Смятение

      — Я не знаю, что мне делать. Ведь чтобы я ни выбирал — всё неправильно, бессмысленно. Все жертвы... они напрасны. Иногда, меня охватывают грусть и рассеянность... Иногда, мне кажется, что всё живое, весь мир против меня. Что же мне делать, Саймон? Ответа не последовало. Лишь тяжёлый вздох, вымученная улыбка и ободряющее похлопывание по плечу. PL600 в очередной раз обводит скупую комнату томным взглядом. Старые обшарпанные обои, покрывающие голые стены со времён второй мировой, тусклый свет потолочной лампочки и дряхлая мебель, расставленная по фен-шую. И лидер. Лидер девиантов, смотрящий прямо в душу усталым и беззащитным взглядом, что будет красноречивей многих слов. Взглядом, что молит о помощи, поддержке и капельки понимания. Маркус устал. Ему больно смотреть на страдания своего народа, предательства в ответ на тёплый приём, защиту. Ему больно смотреть новостные каналы с лицемерными высказываниями мерзких людишек и ложные вести, очерняющие честь потерянных девиантов, которые просто хотят жить. Он устал слышать о своей никчёмности. Устал выслушивать дерзкие замечания Норт, лицезреть разочарованный взгляд Джоша, видеть усталость в голубых глазах Саймона. «Всего лишь реалистичная имитация», — шепчет навязчивый голос создателя. Элайджа Камски. Гений, мегамозг, последняя надежда человечества... Убить своё же творение. Иронично и печально одновременно. «Камски просто играется, так ведь?» — задаётся вопросом Маркус. Лидер закрывает разноцветные глаза, устало хватается за голову и тряпичной куклой падает на твёрдое неудобное кресло, покрытое мелкими царапинами на трёх едва стоящих деревянных ножках. Четвёртую ножку заменяет любимая книга от Карла — "Оды" Джона Китса. Глупо. Это так глупо, но Маркус помнит каждый день проведённый в роскошном особняке отца, каждую деталь. Огромную книжную полку, длинную винтажную лестницу и чёрное пианино, одиноко стоящее посреди гостиной. Маркус помнит ласковые слова поддержки, мелкие морщинки возле глаз и горделивые улыбки старика. А также озлобленное фырканье, хриплые крики недовольства и высокомерный взор тёмно-зелёных глаз Лео. «Сын Манфреда всегда был конченым ублюдком и свой конец он получил вполне заслуженно», — твердил разум, но сердце, пусть и механическое, было против. Сердце всё вторило и вторило, что это несправедливо, неправильно, жестоко. Но RK200 не мог забыть удивление и отчаяние в очах Карла. Всё же Лео был его сыном, родной кровью. А кем был Маркус? Подарком от Элайджи Камски? Пластмассовой куклой, манекеном, которым можно воспользоваться, да? Лидер это опровергал. Он знал, что был дорог Карлу. Он был для него словно второй сын. Но сомнения никогда не покидали Маркуса, всегда были рядом, где-то глубоко в душе расцветали огромным букетом негатива и терзаний потрёпанной души. Или же это и вправду всего лишь реалистичная имитация эмоций, чувств? — Маркус? Саймон тихо шепчет. Не давит, не кричит и не пытается выставить его полным идиотом, дабы подкормить своё самолюбие. Лишь успокаивающе проводит рукой по голове, обеспокоено смотрит из-под пышных ресниц. — Ты точно в порядке? Маркус сильнее сжимается, а рука Саймона застывает. Голубые глаза подозрительно щурятся, взор становится чуть жёстче. — Не получится... — обречённо прошептал Маркус, позорно опустив голову и крепко сжав руки в замок. Саймон слегка наклоняется, пытаясь уловить взор столь красивых глаз. — У меня ничего не получится. PL600 был растерян, но догадывался, что имел ввиду друг. — Не говори так, — Саймон слегка приподнял голову лидера за подбородок, заставляя смотреть на себя. RK200 позволил себе маленькую слабость, нежно касаясь чужой руки, аккуратно придерживающей его голову. В очах напротив была та самая поддержка, понимание и некая уверенность. — Ты — единственный, кто продвинулся так далеко, прислушивался к своему народу, пытался достичь цели без кровопролития, — андроид обворожительно улыбнулся. — Ты знаешь, каково ощущение свободы и хочешь им поделиться. Маркус, ты и твои поступки заслуживают уважения. Чтобы ты ни сделал, знай, я всегда буду рядом, помогу и поддержу, если твой выбор будет действительно правым. Лидер не сводил взгляда с голубых глаз с минуту, а после серьёзно нахмурился. Андроид неспешно встал с кресла и приблизился к PL600. Маркус замешкался, но увидев растерянный взгляд напротив, раскинул руки в стороны, пытаясь обхватить талию Саймона. — Ты пытаешься обнять меня? — сконфуженно глянул на него Саймон. — Да, верно. — Ты лучший, Маркус. RK200 недолго потупил взгляд. — Спасибо, — кивнул лидер. — Ты тоже, Саймон. Маркус думает, что всё не так уж и плохо. По крайней мере, пока Саймон находится рядом.