянный доход в бюджет государства. Прорыв радиации из годами не ремонтировавшегося саркофага привёл к популяризации чернобыльской зоны отчуждения известными любителями экстремального отдыха. Диктаторский режим Игоря Лукашенко присоединился к России по вопросу ужесточения санкций против Украины, введённых в отместку за то, что территория ЧАЭС, столь привлекательная для туристов, находится в Украине, а не у них. Сегодня в Киеве пройдёт…». Девушка щёлкнула пультом и стала собираться в университет. На окраине Киева, в спальном районе, построенном ещё при Хрущёве, в двухкомнатной квартире на третьем этаже гроза разбудила глубокого старика. Он встал, умылся, дёрнул листок календаря и открыл старый платяной шкаф. Порывшись в нём, он достал из дальнего угла наглухо запакованную тяжёлую коробку. Одевшись, старик положил коробку на диван и включил старинную «Вегу». Покрутив верньеры настройки, он поймал радио «Маяк» — в мире современных технологий про радио стали забывать, вот и новое правительство страны предпочитало блокировать «рунет», а не глушить радиостанции «агрессивного соседа». Глушилки, конечно, имелись, и даже работали, но радиола, выпущенная ещё в Советском Союзе — имела отличную антенну и обеспечивала в разы лучший приём, чем крохотные антеннки смартфонов: «В Москве десять часов утра. Работают все центральные средства массового вещания Российской Федерации. Под бой курант начинается Парад, знаменующий восемьдесят пятую годовщину Великой Победы! Из ворот Спасской башни выезжают знаменитые ЗИЛы. В машине с номерами 001 едет принимающий парад впервые с царских времён верховный главнокомандующий вооружёнными силами, президент Российской Федерации Владимир Владимирович…». На этом дверь квартиры хлопнула. Ваня Тихонов отправился в свой последний бой. Спустившись вниз, в тамбуре подъезда он сел в инвалидную коляску, сняв с батареи цепь, и выехал на улицу. В университете к Лане буквально прицепился Серго, однокурсник, возбуждённо тараторя: — Лана, я сегодня смог выполнить квест от «Юных Петлюровцев» — пролез в рунет и написал кучу гадостей про их лживую Победу! Единственное, что заинтересовало Лану в этой тираде, — известие о том, что Серго удалось выйти в запретный рунет. — Серго, а у тебя доступ остался? — спросила девушка на перемене между уроками. — Конечно, я же не идиот — все равно там интересно полазить — паренёк достал телефон и наушники, явно намереваясь проспать лекцию об очередном достижении «древних укров» — ему история Украины уже была изветна от и до — выдумки пропагандистов нового правительства за шестнадцать лет не отличались разнообразием. На перемене Лана подошла к Серго, и договорившись пообедать в кафе «Едальня» на Крещатике (1), отправилась дослушивать лекцию о «герое Украины» Мазепе.***
От автозаправки уезжала инвалидная коляска — в ней сидел древний дедуля в латаном пиджаке, изумивший продавщицу покупкой канистры девяносто восьмого бензина. Ваня заехал в переулок, вызвал такси по купленному буквально полчаса назад телефону. Поняв, что не успевает всё сделать сам, старик решился на такси — все равно денег с девяносто первого он накопил достаточно. «На сегодняшний день — хватит!» — в этом он был уверен абсолютно. Через пять минут, взвизгнув тормозами, около колски затормозил «Оппель-Астра». Лицо таксиста в эти времена в Киеве было редкостью — с сильным армянским акцентом шофёр уточнил у деда: — Слюшай, старый, ты такси вызывал? — Ну, я, — Ваня тут же перешёл в наступление: — Коляску сложить поможешь? — За деньги клиэнта — всё, что душе угодно, дарагой! — водитель вылез из машины и помог Ване сесть в «Оппель». — И даже радио «Маяк»? — уточнил старик. — Да хоть «Russia Today», у меня, дарагой, всё есть! Леван в Киеве работает уже двадцать лет! — и, подключив к магнитоле смартфон, Леван действительно наколдовал радио «Маяк»: »…Сегодня на трибунах возле Мавзолея дети со всех концов России, Белоруссии, Армении, Казахстана, Киргизии. На гостевой трибуне — дети из Китая, Израиля, Сербии и Венгрии. Это очень грустный парад. Впервые на трибунах нет ни одного ветерана войны. Последний ветеран Великой Отечественной