Ты мое море.

После школы мы договорились встретиться в старом парке. Поэтому я летел на встречу с Боном. День был солнечный, птицы пели любовные серенады, я бежал на встречу к тому, кто был самым важным для меня человеком. Бон стоял под большим деревом в тени, которая падала от густых ветвей этого великана, насчитывалось пару сотен лет. Он был так спокоен и красив, что я замер в ста метрах от него. Бон высокий, красивого телосложения парень, одет в черные обтягивающие джинсы с разрезами, вязанный свитер с потёртостями. Немного постояв, я улыбнулся, оглянулся вокруг, ни одного человека уже не было, так как день подходил к завершению, побежал, расставив руки по сторонам для объятий: — Бон, я тут! Закричал я, что даже эхом раздалось по всему парку. — Малыш! Оглянулся на меня Бон и ждал, когда я добегу. Добежав до хулигана, я подпрыгнул к нему прямо в руки, он меня поймал и в объятых начал кружить, моему счастью не было предела. — Я тебя люблю! Кричал я, подняв руки вверх. Мне было так хорошо и радостно, что захотелось кричать всему миру. Бон уткнулся в мою шею и вдохнул запах: — Ты весь мой, шепнул мне в шею Бон и стиснул так сильно, что я начал задыхаться. — Ты меня сейчас задушишь, трепыхался я, не доставая до земли ногами. Бон меня отпустил, схватил за руку и потащил вглубь парка. Парк был заброшен и люди приходили сюда только днем, чтобы отдохнуть от городской суеты, но с каждым годом людей здесь все меньше и меньше. Мы шли минут пять и оказались на полянке, которая была скрыта от глаз. Вокруг стояли большие деревья, везде рос папоротник, кроме небольшой полянки и даже деревья раздвинулись, чтобы последние лучи солнца проникли на эту полянку. На ней лежало покрывало и стояло блюдо с фруктами. — Я приготовил сюрприз, мне захотелось, раньше я этим не занимался, но ты такой милый, тебе это должно понравиться. Немного смущенно произнес Бон и подтолкнул меня на покрывало. — Мне очень нравится, прошептал с улыбкой я и потянул за собой Бона. — Пошли посидим, я так хочу перекусить и фрукты как нельзя кстати, ты очень заботливый, ты знал это Бон? Мягко словно кошка с пушистым хвостом ластился я к парню. Мы разговаривали обо всем на свете, было хорошо и тепло, словно мы вместе уже много лет. — Бон, можно я задам тебе один вопрос? Поинтересовался я. — Все что хочешь, у меня нет тайн от тебя, ласково сказал Бон и положил свою голову мне на колени. — Я как-то видел тебя возле школы с одной красивой девушкой, расскажи, кто она? Немного смущаясь спросил я. — А ты ревнуешь? С насмешкой спросил хулиган. — Пф! Вот еще! Сказал я и повернулся к Бону спиной. Бон потянулся ко мне и шепнул на ухо: — Не ревнуй малыш, я только твой и лизнул мочку уха. Потом он выпрямился, посмотрел в сторону полуразрушенного моста и сказал: — Она мне как сестра, защищает меня и оберегает, без нее меня бы не было. Выдохнул Бон и погладил меня по голове. — А что с тобой произошло, что тебя нужно было защищать и оберегать? Не сбавляя обороты, любопытничал я. И рассказ, который мне поведал Бон, поверг в ужас. — Родился я в семье зависимых от наркотиков и алкоголя. Жили мы в маленькой квартирке на окраине Сеула. Мама была наркоманкой со стажем, отец алкоголиком. Каждый вечер отец избивал маму, за то, что она ревновала его к различным девицам, что захаживали к нам, когда мама где-то пропадала. Отец в пьяном бреду приходил с девушками, и они развлекались в родительской комнате, меня они не считали своим сыном. Впервые я увидел, как отец спит с женщинами в шесть лет. Он меня позвал и попросил убраться в комнате, потому что должны были прийти гости, как тогда я думал. Вечером зашла к нам женщина с ярко-красными губами и вызывающей одежде. Они пили и смеялись. Я зашел на кухню, женщина сидела на коленях моего отца, мне хотелось кушать, попросил отца дать поесть, на что он пнул ногой и прогнал: «Уходи прочь, паршивец», потом я услышал громкий смех той девицы. Я пошел в родительскую комнату и лег спать под стол, там лежала куча одежды, больше похожая на хлам, я зарылся в эту кучу и уснул. Проснулся от женского стона, протер глаза и увидел сцену, которую не стоит смотреть детям: они сидели на отце стонала и извивалась, они были совершенно обнажены. Потом входная дверь открылась и зашла мама, от