Войны умер в Карачаево-Черкессии, не дожив до этого Дня Победы всего два месяца. Поэтому их лица мы видим на большом экране, установленном на стене ГУМа. Заканчивается прохождение войск и на Красную Площадь выезжают танки Т-34 и самоходки ИСУ-152 «Зверобой», открывающие парад боевой техники…». — Не перевелись ещё ветераны, Лёва, не перевелись, — кряхтя, дед спускался по лестнице, держа под мышкой коробку. — а что в ящике? А, старый? Если ты и правда ветеран? — Таксист тащил тяжеленный ящик, от которого пахло смазкой. Ваня приостановился и расстегнул пиджак — под ним оказалась линялая форма сержанта-артиллериста с одинокой медалью «За Отвагу (2)». — Видишь? Не смотри, что форма маленькая, когда я её примерил, мне тринадцать лет было. А к старости снова впору стала. — Это в каком году? — Леван открыл багажник такси. — Езжай на Крещатик (3), по дороге расскажу. Кстати, машину продашь?***
13.08.1943, окрестности Киева, недалеко от линии фронта. Лениво бухало время от времени. То затихая, то усиливаясь, раздавался стрекот «рамы (4)». Иногда, жужжа, словно рассерженный улей, в сторону «рамы» проносилась пара МиГов. «Рама» тут же затихала, но стоило истребителям пронестись назад и в вышине снова нарастал стрекот. Где-то, на самом пределе слуха, угадывался рокот танковых дизелей. Люди словно бы подменили звуки природы звуками войны. Подтверждая это, в воздухе раздался противнейший свист — немецкие миномёты отреагировали на усиливающийся рокот. Мама прятала Ваньку долго. Немцы не любили лазить в камышовых зарослях, которыми зарос левый берег Днепра. Но русские войска после Сталинграда и Курской дуги неумолимо приближались к Киеву, и немцы начали минировать берега. И в очередной раз Ванька не дождался мамы. Она слишком торопилась, неся сыну кусочек шпика, который дал ей угрюмый фельдфебель Эрих, квартировавший в её доме, со словами: — Сыну отнеси. Эрих ему не враг. Откуда немец догадался, что у Кати был сын, ей было неизвестно. Он никогда ни о чём не говорил, лишь иногда доставал фотокарточку белокурой девчушки годков четырёх от роду и подолгу смотрел на неё (5). Катерину он не трогал, сказав, что единственное, что ему нужно — это «орднунг» кровать. На радостях мать забыла, что немцы вот уже вторую неделю усиленно минировали берега Днепра. Ваня всё-таки нашёл узелок с салом. Возле воронки на новом минном поле. Целую неделю он грустил, пока его не нашёл фельдфебель. Немец дал ему старую, но добротную одежду, сидор с сухарями и шпиком, сказав: — Уходи на восток. К своим. Ваши уже в одном дневном переходе. Положив все пожитки недалеко от Вани, Эрих ушёл. Он ещё не знал, что спас себе жизнь. Почти через два года под Дрезденом его вырубит в ожесточённом бою парнишка лет семнадцати на вид. Но не убьёт. А когда Эрих очнётся, паренёк будет сидеть над ним с его наградным «вальтером (6)» и спросит: — Ты Эрих? Который мне не враг? Так закончится война для фельдфебеля войсковой разведки Эриха Зоннена. Иван дошёл до расположения советских войск спустя полтора дня. Он показал разведчикам тропку в минных полях, и артиллеристы начали артподготовку в день переправы через Днепр, скорректировав огонь по свежим разведданным. Ваня прибился к первому встречному полку, оказавшемуся артиллерийским отдельным дивизионом тяжёлых гаубиц РВГК (7), став сыном полка. Старшина артиллерийской разведки, проиграв спор, что этот малец не сможет их провести к берегу — отдал медаль «За Отвагу!» Ване. Представление к медали и зачисление рядового Ивана Тихонова затерялось где-то под бомбами «Юнкерсов (8)» и были оформлены через полковую документацию задним числом за подписью генерала Ватутина. Так Ваня пропал из большинства военных архивов. А медаль у него осталась та, которую ему отдал старшина. Закончит войну Ваня в Берлине, корректируя огонь артиллерии по району рейхсканцелярии (9). А после войны случайно поможет Эриху — поездка в Альпы к американским солдатам, пригласившим союзников на «День независимости» неожиданно приведёт к ночёвке у тёти Эриха Риммы и там он найдёт его дочь и родителей… А в сорок седьмом уедет домой — восстанавливать разрушенный город. Эрих попросит его помочь найти родственников Эльзы. Правда, это ему не удалось.***
— Так что, машину продашь? — Ваня распаковывал коробку. — А деньги-то у тебя есть, ветеран? — таксист скептически посмотрел на Ваню. — В ответ старик протянул Левану карточку «Альфа-банка» и конверт. В конверте лежали документы на счёт, открытый в ноябре девяносто третьего (10) и заверенная нотариусом дарственная на предъявителя. Судя по чековой книжке, сумма на счёте позволяла купить не то, что старенькую «Астру», но и позволить себе суперкар или роскошную виллу. — Дед, ты серьёзно? Наверное, так пашутить решил над Леваном? — в глаза армянина можно было вставить по пятаку. — Нет, я не шучу. Буду считать последним немецким трофеем, — дед невесело усмехнулся: — Если согласен, включай радио и снимай номера. Советую отсюда побыстрее сделать ноги — жаркий сегодня будет денёк… Жадность крайне быстро переборола все сомнения и армянин достал отвёртку и включил радио «Маяк». Под радиотрансляцию Иван снял пиджак и брюки, нахлобучил выцветшую пилотку и стал распаковывать ящик, оставшись в советской форме. Леван тем временем скрутил номера, и, попрощавшись с чудным стариком, испарился…***
»…Сегодня нам грустно и больно ещё и оттого, что те, чьи предки больше всего пострадали от вторжения немецко-фашистских войск, проводят, словно в насмешку, марш «памяти Бандеры» в самом центре Киева. Заканчивается наземная часть парада, Красную Площадь покидают ракетные установки «Ярс» и в воздухе раздаётся звук самолёта — это… Ил-2М, отреставрированный на деньги, собранные молодёжью со всей страны…» Серго и Лана стояли возле кафе, и удивлённо наблюдали за старичком, суетящимся возле видавшего виды «Оппеля». Из машины доносились звуки «Прощания Славянки», а номера были скручены. Тем временем издалека начал доноситься гимн «Ещё не вмерла Украина», что сопровождал колонну националистов. Старичок тем временем вышел на середину перекрытого проспекта и посмотрел с улыбкой на наручные часы, усмехнувшись: «Какие педантичные, ученички нацистские!». К его руке из машины тянулась верёвка, а старик стоял посередине улицы и смотрел в сторону приближающихся колонн украинских наци, будучи одет в униформу советской армии. Парень дёрнулся в сторону старика, но Лана схватила его за куртку: — Не мешай, давай лучше отойдём… — Но его же сейчас забьют прутами?! — Серго удивлённо смотрел на Лану. — Кажется, он знает, что делает. Давай всё-таки отойдём? — и пара молодых людей, оборачиваясь на чудного деда, пошла в сторону Майдана Незалежности (11). Вскоре, оглянувшись в очередной раз, они стали свидетелями драмы, потрясшей вполедствии весь мир. Видео, выложенное Серго в Сеть, предопределило будущее Украины: » — Дед, ты чего, совсем ёбнутый? Давай, дёргай отсюда, пока мы добрые! Ваше время ещё сорок лет назад кончилось! — колонна молодчиков с чёрно-красными флагами даже не воспринимала старика, тяжело опиравшегося на костыль, как угрозу. — Да нет, парубок (12), это ваше время кончается, а вот моё — только начинается! — выкрикнул Ваня, привычным движением выхватывая Вальтер и отбрасывая костыль, к которому и была привязана верёвка, подальше от себя: — Получай, мразь!!!» В следующее мгновение видео, снимаемое из-за спины старика, одетого в советскую форму, начинает дрожать… У «оппеля», из которого играл запрещённый марш, разбилось стекло багажника и по колонне задолбил «дегтярь (13)», дед успел сделать несколько выстрелов из «вальтера», прежде чем его сбили с ног разъярённые «правосеки» и в этот момент раздался взрыв — лимонка, взрыватель которой был привязан рыбацкой леской к пистолету, собрала обильную жатву. Но и после этого националистов, начавших в панике разбегаться, догнал ещё один взрыв — рванула машина: облитый бензином ящик с гранатами посеял настоящую панику, превратив обломки «оппеля» во множество разлетающихся на десятки метров осколков, заставив Лану и Серго спрятаться между припаркованными автомобилями… Вечером того же дня по всем крупнейшим телеканалам транслировалось видеосообщение, ставшее сенсацией всех масс-медиа: Я, Тихонов Иван Андреевич, 1931 года