увиденного она завизжала, побежала на кухню и взяла вилку, размахнувшись над девицей она проткнула ей руку, которой та прикрывала голову от нападения. Папа остановил мать, отобрал вилку и швырнул ее в сторону. Женщина собралась и ушла из нашего дома, потом был сильный скандал и даже драка, отец замахнулся на маму, я выбежал и прикрыл маму, подставив свою спину, от чего получил сильнейший удар от отца. Я упал и не мог встать, но родители не заметили этого и продолжили ссориться и драться. Я потерял сознание. Когда очнулась мама и сидела около меня совершенно голая под действием наркотиков, глаза ее были стеклянные. Она шептала мне, что, если бы ты не родился, все было бы иначе. Я хотел было пожалеть маму, но понял, что привязан ногами и руками за ножку стола. Она хотела меня убить, но видимо не решалась, она курила и тушила бычки об моё тело, сначала я орал от боли, но потом не осталось сил, и я опять провалился в обморок. Когда очнулся в дверь, ломился кто-то, а мама лежала около меня с разрезанными руками в луже крови. Я начал плакать, потом ворвались в дом сотрудники полиции, кто их вызвал я не знаю. Меня определили в детский дом. Бон вздохнул и закрыл глаза, а когда открыл на них были слезы, настолько горькие, что из моих глаз побежали горошины и падали прямо на лицо парня. — Боки, прекрати, я сейчас захлебнусь весело расхохотался Бон. — Как ты можешь смеяться, у тебя такая грустная история, я бы сказал страшная, неровно дыша от слез, пытался сказать я. — Малыш, это было больше десяти лет назад, я уже начал все забывать и смерился, ведь у каждого своя судьба. Бон встал с моих колен и подошел ближе: — Мне так нравиться, что ты такой чувствительный. Мурлыкал Бон мне в лицо. Он обнял моё лицо за щеки и поцеловал, облизывая каждую слезинку, которая спешила уйти с моего лица. — Не грусти, а то мне тоже становится грустно, только улыбайся, а я постараюсь, чтобы ты больше не плакал. Сказал бон, и покрыл губы жаркими поцелуями. Дыхание у меня еще не выровнялось от слез, но и прерывать такой сладкий поцелуй я не мог. Он так нежно меня целовал, что я начал обнимать его за плечи, наше желание начало возрастать. Бон придерживая меня за талию положил на покрывало, не отрывая глаз он сказал: — Я без ума от тебя мой маленький мальчик. Он провел пальцами по моим волосам. — Посмотри какой ты сладкий, я хочу увидеть каждый миллиметр твоего тела, если бы я был художником, то музой был бы не применено ты. С этими словами он начал растягивать мою школьную рубашку пуговицу за пуговицей и пальцем запечатывая то место, где была пуговица. Расстегнув рубашку, он начал покрывать горячими поцелуями самые чувствительные места, от чего моё тело дрожало. — Бон, мне очень хорошо, не останавливайся, я тебя прошу. Стоном умолял я. Бон зарычал и в глазах блеснул огонь. — Я отведу тебя туда, где рождаются облака, с этими словами, он снял с меня рубашку и по моей груди прогулялся теплый ветерок. — Но все же, я еще не увидел тебя всего без одежды. Сглатывая, полон желания съесть меня говорил хулиган. Он расстегнул ремень на моих брюках и рывком вынул его из петель, от чего я невольно крикнул от переполняющего желания. Бон прильнул губами к краю брюк и начал покусывать выпирающие косточки внизу живота, при каждом укусе все мышцы моё тело сокращались, а спина предательски выгибалась. — Бон … стонал я. — Терпи малыш, я еще не налюбовался тобой. Шипел истошно дыша Бон. Бон приподнял меня за талию и стянул штаны: — Твои самый красивый, я убью любого, кто притронется к тебе, рычал хулиган и осматривал моё тело с ног до головы. Единственное, что было одето на мне, это трусы. Он гладил их рукой не дотрагиваясь, но даже так я чувствовал его прикосновения и всхлипывал каждый раз, когда он проходил по эрогенной зоне. Я вцепился в его крепкие ноги, которые были рядом с моими руками. — Я больше не могу терпеть, Бон, больше не могу, я хочу … не мучай меня. Стонал я как голодный щенок. Он быстро освободился от своей одежды и сел на меня. — Ты чувствуешь моё желание, малыш? Схватил за подбородок и впился губами в мои губы. И весь вечер я был там, где рождаются облака. Ощущения были как от взрыва фейерверка. Долгое приготовление и яркий умопомрачительный конец, от которого быстро невозможно прийти в себя.