рождения, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, являясь последним живым солдатом армии-победительницы, сын полка отдельного дивизиона тяжёлых гаубиц РВГК, что подтверждают архивные документы штаба I-го Украинского Фронта и мой военный билет сержанта артиллерийской разведки, находящийся в моей квартире по адресу: Киев, пер. Жуковского, 5, квартира 45; беру на себя всю ответственность за боевые действия против украинских предателей своих дедов и прадедов, совершённые мною сегодня, девятого мая две тысячи тридцатого года на улице Крещатик. Как последний советский солдат Великой Отечественной Войны и Второй Мировой Войны, заявляю: «Война не закончится до тех пор, пока на территориях, принадлежавших Советскому Союзу по праву преёмника России, не будет уничтожен расизм и пронацистские режимы, воспевающие зверства украинских, молдовских, литовских, латышских и эстонских карателей, что противоречит решениям Нюрнбергского суда, навечно осудившего расизм и нацизм. Я обращаюсь к странам-победительницам, в первую очередь России и Китаю: доколе вы будете терпеть нарушение этими государствами результатов Нюрнберга? Если это терпят ваши правительства, то может быть, не станет спокойно смотреть простой народ? Именно поэтому я сегодня иду в свой последний бой, погибая, как настоящий солдат, в бою против бандеровской мрази.» Postscriptum: После этих событий Серго повзрослел и изменил своё мнение о русских. Они с Ланой поженились и переехали в Днепропетровск. Там-то и произошло нечто необычное… Но это уже совсем другая хроника… Postpostscriptum: Кому интересно: 13.05.2030, Нью-Йорк, штаб-квартира ООН, экстренное заседание совета безопаснности. — Ваши заявления являются ультиматумом против НАТО!!! США никогда не пойдут вам на уступки!!! — истеричный голос англосакса срывался на фальцет. — А ваши нарушают устав ООН. Иван, включи трансляцию! …В двухста морских милях, у самой границы территориальных вод США, в небе барражировал ТУ-160, снимающий на видеокамеру высокой чёткости, как под ним на огромном пространстве начал вспениваться океан, и десятки чёрных стальных спин, вынырнув из пучины, открыли сотни люков, ощетиниваясь иглами «Ярсов», «Булав», «Скифов», «Синев» и раскрашивая море бело-синими и красно-бело-синими боевыми Андреевскими флагами… Сухой голос комментатора произнёс: «До восточного побережья США — двести морских миль, идёт прямая видеотрансляция в штаб-квартиру ООН в Нью-Йорке. До целей в Норфолке и Вашингтоне не более пятисот километров. Коды введены… — Вы упорствуете? В этот раз Россия не отступит, сейчас не тысяча девятьсот шестьдесят второй год. Мы готовы защищать честь той ПОБЕДЫ в том числе и силой ЭТОГО ОРУЖИЯ, — тихий и спокойный голос полпреда России в ООН, казалось, раскалывал воздух в застывшем от ужаса зале. — Мне надо посоветоваться… — уже очень неуверенно, почти плача, произнёс полпред США в ООН…30.04.2018-2.07.2019, г. Тогучин Астров.М.П.
Примечания: 1)Реально существующее заведение. Правда автор не уверен, что там именно кафе, а не ресторан. 2)Медаль «За Отвагу!» — самая ценимая среди солдат советской армии — ведь, отсиживаясь в тылу — её невозможно было получить. 3)Крещатик — одна из древнейших улиц Киева — немного аналог московского Арбата. 4)"Рама» — нацистский самолёт-разведчик Fokke-Wulf 189. 5)Читай рассказ «Прощение». 6)Вальтер — марка немецких пистолетов, была на вооружении вермахта в годы войны. 7)РВГК — резерв Верховного Главнокомандующего, состоял из отдельных дивизионов тяжёлой артиллерии (Чаще всего гаубиц Б-4, прозванных немцами «сталинскими кувалдами» — калибр 204мм очень популярно объяснял, что неразрушимых крепостей не бывает). 8)Юнкерс Ю-87 — пикирующий бомбардировщик немцев в годы войны. 9)Рейхсканцелярия — ставка и убежище Гитлера в последние годы войны. 10)После вполне определённых событий в Москве возле одного Белого Дома. 11)Майдан Незалежности — центральная площадь Киева (А вдруг кто-то и не знает?). 12)Парубок — Паренёк (Южнорусский диалект). 13)Дегтярь — пулемёт Дегтярёва, имеющий крайне удачную конструкцию, благодаря которой вот уже почти век не сходит практически со всех театров боевых действий мира.
